Марджери Хилтон - На пороге любви

— Что это ты притихла? — встревожился Юджин, когда они возвращались к машине.

Китти взглянула ему в глаза и улыбнулась:

— Мне очень понравились твои друзья.

Юджин изобразил крайнее удивление:

— Что?! Китти Харпер понравилась компания военных, у которых нет жизненных корней? Они же так ненадежны…

Китти ткнула его локтем в бок и заявила:

— Не смейся надо мной. Они очень хорошие. Особенно мне понравилась Реба Стэнли, — кажется, будто я знаю ее всю жизнь.

— Да, очень приятная женщина, — согласился Джо, включая зажигание. — Ее муж Макс служит в моей роте. У них близнецы — ровесники Криса.

— Она рассказывала о своей семье. А еще о твоих обязанностях. Я горжусь тобой!

Юджин галантно поцеловал ее руку. Китти пристегнула ремень безопасности и посмотрела в окно. Она кое-что задумала еще утром, потом посоветовалась с Тиной, а теперь нужно было как-то сказать об этом Юджину. Китти никак не могла подобрать нужных слов, а выложить все сразу не хватало духу. Наконец, повернувшись к Юджину, она спросила:

— Мы ведь сейчас недалеко от твоей квартиры?

— До нее какая-нибудь пара миль. — Юджин с интересом взглянул на нее.

— А у тебя есть дрова для камина?

— Да сколько угодно.

— Может быть, нам поехать к тебе? — робко предложила Китти.

Юджин только кивнул в ответ: он боялся, что голос выдаст его.

Дорога до его дома показалась бесконечной.

Наконец машина притормозила у подъезда. Какое-то время они сидели молча, слушая, как дождь барабанит по крыше. Наконец Юджин спросил:

— Когда мы должны заехать к Тине?

Было около десяти, так что в лучшем случае в их распоряжении какая-то пара часов, думал Юджин.

— Она не ждет нас сегодня, — призналась Китти. Голос ее дрожал, ей было неловко. — Крис будет у нее до утра.

Сердце у Юджина заколотилось так, что он сам услышал его биение.

— Пойдем в дом. Я растоплю камин, — сказал он.

Сняв пальто, Китти начала стряхивать с волос дождевые капли, а Юджин колдовал над камином. Когда веселый язычок пламени лизнул полено, он, оглянувшись, с удивлением заметил, что Китти все еще стоит у порога. Он подошел к ней и погасил свет; комната погрузилась в таинственный полумрак. Нежно обняв Китти за плечи, он почувствовал, что она вся дрожит.

— Не бойся, Китти. Доверься мне, — прошептал он, притягивая ее ближе к себе.

— Я не боюсь, — выдохнула она.

Он увлек ее на середину комнаты и усадил на ковер. Прислонившись к софе, они смотрели на огонь. Юджин не выпускал Китти из своих объятий. Прижавшись щекой к ее влажным волосам, он ласкал ее до тех пор, пока она не перестала дрожать.

Юджин представлял, как трудно было решиться Китти на физическую близость и тем более подобрать нужные слова для объяснения. Не могла же она просто заявить: «Хочу переспать с тобой». Юджин это понял и оценил. Он все отчетливее сознавал, что других женщин у него не будет. Он отвел волосы со лба Китти и поцеловал:

— Я так рад, что ты пошла со мной на эту вечеринку.

Китти сбросила туфли и протянула ноги ближе к огню.

— Мы неплохо провели время.

Юджин уговаривал Китти не одевать ничего особенного, объясняя, что будет обычное сборище. Так оно и вышло. Почти все — и мужчины, и женщины — были в джинсах. И только совсем немногие, включая Ребу Стэнли, пришли в вечерних туалетах. Но никто не мог сравниться с Китти. Она была одета безупречно, прямо-таки безукоризненно. Роскошная женщина!

Юджин с трудом сдерживал желание владеть ею. Кровь толчками пульсировала в висках.

Китти прижалась к нему и принялась поглаживать, словно пробуя на ощупь, черный мягкий свитер крупной вязки. Потом ее рука скользнула под одежду и задержалась на его груди, и Китти с восторгом ощутила под теплой эластичной кожей упругость мышц; она впервые вела себя с Юджином столь смело. Этот сильный мужчина будил в ней страсть.

Когда Китти начала ласкать пальцем его упругие мужские соски, Юджин приподнял ее лицо за подбородок и поцеловал. Китти задохнулась от нахлынувших чувств; Юджин поцеловал ее снова. На этот раз страстно и требовательно, возбуждая желание идти дальше.

Китти дрожащими руками стянула с него свитер. От легких прикосновений ее пальцев его мускулы вздрагивали. Ей нравилось ощущать свою власть над ним. Пальцы скользнули по коже ремня и вниз. Китти перестала беспокоить ее неискушенность в любовных играх. Она ласкала его чресла так, что Юджин терял голову от возбуждения.

Итак, Китти в очередной раз приятно удивила его. Юджин предполагал нерешительность и смущение, но разгоревшаяся страсть лишила Китти обычной сдержанности.

Держа ее одной рукой, Юджин попытался расстегнуть пуговицы на платье, но запутался, и Китти поспешила ему на помощь. Кружевной бюстгальтер держался на единственном крючке, с которым Юджин справился без проблем. Он склонился над ее упругими грудями и прикоснулся языком к розовому соску. Китти ахнула. Он осторожно взял затвердевший сосок в рот, и она выгнулась дугой в бессознательной ответной реакции.

Ее губы беззвучно молили: «Возьми меня». Но Юджин вдруг откинулся назад и сел перед ней на колени. В глубине ее затуманенных страстью глаз мелькнуло недоумение.

— Ты так прекрасна, что мне захотелось просто полюбоваться тобой, — хриплым от сжигающей страсти голосом прошептал Юджин и окинул ее таким взглядом, который заставил ее сердце биться еще сильнее. Отбросив остатки смущения под его обжигающим взглядом, Китти грациозно избавилась от оставшейся одежды. Джон предпочел Бэрри. Ну а Юджину, вне всякого сомнения, нужна была она.

Руки Юджина пустились в ласковый поиск: нежно коснулись мягкой округлости ее груди, скользнули ниже, к животу. Китти казалось, что кровь в ее жилах горела, а когда сильная мужская рука принялась гладить внутреннюю сторону ее бедер, нежно раздвигая ноги, Китти вскрикнула и инстинктивно, всем телом, прижалась к Юджину. Собрав последние силы, она шепнула:

— Пожалуйста, Юджин, возьми меня.

Юджин поймал ее руку, поднес ко рту и поцеловал ладошку, а потом начал раздеваться, чувствуя ее восхищенный взгляд на своем теле. Стянув джинсы, он медленно опустился рядом с ней на ковер и принялся целовать ее с новой силой. Китти пыталась сопротивляться этой сладостной муке, но Юджин, прижав ее руки к ковру, целовал ее грудь и бедра с медлительной нежностью, так, что каждая секунда казалась Китти вечностью чувства и желания.

Наконец Юджин отпустил руки пленницы; теперь его пальцы были у нее между ног, словно он пытался измерить накал охватившей ее страсти. И когда Китти снова страстно произнесла его имя, захлебываясь в волнах желания, Юджин вошел в нее, наполняя ее всю, целиком, без остатка.