Замуж за незнакомца - Лина Манило

заслужил, значит Кирилл ему доверяет. И тогда, что будет значить моё слово против слова человека, с которым, возможно, ни один пуд соли съеден?

А ещё я боюсь столкнуться с равнодушием. Что, если Кирилл, выслушав меня, только усмехнётся и скажет, что это не важно? Что у каждого свои грехи, и у него самого их немало. Что, если сам Кирилл считает, что это нормально, выеденного яйца не стоит.

Катя сама тогда уехала с Димой. Сама, по собственной воле хотела приключений. Вдруг Кирилл скажет, что ей надо было думать самой, домой ехать, а не с малознакомым парнем по городу кататься?

И, наверное, он окажется прав. В глубине души я это понимаю. Мне нечего будет на это сказать, но разве групповое изнасилование – то, чего достойна пусть очень легкомысленная, но добрая и хорошая девушка? Да даже плохая! Разве хоть кто-то заслужил такое?

От мыслей раскалывается голова, есть совсем не хочется. Хочется хоть какой-то справедливости, и я боюсь саму себя. Внезапной злости своей боюсь, отчаяния, растерянности. Тянусь за телефоном, вслепую хлопаю рукой по столешнице, нахожу аппарат, а в нём номер Кирилла. Он мне дал два своих контакта, личный и рабочий, и я решаю позвонить на первый. Чтобы точно знал, что это срочно. Иначе бы я его тревожить не стала.

Но я не успеваю даже на кнопку нажать, как раздаётся грохот чужих шагов вдалеке, разрозненные крики, а я ещё так громко «орёт» сирена, что роняю телефон и закрываю уши руками. Что происходит?

Я падаю на пол – первое, что нужно делать при любой опасности. На нас напали? Люди Алиева тут? Рустам узнал, где мы и решил взять клуб приступом, зная, что Кирилла внутри нет?

Дверь в кухню распахивается почти сразу, в комнату влетают мужчины – я вижу тяжёлые ботинки с грубыми носками, – но не успеваю заорать или толком испугаться, как уже знакомый голос грохочет: «Тина Романовна! Тревога! Территория заминирована».

Довольно грубо, но профессионально меня подхватывают под руки и вздёргивают вверх. Я смотрю в глаза темноволосого охранника и ошарашено киваю.

– Срочно выходим. Эвакуация!

Он не нервничает, не орёт мне в лицо, брызжа слюной, его глаза не бегают испуганно. Он деловит, собран, и на этом фоне любые тревоги отступают, рождается уверенность, что всё будет хорошо.

На меня так много навалилось в последние дни, что я даже испугаться не могу. Эмоции поставлены на паузу, и я бегу следом за охранником к чёрному ходу, а тревожные вопли сирены всё громче.

Ноги заплетаются – я совсем не бегунья и не спортсмен, и за мощным резвым мужиком угнаться сложно. Мы пролетаем через анфиладу со сводчатым потолком. Украшенные картинами стены мелькают перед глазами, вся красота смазывается в одно разноцветное пятно, а мир сужается до спины ведущего меня в безопасное место охранника.

Надо будет попросить Кирилла выписать ему премию или отпуск дать. Если мы, конечно, не взорвёмся тут все вместе, не взлетим на воздух к чьей-то радости.

Где-то рядом есть Дима. Я чувствую его, спинным мозгом ощущаю, и дрожь отвращения заставляет содрогнуться. Но пока мы бежим, нет времени для глупых эмоций.

– Сюда, налево, – отрывисто приказывает охранник, а я вдруг сильно жалею, что совсем не знаю его имени.

На бегу врезаясь в поворот, ору, перекрививая сирену:

– Как вас зовут? Имя! Скажите, пожалуйста, ваше имя!

– Игнат, – ему не нужно орать, чтобы я расслышала.

Двумя руками цепляюсь за его широкую ладонь, повторяю про себя: «Спасибо, Игнат», а он буквально выдёргивает меня из здания на свежий воздух. После прямо по мощёной дорожке, за ворота, вперёд, пока не оказываемся на достаточном расстоянии.

– Вот теперь пусть взрывается, вас не зацепит, – выдыхает Игнат и, наклонившись, упирается в колени, тяжело дышит, будто марафон пробежал.

– Спасибо вам, Игнат, я никогда этого не забуду, – присаживаюсь на корточки, заглядываю в его лицо, а он, закрыв глаза, со свистом выпускает воздух из лёгких, и густая испарина покрывает виски и лоб, лоснится потом на носу и подбородке.

Люди валят из ворот, все торопятся спастись из потенциально опасного здания, а я сажусь попой на землю, не боясь запачкаться, обнимаю себя руками и просто жду Кирилла.

Чёрт, не хотелось бы признавать, но сейчас мне его очень не хватает.

Глава 22

Кирилл.

Даже зная, что Игнат вывел Тину в безопасное место, не могу расслабиться. Злости внутри так много, что её можно грузить и вывозить фурами.

– Найдите мне Алиева, – рявкаю в трубку. Горло немеет, я кашляю, а молчаливый Илья гонит на предельной скорости, лавируя в поворотах, обгоняя и деликатно подрезая.

Он не пустил меня за руль, даже слушать не стал. Сейчас, когда мои руки трясутся от ярости, а чёрная пелена застит глаза, признаю, что не зря доверяю ему столько лет. Профи!

Надо же было Архипову именно сегодня заняться документами. Отвлёк меня, старый хрен, расслабил. Грешные мысли рождаются в голове. Вдруг Архипов повязан с Алиевым? Вдруг это какая-то мощная хитрая схема, которую я не могу раскусить? Вдруг всё это – звенья одной цепи?

Но нет. Во всём должна быть логика, а иногда банан – это просто банан. Совпадения случаются, но одно я понял в дороге точно: кто-то доложил Алиеву, что я уехал. Он знает, что мы вернулись на родину, и никакими тупыми фотками в инсте Рустама не проведёшь. Значит, что? Значит, рядом крыса?

В это верить не хочется, но такой вариант всегда на повестке, его ни в коем случае нельзя исключать. Шелудивый котята в любом помёте случаются –  это жизнь.

Оборачиваюсь, вглядываюсь в дождливую морось за окном. На безопасном расстоянии движется машина охраны, я набираю номер Игоря, и он тут же принимает звонок.

– Игорь, думай шустро. Кто у тебя там новенький? Может, я кого из внимания выпустил?

Игорь молчит всего несколько секунд, прежде чем ответить:

– Есть пара ребят. Помнишь прошлогодний аврал? Тогда взял нескольких. Но я их проверил!

– Возможно, недостаточно. Или не в том месте копал.

Игорь дышит в трубку рвано. Ему не нравится, когда я на его некомпетентность намекаю. Только я никогда не намекаю – не мой стиль.

– Игорь, соберись. Не время сопли жевать. Думай!

Сбрасываю вызов, звоню Игнату – мне надо знать, что с моей женой всё в порядке. Мне на загородный клуб плевать, пусть хоть в пыль разлетится. Но мне не плевать на эту женщину. Забралась, зараза, под кожу, ничего с этим