Я тебе (не) верю - Каролина Дэй

Я пролистывала столько рецептов по-настоящему мужских блюд, которые могли бы удивить Глеба, и остановилась на стейках с кровью. Правда, мясо немного подгорело и осталось без крови в принципе. Первый блин комом, как всегда. В балете тоже не все элементы удавались с первого раза, но я шла напролом, пока не добилась идеального результата. Именно с такими мыслями я продолжила готовку.

Но если бы все было так просто.

Второй стейк тоже не выдержал мучений. Как и третий. Четвертый. И так продолжилось, пока я не истерзала все мясо. Когда последняя порция тоже попахивала гореленьким, трижды пожалела, что не позвонила Лидии и не попросила ее приехать пораньше. К сожалению, она пришла на помощь слишком поздно – последний стейк спасти не удалось.

– Лучше бы меня подождала, приготовили бы вместе твой романтический ужин.

– Сама хотела, – промямлила себе под нос, как нашкодивший ребенок. Как говорится, хотела сделать лучше, а получилось как всегда.

– Вот тебе и сама! – возмутилась женщина. – Глеб Олегович скоро придет, не успею я приготовить.

– Вы о чем?

Внезапно раздавшийся голос мужчины заставил меня вздрогнуть. Хотя нет, не меня одну – Лидия тоже напряглась.

И как я раньше не почувствовала его присутствие? Как раньше не услышала тяжелые шаги? Как не ощутила его руки, окутывающие приятными путами мое тело?

Глеб обнял меня сзади и оставил легкий поцелуй на макушке. Согревающий. Объятья казались мне крепкими, его руки напряглись вокруг меня. Такие большие, твердые, с широкими ладонями. Мужчина мог бы охватить мою талию одной рукой, не говоря уже о том, чтобы поднять.

Разница габаритов между нами чувствовалась как никогда остро, но сейчас я не задумывалась о том, куда бы спрятаться от этого большого мужчины. Хотелось чувствовать себя маленькой девочкой в руках сильного мужчины и понимать, что он защитит от всего на свете.

Так комфортно, тепло.

Словно сегодня утром ничего не произошло. Но, может, обида Глеба мне всего лишь причудилась, или же наоборот – не желал выставлять напоказ разламывающие внутренности чувства? Вопрос оставался открытым.

– Да так, ни о чем, – ответила невзначай, повернувшись к мужчине. Непроницаемое лицо, темный взгляд. Я бы подумала, что он вновь закрылся, только едва заметный зеленоватый оттенок радужки и легкие смешинки в глазах выдали все с потрохами.

– Что ты делаешь на кухне? – удивился Глеб. Он не собирался меня отчитывать, скорее полюбопытствовал.

Наверное, я бы всеми силами попыталась замаскировать неудавшийся ужин. Попросила бы Лидию отвлечь хозяина, а сама бы смела всю красоту в столовой. Скинула бы свечи, убрала бы идеальную сервировку, подсмотренную в гугле. И мясо. Выкинула бы в мусорку, пока Глеб ничего не заметил. Но было поздно.

Мужчина увидел все своими глазами. Заметил мое преображение к ужину, фартук, надетый поверх обтягивающего синего платья, укладку и макияж. Да, подготовилась отлично, только сам ужин превратился в прах. А я так хотела сделать приятное.

– Это жаренное мясо? Сама готовила? – густые темные брови взметнулись вверх, а на тонких губах застыла улыбка. Нет, не насмешка, а именно улыбка. И это немного странно, учитывая, что пережаренные места видны невооруженным взглядом даже с его ракурса.

– Можно и так сказать, – я опустила взгляд, смутившись. Надеюсь, он не станет это пробовать.

– Лидия, накрой нам на стол, – отдал приказ Глеб и направился в столовую.

Хотел пройти в смежную дверь, но застыл. Еще бы он не застыл – я так красиво все обустроила, да еще и свет выключила, создав полумрак, освещаемый лишь бра над дверью и парочкой свечей, зажженных совсем недавно. Да, со стороны все выглядело красиво, романтично, даже немного элегантно, как в дорогих ресторанах. Но не по плану. Потому что коронное блюдо безнадежно испорчено.

Лидия быстро покинула пентхаус, как только отнесла приготовленные мной салаты и блюдо со стейками. Женщина кинула напоследок сочувствующий взгляд и пожелала удачи. Она мне сейчас не помешает. Наверное. Интересно, сколько дней мы будем мучиться после этой пытки?

– Присоединишься ко мне? – Глеб повернулся лицом, сохраняя ту самую довольную улыбку, которая мне нравилась, и протянул ладонь, в которую, не раздумывая, я вложила свою. – Но сначала это нужно снять, – он чуть нагнулся надо мной и завел руки за талию, собираясь обнять. Но я ошиблась. Мужчина просто развязал фартук и скинул его на кухонную тумбу.

Мы присели рядом. Глеб сидел во главе стола, а я по правую руку. Как привыкла в последние недели. До примирения я усаживалась подальше от мужчины, если вообще спускалась к совместному ужину. Но сейчас возникали другие ощущения. Приятные.

И я наслаждалась этим чувством, пока Глеб не потянулся за кусочком мяса…

Берет в руки нож с вилкой, пытается отрезать кусок стейка, который, на странность, легко поддается усилиям мужа. Кладет в рот. И тут замечаю лишь по одному шокированному взгляду ту реакцию, которую в глубине души не хотела видеть. Шок. И далеко не приятный, а немного противный.

Мужчина кое-как прожевывает свой кусок, а затем, натянув на лицо улыбку, хочет что-то сказать, только я успела раньше:

– Можешь не врать. Тебе не понравилось, – мой голос звучал обиженно, расстроенно. Не хотела признавать свои ошибки, но она есть, и этого не избежать. Я не смогу закрыть глаза и сделать вид, что все хорошо. И он не сможет, хоть и пытался.

– Хочешь, мы пойдем в ресторан? – спокойно спросил Глеб.

Чувствую тепло на своей ладони – он накрыл ее своей широкой рукой. Так тепло, так спокойно. Я взглянула в глаза мужчине. В созданном полумраке плохо видны его эмоции, приходится опираться лишь на осязания и слух, но его взгляд говорил все. Передавал информацию даже сквозь тьму. И он не хотел меня обидеть, желал разрядить обстановку. А что хотела я?

– Хорошо, – согласилась, не обдумав толком свое решение. Хотя нет, вру. Единственный вывод, который сделала не так давно: нам нечего кушать, а всю еду я израсходовала на чертов ужин. Не голодать же нам.

– Я оценил твой порыв, малышка, – прошептал Глеб, когда мы встали из-за стола. Он вновь подошел сзади и приобнял меня, чуть