Диана Блейн - Сплетение судеб

— Мне очень жаль, — проговорила Габи.

— Правда? Почему же?

— Тебе она нравилась.

— Итальянские сосиски мне тоже нравятся, но со временем могут и надоесть. Она притупляла боль, вот и все. Но никто не мог излечить. Видишь ли, была когда-то одна худенькая богатая девчонка, — сказал он глуховатым, манящим голосом, — я гулял с ней по нашим улицам, и мне нравилось, что мои дружки просто балдеют, глядя на нее. А в погожие весенние деньки мы лежали с ней на пледе в парке, и я мечтал о том, что когда-нибудь у нас с ней будут дети. Я так и не забыл ее.

Горячие, неудержимые слезы покатились по щекам Габи.

— А я так и не забыла чумазого итальянца из гаража, — прерывающимся голосом призналась Габи. — Но наверно, у судьбы были другие планы на наш счет. Ты стал магнатом, а я топ-моделью, и мы оба достаточно богаты, мы даже можем позволить себе перестать работать. Я только хочу, чтобы ты знал: меня никогда не волновало, что ты не был богатым, и я никогда не хотела того, чего ты не мог бы мне дать. А нужно мне от тебя было то, что нельзя купить за деньги.

— Ах, перестань, перестань, — взмолился Марк, и в голосе его была боль. Он перевел дыхание. — Послушай, может быть, пришло время рассказать тебе всю правду. Может быть, тебе станет легче. И тогда мы забудем об этом.

— Нет, — прошептала она с дрожащей улыбкой. — Теперь уже поздно рассказывать. Я только надеюсь… я надеюсь, рано или поздно, но ты поймешь, что я говорила тебе правду: я никогда не причиняла Джо вреда и никогда не охотилась за ним. Я любила его как брата и говорила ему об этом. Я невиновна в его смерти.

— Позволь мне увидеть тебя, — настаивал Марк. — Мы должны поговорить.

— Прости, но мне нужно уходить. Оставаться здесь небезопасно, — ответила она. — До свидания, мой дорогой!

— Габи!..

Сколько она будет жить, она никогда не забудет его голос, отчаяние, прозвучавшее в нем, когда он произнес ее имя, подумала Габи.

— Мне так жаль, Марк, — прошептала она, положив трубку. — Я люблю тебя, но не могу подвергать тебя риску. Достаточно одного из нас.

Она обвела прощальным взглядом дом, в котором прожила всю жизнь, вышла и заперла за собой дверь.

Держа в руке дорожную сумку, в которую она положила несколько дорогих ей вещей, платье и костюм на смену, Габи прошла немного по улице, потом подозвала такси и попросила шофера отвезти ее в огромный роскошный отель в шести кварталах от ее дома. Уже зарегистрировавшись, Габи с тревогой подумала: а не выследил ли ее кто-то? Она не меняла такси и не старалась запутать преследователя, если он был. Впрочем, в таком людном отеле ей вряд ли угрожает опасность. Со вздохом облегчения она прилегла на большую двуспальную кровать. У входа в отель стоит швейцар, он следит за посетителями. Габи почувствовала себя в безопасности.

Обед ей принесли в номер. Впервые за последние два дня Габи с аппетитом поела и рано легла спать.

Назавтра до середины дня она не знала, куда себя деть, и наконец решила, что уже можно позвонить мистеру Харрольдсу. Вряд ли он сам позвонит ей, поскольку не знает, где она.

— Вы что-нибудь обнаружили? — спросила она, как только секретарша соединила ее с детективом. — Или я звоню слишком рано?

— Мисс Беннет, — не сразу ответил Харрольдс, — к сожалению, должен вам сообщить, что мы не обнаружили ничего, что можно было бы представить в качестве доказательства. У мистера Смита действительно имеются большие невыплаченные долги, а на его счетах денег не многим больше, чем он мог бы иметь от зарплаты. Но вы понимаете, конечно, что было бы очень глупо с его стороны вкладывать присвоенные незаконным путем деньги в такой банк, где это могло быть обнаружено. Он мог открыть счета в других странах. Он также мог открыть их под вымышленными именами. Есть сотни способов замаскировать нелегальные деньги.

— А что в «Мотокрафт»? — спросила Габи, чувствуя, как убивают ее надежды.

— По первой проверке и там ничего не обнаружено. — Сыщик вздохнул. — Мы, конечно, будем продолжать расследование, но чем дольше оно длится, тем дороже обходится. Тут уж ничего не поделаешь.

— Это меня нисколько не беспокоит, — поспешила заверить его Габи. — Мистер Харрольдс, в компании никто ничего не заподозрил? — добавила она.

— Не думаю. — Он помолчал, потом спросил: — Мисс Беннет, вы находитесь дома?

— Нет, сэр. Я на всякий случай переехала в отель.

— Я как раз хотел посоветовать вам сделать это, — сказал Харрольдс. — Не хочу вас пугать, но мой человек считает, что за ним могли установить слежку. Он ужасно огорчен, но вам от этого мало толку. Я советую вам, несмотря на отсутствие доказательств, все же обратиться в полицию и рассказать все, что вы знаете.

— Вы считаете, я в опасности? — Габи должна была это знать.

— Да, мисс Беннет, — сказал Харрольдс после небольшой паузы. — Как вы просили, я связался со следователем и узнал результаты судебной экспертизы.

— И?.. — У Габи сжалось сердце. Страшно было представить, как чужие, равнодушные люди рассекают тело Джо.

— У следователя есть сомнения по поводу того, что именно явилось причиной гибели мистера Стефано. По первому впечатлению это элементарная авария. Не ясно, от чего наступила смерть — от наркотика или от столкновения с деревом. Но понимаете, у полиции нет оснований подозревать, что это было подстроено.

— Понимаю.

— Ваше заявление послужит поводом для полицейского расследования, — продолжал Харрольдс. — Подумайте об этом. Потому что, если это убийство и субъекту, которого вы подозреваете, есть что терять, он и не подумает дожидаться от вас каких-то обещаний. И, мисс Беннет… профессиональные убийцы стреляют без промаха.

— Благодарю за совет, — спокойно сказала Габи, хотя спокойствия не было и в помине. — Отложу решение до утра, — добавила она и положила трубку.

Заснуть она не могла. Встала с постели и начала ходить из угла в угол, раздумывая, как ей поступить. Долго смотрела в окно на мерцающий огнями город и гадала, сколько людей в нем сейчас в такой же тревоге, как она. Ей всего двадцать шесть лет. Она напугана и одинока и даже не может обратиться к Марку за помощью, хотя теперь он, наверное, помог бы ей. Он, кажется, уже не так сердится на нее, для него многое прояснилось. Ей ужасно хотелось помчаться к нему прямо сейчас же, чтобы он поддержал, успокоил ее, позволить ему позаботиться о ней. Но это невозможно. Сейчас она должна полагаться только на себя. Надо решать, что делать дальше.

«Как будто у меня есть выбор», — уныло напомнила она себе. Конечно, надо идти в полицию, и надо было идти сразу. Они могли провести расследование столь же тайно, как и частный детектив. Не добыв доказательств, они не стали бы врываться в «Мотокрафт» и начинать допрос Смита. К тому же Харрольдс напугал ее ужасно. Да, если Смит убил однажды, он не станет колебаться, если надо убить еще кого-то. На карту поставлено его благополучие.