Он (СИ) - Юдина Екатерина

— Я не обрадовалась, когда увидела его впервые, — ответила тихо, но говорила чистую правду. — Думала, со временем это изменится, я привыкну, пойму этот новый уклад, но в действительности стало только хуже. И мне кажется, я уже начинаю терять себя. Меняюсь, и мне это не нравится. 

— Тебе нужна пауза, — бросил Курт. — Остынь. Подумай обо всем. Сколько ты собираешься прятаться? 

Я прикусила язык, чтобы не выпалить — «Всю жизнь!» 

— Еще не решила, — пробормотала сдавленно. 

— Я помогу тебе, но люди Ланге это так просто не оставят. Ты же понимаешь. Пропала его дочь. Они точно будут искать повсюду. Далеко уехать не выйдет. Ты засветишься на придорожных камерах. 

— А сейчас? — моментально напряглась и вжалась в сиденье. — Сейчас нас могут увидеть? 

— Нет, я выбрал безопасный путь, тут как раз идет перенастройка системы, никто нас не засечет, но вывезти тебя за пределы Мюнхена будет огромной проблемой. Короче, первое время поживешь в квартире моего приятеля на окраине города. Не переживай, там тихий район, не трущобы. 

— Я буду жить с твоим другом? — кажется, мой голос дрогнул. 

— Черт, стал бы я оставлять тебя наедине с другим мужиком? — усмехнулся Курт. — Приятель поехал отдыхать. Неделю его не будет в Мюнхене, а ключи остались у меня. 

— Он не будет против? 

Курт лишь пожал плечами в ответ. 

— Потом придумаем что-нибудь еще, — произнес парень после короткой паузы. — Там ты окажешься в безопасности. Продукты буду приносить сам, чтобы ты лишний раз не высовывалась. Чуть что — тебя поймает камера. Сейчас они в куче магазинов натыканы, в кафе есть. Скрываться тяжело. Хотя если наденешь кепку, появится шанс запутать систему распознавания лиц. 

— Слушай, откуда ты настолько хорошо в этом разбираешься? — удивилась я. 

— Ну всякое бывало, — пожал плечами. — Я всегда предпочитал не попадаться. 

— У тебя проблемы с законом? 

— А ты с какой целью интересуешься? — его взгляд опять прошелся по мне, и это ощущалось точно реальные прикосновения, парень подмигнул и шуточно спросил: — Ты хочешь заказать поддельные документы? 

Я отрицательно мотнула головой. 

— Кстати, паспорт при тебе? — поинтересовался Курт. 

— Я не смогла его забрать, — призналась глухо. 

— Ты серьезно? — нахмурился он. 

— Так вышло. 

— Подделка документов — преступление, — заметил мрачно. 

— Я не хочу ничего подделывать, — выпалила моментально. — Мне просто нужно время вдали от Ланге. Чем больше времени, тем лучше. 

Не хватало только нарушить закон. Проблем становилось все больше. 

— Вижу, у вас не заладились семейные отношения. 

Я лишь передернула плечами и отвернулась. 

— Прости, что впутала тебя в это. 

— Я сам согласился, — заключил Курт. — Не дергайся, я не привык отступать. Подумаю, как раздобыть твой паспорт. Может, подкуплю кого-то из слуг? 

— Ты шутишь, — горько усмехнулась, понимая: это нереально. 

— Да, но вообще я попробую найти нормальный вариант.

* * *

Квартира оказалась небольшой, сразу напомнила мне то место, где я жила до встречи с Ланге, поэтому это было приятно. Я даже немного расслабилась и выдохнула. Курт отлучился на полчаса и вернулся с полным пакетом продуктов. 

— Завтра приехать не смогу, — сказал он. — Надо решить кое-какие дела. Но в среду я снова буду у тебя. Не скучай. И если будут проблемы, звони. 

Парень протянул мне простенький мобильный телефон. От прежнего пришлось избавиться, ведь по сигналу меня легко могли бы отследить люди Ланге. 

Я поблагодарила Курта и мы расстались. Он торопился, и это было понятно, я заняла кучу времени. На прощание парень вдруг прижал меня к себе. Очень крепко, после жадно глотнул воздух, точно впитывал аромат моих волос. Отстранился, как будто нехотя, скользнул взглядом по моему лицу и покинул квартиру.

Я настолько устала и перенервничала, что очень плохо соображала. Не могла притронуться к еде, вообще, не чувствовала голода. Казалось, дверь может распахнуться в любой момент и сюда вломиться охрана Ланге. Или вовсе те военные, которых я прежде встречала при похищении. 

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В итоге я просто повалилась на диван, закрыла глаза и сама не заметила, как проспала до утра. Вернулась в реальность, чувствуя как живот урчит от голода, потерла лицо руками, распахнула глаза и с облегчением поняла, что я и правда сумела вырваться из плена. Почти сутки прошли без Ланге. 

Я привела себя в порядок, умылась и приступила к еде, машинально включила телевизор. Мне нравилось смотреть что-то вовремя завтрака. У себя дома я всегда включала разные видео не телефоне, но у Ланге царили совсем другие порядки. Представляю, как отреагировала бы Ирма на подобный выверт с моей стороны. 

Черт возьми, при Райнере я бы попросту не осмелилась ничего включить. 

Я нервно улыбнулась и начала открывать йогурт. По телевизору шли какие-то новости. 

— …стала наследницей многомиллиардного состояния, — произнесла диктор. — Хайди Нагель. Простая девушка, выросшая в детдоме, и подумать не могла, что связана кровным родством с одним из богатейших людей мира. Вчера вечером пресс-служба господина Ланге официально подтвердила эту информацию. Никаких слухов. Только факты. Как и всегда на нашем канале… 

У меня дыхание перехватило о увиденного на экране. Мои фото перемежались с фотографиями Ланге. Слайд-шоу сводило с ума. 

Он признал меня своей дочерью. Официально. На весь мир. Вчера. После моего побега. Черт возьми, почему?

В голову закралась мысль, что это, возможно, для того, чтобы быстрее меня найти. То есть, показать по всем новостям мои фотографии, а потом сказать, что я пропала и, все, кто предоставит информацию о моем местонахождении, получат щедрое вознаграждение. Вот только, эта теория быстро отпала.

Во-первых, влияния и ресурсов Ланге достаточно для того, чтобы обойтись без применения такого ненужного ухищрения. Во-вторых, в новостях не было ни слова о том, что я пропала. Лишь информация, что я дочь Райнера Ланге.

Да, он и так собирался меня представить прессе в роли своей дочери, но постоянно откладывал. Мне даже стало казаться, что он вовсе решил отказаться от этой идеи, но все еще по какой-то причине держал меня рядом с собой, а тут, стоило мне исчезнуть, как тут же я была представлена всему миру, как его дочь. В чем логика?

Я шумно выдохнула и откинулась на спинку дивана. Больше мне не хотелось есть, но, все так же одним ухом слушая новости, по которым уже крутился другой ролик, я взяла телефон и с него вошла в сеть. Там стала листать новостные статьи и среди них нашла несколько с заголовками про дочь Райнера Ланге. То есть, про меня.

Все очень и очень плохо. Я не понимала, почему Ланге именно сейчас «признал» меня, как свою дочь, но для меня это сулило только одним — теперь я привязана к нему. Сбежать будет еще сложнее.

* * *

Следующие дни пролетали, словно в тумане. Я все так же сидела в этой квартире и просматривала новости. Постепенно поток роликов о том, что я дочь Ланге поутихла, но я все равно не редко видела эту информацию в сети. Журналисты называли меня своеобразной золушкой и, судя по тому, что эта тема пользовалась интересом, они даже побывали в моем университете. Взяли интервью у некоторых моих подруг и бывшего парня, с которым я встречалась не больше недели.

Наступила среда, но Курт так и не смог прийти. Он лишь однажды позвонил и сказал, что происходило то, чего он не ожидал. Меня искали настолько тщательно, что даже Курту стало не по себе от задействованных ресурсов Ланге. Казалось, что просчитывали любые варианты того, куда я могла исчезнуть, из-за чего даже за Куртом следили. Поэтому он не мог прийти ко мне, но пообещал, что позже попросит своего друга наведаться ко мне. То принесет еще еды.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Это было нелегко, но я разузнал, что телохранителей, которые за тобой тогда не уследили, очень жестко наказали, — напоследок сказал Курт.