Даниэлла Бродски - Дневник деловой женщины

Не понимаю, откуда у многих женщин берется хладнокровие, чтобы сразу после идеального свидания отправляться домой и потом не сожалеть об этом. Наверное, именно так и нужно поступать – со словами: «Спасибо, все было просто отлично, но завтра мне нужно рано вставать, поэтому я отправляюсь спать». Но решиться произнести эти слова не так просто, как может показаться. Пока Лайам передает кредитную карточку официанту (он не позволил мне даже достать кошелек – перехватил мою руку и покачал головой, а у меня зазвенело в ушах, бросило в жар, потом в холод), я погружена в фантазии о том, как он, крепко ухватив меня за волосы, нежно покусывает мне ухо. Дело в том, что большую часть вечера мы говорили о сексе. Это была легкая беседа, никакой похабщины. Случайная мысль: вполне вероятно, что ваши действия кажутся вам сексуальными и забавными, но для человека со стороны, или, правильнее сказать, для одинокой женщины, выглядят грубыми и дешевыми – она будет ревностно следить за вами, прислушиваться к разговору и таращить глаза. (Не могу похвастаться, что никогда не была на месте такой женщины.)

Я же, насладившись розовым, оранжевым и зеленовато-голубым коктейлями, готова прямо сейчас сорвать с Лайама одежду и потребовать большой пакет шоколада с собой. Особенно после того, как он медленно, ложечка за ложечкой, кормил меня теплым шоколадным пралине, пока я не съела все до последней капли. Во время ужина мне казалось, что я снимаюсь в кино, и, как только Лайам оплатит счет, последует команда «Снято!» и все резко закончится. Мы поднимемся из-за стола, и Лайам станет неумелым и неуклюжим, способным лишь на примитивный флирт, а я снова вернусь к своим мечтам. Ведь чудесам нет места в моей жизни!

Поэтому, когда мы наконец встаем и направляемся к выходу, я абсолютно не представляю, что будет дальше. С одной стороны, я надеюсь на приглашение на так называемую (хитро подмигнуть) чашку кофе, за которой следуют обычные в таких случаях занятия, ну а потом и атака; а с другой – не особо приветствую такое развитие событий и хочу все-таки видеть Лайама джентльменом, который не станет собирать все сливки прямо сейчас и перенесет самое сладкое на другое время. Так поступают, если действительно любят и уважают.

«Дурочка, разве у нас впереди так много времени?» – думаю я про себя, или мне только кажется, что про себя.

– Времени на что?

Боже, я произнесла эту фразу вслух. Наверное, со стороны кажется, будто я пробуюсь на роль в бродвейской версии фильма «Сибил».

– А-а... э-э... Прости, я просто посмотрела на часы.

– Торопишься на встречу с другим парнем?

– Естественно. Через полчаса он будет встречать меня около дома.

(Парень – как приятно звучит это слово, я в восторге.)

– Тогда пойдем скорее, я провожу тебя домой, – предлагает Лайам. – Мне не терпится отправить его куда подальше.

Я знаю, что мы ведем себя, как увлеченные игрой дети, но до чего хороша идея: мужчина ревнует тебя к якобы существующему сопернику, который будто бы оказывает тебе знаки внимания. И, несмотря на то, что грубые слова не будут сказаны, само по себе стремление Лайама убрать с дороги соперника – прекрасный повод для глубоких размышлений. Погрузившись в них, а также в бесконечные телефонные обсуждения на ближайшие несколько недель, я в итоге смогу понять, означает ли эта фраза его желание быть только со мной. Джоан придется очень быстро перейти ко второму этапу нашего общения, когда она просто перестает вникать в то, что я ей говорю.

Лайам идет провожать меня до дома, и я немного расслабляюсь, потому что у меня появилось еще двадцать дополнительных минут на фантазии.

Уверена, сейчас вам очень интересно, что же произойдет дальше. И вы думаете, окажется ли она стопроцентной «дивой», готовой к испытанию? Сможет ли после смеси разноцветных коктейлей устоять перед искушением? Ведь от этого англичанина просто дух захватывает – он только что фактически занимался с ней сексом с помощью шоколада; с первого раза понимает плохие шутки в стиле шоу знакомств; отдает предпочтение фактически несовместимым вещам – ванна с медными лапами вместо ножек и готовому завтраку из хлопьев «Какао пебблс» (вот это здорово!). Еще у него очень быстрые и ловкие руки, достойные хирурга, что выяснилось во время его манипуляций с джунглями во фруктовом коктейле. И ринется ли она, учитывая все вышесказанное, в тот омут, о котором мечтала весь вечер, ведь в любом случае перед ней стоит задача найти себе мистера Прямо Сейчас?

Или она поступит как неисправимая мечтательница, абсолютно безнадежная романтическая натура, и решит остаться загадкой для Лайама до следующего свидания, хотя прекрасно знает, что появление рядом с ней такого человека еще больше усложнит ее и так непростую жизнь?

И вот только теперь, когда я голышом удобно устроилась в кровати, закутавшись в одеяло, и мне тепло и приятно, а на лице сияет блаженная улыбка, я расскажу о том, что вам так не терпится узнать.

Самым лучшим в нашей прогулке было молчание. Он держал меня за руку и нежно водил пальцем по моему запястью, и все дома, мимо которых я ходила миллион раз, не замечая их, в этот вечер казались мне новыми и прекрасными, будто светящимися изнутри. (Когда же успели посадить эти саженцы? А это кафе с плетеными креслами – самое очаровательное, разве не так?) Каждое здание казалось мне по-королевски величественным, а свет в окнах согревал душу.

Мимо проезжали машины, но я их не замечала. А может быть, даже мы шли по пустынным улицам и каждый фонарный столб, линия на тротуаре, навес и табличка «Не парковаться!» были предназначены только нам. Обычно я считаю, что долго молчать нельзя, и глупо пытаюсь заполнить паузы болтовней на любые пришедшие на ум темы. (Вот, например, одна из них: почему не делают хлеб, который не крошится, ведь он был бы просто превосходен для сандвичей?)

Но в тот момент молчать было бесконечно приятно. Если бы нас снимала камера, она наверняка опустилась бы прежде всего вниз – ведь мы шли в ногу, – затем задержалась на руках, теплых и словно излучающих мерцающее зеленоватое сияние – проявление наших чувств, а в конце крупным планом показала наши спины, чтобы продемонстрировать, как постепенно уменьшается расстояние между нами.

У Юнион-сквер нашу прогулку прервал красный сигнал светофора, и мы медленно повернулись друг к другу. Лайам смотрел на меня улыбаясь, потом его веки опустились, и густые ресницы скрыли красивые глаза моего спутника. Меня бросило сначала в жар, потом в холод, сердце сжалось в груди, и волна чувств охватила все мое тело – эмоции, свойственные скорее шестнадцатилетним. А Лайам склонился ко мне, и я ощутила мягкие изгибы и влажное тепло его губ еще до того, как они соприкоснулись с моими. Я слышала его дыхание – потрясающе интимный звук – и понимала, что вся дрожу в предвкушении. Наконец с нежностью перышка, опускающегося на землю, мы коснулись друг друга – и ощутили колоссальный взрыв чувств (его силу можно сравнить разве только с размерами «Волшебного королевства Диснея»). Никогда не чувствовала ничего подобного за двадцать семь лет своей жизни!