Артур Дарра - Хранитель слёз

— Отстань! — Соня отдёрнула руку директора и вскочила со стула.

— Что?! — смеялся он. — Напомнить, как ты вела себя, чертовка? Сама не чиста душой, а ещё пытается меня задеть за живое! Ну что это? Это уже ни в какие ворота не лезет! Свет везде выключишь. До понедельника. Целую тебя. Позвоню.

И офис опустел.

Соня собралась, через несколько минут вышла следом. Её начинало лихорадить, сознание штормило. Она села в свой красный «Фокус» и поехала по вечернему пятничному Петербургу. В свою съёмную квартиру, которую ей оплачивал директор (и в которую частенько захаживал сам), она не отправилась. Решила сделать сегодня по-другому: порадовать себя наконец непростой победой. Этим она и поднимет настроение за весь этот паршивый денёк!

По пути Соня заехала в супермаркет, купила солидную бутылку «Джека Дэниэлса», улучшая расположение духа планами, что сменит место жительства уже на этих выходных, а ключи от съёмной квартиры вернёт этому вшивому директорошке. Пусть теперь помучается, когда в следующий раз ему вновь захочется ослабить зажим семейного хомута, выпустить пар супружеских мозготрахов.

И вообще, решила Соня. Хватит с меня этого туристического говна. В понедельник увольняюсь к чертям собачьим. Теперь всё будет по-новому!

Девушка настолько обрадовалась своим новым планам, что как только её машина остановилась на парковке между двумя девятиэтажками, она откупорила бутылку и выпила для первого глотка просто громадное количество виски. Даже пролилось на рабочую белую блузку.

«А, плевать! — подумала Соня. — Один чёрт на работу больше не выйду. Устрою себе внеплановый отпуск. Отдохну, подумаю о жизни, решу, что делать дальше. Куча времени. А эта скотина пускай поищет меня, телефон отключу. Ради него ещё причёску сегодня делала… Ну всё. Пусть теперь попляшет. Вот хохма-то будет, когда у него между ног зачешется. Когда по традиции захочет поделиться своими нежными идеалистическими мыслями о мире после того, как опрокинется на спину выдохшийся и довольный, чуть не выдрав мне все волосы с головы и не прокусив плечи до мяса… Мерзостная скотина».

Соня сделала ещё один огромный глоток, взяла бутылку в руку и, закрыв машину, двинулась к подъезду левой девятиэтажки. Возле него на скамейке торчали какие-то подростки с пластиковыми торпедами — пивом. Увидав приближающуюся к ним брюнетку в короткой юбке, распахнутом пальто и с внушительной бутылкой «Джека» в руке, стали ей посвистывать, предлагая присоединиться к ним. Соня показала им непристойный жест, чем вызвала ещё большую бурю смеха, полетевшую ей в спину.

Через несколько секунд она уже стояла в подъезде и нажимала на кнопку с цифрой «9». Поднявшись на последний этаж, открыла ключами дверь и вошла в прихожую. Не включая свет, замерла на пороге.

Тихо и темно.

Закрыв дверь, она прижалась к ней спиной и присела. На тело вдруг накатила невероятная усталость — точно цементом окатили. Пришибло напрочь.

Соня сидела и долго вспоминала действие, которое хотела совершить по возвращении сюда. Сидела и наконец вспомнила: нужно выпить! Ещё! Это ведь моя квартира, нужно отпраздновать! Что же я так перескакиваю с хорошего настроения на глупую тоску. Что же я! Выпить! Больше!

Подгоняя себя весёленькими думками, она решила пройтись по своим теперь уже законным владениям. Однако дальше прихожей так и не смогла сдвинуться. Что-то вдруг потяжелело у неё в груди — неприятный вакуум. Квартира будто высасывала всё, что в ней было. Все праздничные мысли.

— Мрачная какая-то квартирка, — пробормотала Соня и включила свет. Однако, только она увидела своё отражение в зеркальных дверцах шкафа, замерла с судорогой на лице, и рука её, точно удав, неряшливо поползла по стене, нащупывая выключатель…

Щёлк.

Темнота вернулась.

Соня снова присела у двери. Что же это такое, задумалась она. У меня теперь своя квартира. Своя! Теперь точно и законно. Но… почему нет радостного чувства?

Девушка начинала злиться. И принялась заливать в себя ещё больше алкоголя, как бы поторапливая в себе радость.

Её глаза…

Что-то быстро, но ясно промелькнувшее в них, когда на мгновение вспыхнула лампочка…

Отгоняя эти мысли, Соня с трудом поднялась на ноги. Медленно прошлась по коридору и заглянула в комнату Лизы. Разбитое окно с трепыхающимся лоскутком отлепившегося скотча — и непривычное отсутствие светлой макушки из-за спинки кресла.

Девушка сделала шаг назад, в коридор, и зашла в свою комнату. Подойдя к столу, увидела на нём какие-то бумаги, оставленные Никитой. Начала яростно рвать их в клочья.

— Как он посмел оставить здесь свои вещи! — забормотала она сквозь стиснутые зубы. — Это моя квартира! Моя! И теперь здесь всё будет так, как я захочу!

В порыве злости она даже опрокинула шкафчик, в котором когда-то в детстве держала свою одежду. Тот разбился на куски, полки отвалились, раздался жуткий грохот.

— И этого дерьма здесь больше не будет! — Она раздражалась всем этим вещам, всему, чему только можно было раздражаться.

Соня уселась прямо на пол, спиной к кровати, и продолжила пить. Свет не включала. Не хотела видеть всю эту мебель, все эти вещи, которые бы вмиг начали напоминать ей о прошлом.

Так она просидела минут пять. Потом почувствовала, что ягодицы стали твёрже камня. Поднялась, приблизилась к окну. Постояв возле него — «Тоска», — повернулась.

Когда её взгляд упал на пространство у настенной полочки, она не сразу поняла, что это. Подсвеченная маленькой вертикальной полоской фонарного света, льющегося через окно, цепочка с крестиком. Не дыша, Соня чуть подалась вперёд. Это ведь… Та самая цепочка. Она и забыла, что когда-то давным-давно повесила её сюда в память о…

Но почему она забыла об этом?

Когда-то ведь эта вещь стала для неё символом несокрушимого добра и защищённости. Но почему же она выпустила это из памяти?

Может, потому, что со временем это стало в ней меркнуть?..

Только теперь, стоя у стены, Соня осознала, как же сильно изменилась её жизнь с тех пор. А вместе с ней — и её отражение в зеркале.

Глаза…

Она больше не могла удерживать эту коварную и бронебойную мысль, которая уже заякорилась в её сознании, вгоняя сотни острых шипов по всему телу. Больше не было сил удерживать себя. И слёзы.

С треском бутылка ударилась об стену. Приземлившись, из её горлышка тут же стала вытекать жидкость, понемногу заполняя пол. Соня отошла назад и уперлась в холодную стену. Медленно поползла по ней вниз. Она прекрасно поняла, что увидела в своих глазах в ту секунду, когда в прихожей зажёгся свет.