Лавирль Спенсер - Сила любви

А над ними в ночном небе взвивались, шипели и искрились огненные змеи.

– … Поп… поп… поп! – подхватывал хор голосов.

– О-о-о-о-о…

– Кристофер? – очень тихо произнесла она.

– Да? – Он посмотрел на ее профиль.

– Мне с тобой очень хорошо, – сказала она, не отрывая взгляда от неба.

Глава 7

Пару недель спустя после Четвертого июля Дженис возвратилась с работы позже обычного: в девять сорок пять. В доме было жарко, и это прибавляло ей усталости. Она прошла через гостиную и подошла к открытой двери спальни Ли.

– Привет, мам.

– Привет, милая. – Ли, в короткой желтой пижаме, сидела в кровати и читала. – Что, много работы?

Дженис провела рукой по волосам и покачала головой.

– Да не очень. Боже, как же жарко здесь, мам. Ты не хочешь купить кондиционер?

– Почему бы тебе не принять теплый душ? Тебе сразу станет легче.

Дженис расстегнула блузку. Затем приподняла левую ногу и сняла белую туфельку, зацепив ее указательным пальцем, потом проделала то же самое и с правой ногой. И опять облокотилась о косяк двери.

– Мама, можно задать тебе один вопрос?

– Конечно. – Ли опустила журнал, который читала, на колени. – Я слушаю.

Дженис подошла к кровати и присела, поджав под себя ногу.

– Мам, что бы ты сделала, чтобы привлечь внимание мужчины, если все приличные способы уже испробованы… и безрезультатно?

– И кто же он, этот парень?

– …Кристофер.

Секунд пять Ли сидела не шелохнувшись, потом закрыла журнал и положила его на ночной столик – это был своего рода тайм-аут, необходимый ей для того, чтобы успеть придумать ответ. Вновь откинувшись на подушки, она тихо сказала:

– О, понимаю.

– Мама, он относится ко мне, как к малолетке, меня это бесит.

– Но согласись, между вами все-таки есть разница в возрасте.

– Семь лет, не так уж и много. У вас с папой была разница в пять лет.

Ли сочла довод убедительным.

– Это верно. Еще два года – это не так уж страшно.

– Тогда почему он не обращает на меня никакого внимания? Я уже и намекала ему на свои чувства, но он все равно не реагирует. А я ведь вроде не урод, когда смотрю на себя в зеркало… И вела себя с ним тоже вроде бы не как синий чулок, и разговоры завязывала, и по его адресу отпускала комплименты, и одевалась красиво. В общем, как могла, давала понять, что он меня интересует и что я уже достаточно взрослая для серьезных отношений… Так что же это?..

– Не знаю, что и сказать.

– Ты так много времени проводишь с ним. Он говорит хоть что-нибудь обо мне?

– Да, конечно. Спрашивает, как ты. Переживает за тебя, как и за всю нашу семью.

– Переживает… – скорчила гримасу Дженис, уставившись на свои туфли, которые держала на коленях. – Ура… – произнесла она удрученно.

А во дворе заливались сверчки. В гостиной Джои смотрел телевизор, приглушив звук.

Дженис говорила тихо и проникновенно:

– Я влюбилась в него с первого взгляда. Мы с Грегом стояли возле полицейского участка, а он как раз подъехал на своей патрульной машине. Честное слово, мам, он вышел из машины – и у меня сердце екнуло. Я уверена, что он знает о моих чувствах. Ким говорит, что я смотрю на него, как собака на бифштекс.

Она подняла на Ли растерянный взгляд, и они обе рассмеялись. Коротко. И не очень весело.

Ли протянула к дочери руки.

– Иди ко мне, милая моя.

Дженис потянулась к матери и уютно устроилась в ее объятиях.

– Тяжело нам, женщинам, приходится, правда? – Ли потерлась щекой о волосы дочери.

– Да не всем. Многие сами предлагают мужчинам встречаться с ними.

– Тогда почему же ты не попробовала?

Дженис пожала плечами. Ли нежно гладила дочь по волосам, убирая их с висков, а они, непослушные, ложились обратно. У Дженис были красивые волосы – длинные, до пояса, каштановые, волнистые. Она унаследовала их от отца.

– Наверное, потому, что мне хочется услышать это предложение от него, – ответила она.

Их уединение нарушил Джои.

– А что это вы здесь делаете?

Он стоял в дверях спальни, опираясь о косяк – так же, как и Дженис незадолго до этого. На нем была серая майка и шорты, на ногах – некогда белые носки.

– Разговариваем, – ответила Ли.

– Бьюсь об заклад, что знаю о чем. Дженис втрескалась в Криса, так ведь? – И он тихонько хихикнул.

Дженис подняла голову и обернулась к брату.

– Знаешь что, Джои, тебя это не должно волновать. Тебе еще надо бы подрасти, а пока я на твоем месте занялась бы личной гигиеной. Вон, посмотри, какое у тебя пятно на майке, и благоухаешь ты за версту.

В их свару вмешалась Ли:

– Джои, можно нам немного посекретничать?

– Да-да… я иду спать.

– Но только после того, как примешь душ.

Он скорчил недовольную мину и понуро вышел из спальни. Через минуту из ванной донесся шум хлынувшей воды.

Дженис села на кровати спиной к Ли.

– Ким советует мне просто позвонить ему и предложить сходить куда-нибудь. Например, в кино. Как ты думаешь, мам?

– Дорогая, это тебе решать. В дни моей молодости девушки себе такого не позволяли, но я вполне допускаю, что времена изменились.

– Самое ужасное, я боюсь в очередной раз услышать «нет», и тогда я буду выглядеть идиоткой.

– Ты говоришь, в очередной раз?

– Да, помнишь – я предложила ему съездить искупаться, но он, оказывается, уже искупался с тобой. Хотя, может, стоит пригласить его заранее, договорившись, скажем, на вечер пятницы или субботы. Может, предложить поужинать где-нибудь?

Она обернулась и задумчиво посмотрела на мать.

– Как ты считаешь?

Ли стало по-матерински жаль Дженис. Девушка она была на редкость привлекательная. Странно, что кто-то мог оставаться к ней равнодушным…

– Мне кажется, матери не стоит вмешиваться в такого рода дела.

Дженис молча сидела на смятых простынях, уставившись на свои голые колени. Наконец она горько усмехнулась.

– Черт возьми, мам, ничего от тебя не добьешься. – И нехотя соскользнула с кровати.

Через полчаса, когда дом погрузился в сонную тишину, Ли, прижавшись щекой к подушке, попыталась разобраться в своих чувствах после признания Дженис. Поначалу, когда Дженис произнесла имя Кристофера, ее вдруг охватила паника. Или это была ревность? Как нелепо и смешно. Именно так, учитывая возраст Кристофера. Он был на пятнадцать лет моложе, и глупо было бы с ее стороны рассматривать его в иной роли, кроме как друга семьи. Но ведь она все-таки позволила себе это. Сама того не замечая, она стала зависима от него, ей нужно было на него опереться. Крис был мудр не по годам – возможно, сказывалась его суровая работа, а может, это отголоски тяжелого детства.