Исчезнувшая - Кира Романовская
— Что? Всё? Вот так твоя любовь к Полине прошла? — усмехнулся Роман, протягивая ему конверт с деньгами.
— Какая любовь? Мне нравилось на неё смотреть, — вздохнул Крот, пряча свою плату в потёртый рюкзак. — На эту Свету смотреть не нравится — её жалко. Сегодня она пойдёт гулять с Надей в парк, ходит через день, сидят на одной и той же скамейке в глубине парка, подальше от прохожих. Лжесвета читает ей книжку около часа и они идут обратно. Я карту нарисовал и адреса-телефоны записал, если что.
Крот протянул ему бумажку, поднялся со скамейки, накинул капюшон толстовки и быстрым шагом направился через дворы подальше отсюда. Рома смотрел ему в спину и никак не мог понять, как к нему относиться? Вроде полезный человек, странный, даже неприятный, но какой-то отрезвляюще правдивый, будто режет своей правдой, как ножом. Полине такие нравились, убивающие своим честным отношением к людям и жизни...
*****
Рома чувствовал, как сердце рвётся ей навстречу из груди. Уже почти час, как он держал его на привязи, сидя подальше от Лжесветы и девочки в инвалидном кресле, которая иногда хаотично двигала руками и что-то мычала. Уставшая женщина с лицом землистого цвета читала ей вслух книгу «Таинственный сад». Она часто останавливалась, будто ей было тяжело читать, иногда запиналась, но упорно продолжала читать вслух, не замечая никого вокруг. Рома жадно вглядывался в её лицо — точная копия Полины, но будто постаревшая лет на пять, да ещё и со шрамом. Руки устали от тяжёлой работы, под мешковатой одеждой пряталось худое тело. Если это Полина, то Роме было сложно представить, что она пережила за это время, но судя по шраму — тяжелую травму головы. Рома был согласен с Кротом — она сама не знает, кто она такая, раз считает себя Светой и, похоже, матерью этой девочки.
Час прошёл слишком быстро, женщина захлопнула книгу, собираясь катить коляску домой. Она тепло улыбнулась, помогая девочке попить воды из детского поильника, вытерла рот салфеткой и взялась за ручки коляски, снимая её с тормоза. Роман тяжело поднялся со скамейки и сделал шаг ей навстречу, потом второй, пока сердце бешено билось в груди, как мяч под рукой баскетболиста. Ему стало трудно дышать, он не знал, что сказать, спросить, сделать, просто шёл навстречу женщине, которая выглядела, как его погибшая жена.
Он встал прямо на её пути, женщина подняла на него глаза и сердце из груди Ромы будто потянулось к ней, к своей хозяйке. Её внешность изменилась, но глаза остались прежними. Он набрался смелости и тихо спросил:
— Полина?
Глава 21. Полина или Света?
— Нет, я не Полина, вы обознались, уйдите с дороги, пожалуйста, — поджала губы женщина.
Рома покачал головой. Нет! Это Полина, она просто издевается над ним. «Тогда зачем она так издевается над собой?» — тихо раздался непривычный Роме голос логики у него в голове.
— Отойдите с дороги или я вас сама подвину, — неожиданно процедила сквозь зубы женщина, глядя на Рому глазами похожими на два грозовых облака, собирающихся ударить по барабанным перепонкам громом.
Серебряков вдруг улыбнулся знакомой мимике — Полина точно также злилась.
— Никогда не видели девочку-инвалида или женщину со шрамом? Что смешного я сказала?
— Извините, я просто... Простите, — залепетал Рома, пропуская её вперёд.
Он смотрел ей в спину, подмечая малейшие схожести с походкой Полины, но всё же решил, что мнение экспертов в этом вопросе гораздо важнее. Он подошёл к мусорке рядом с лавочкой, где сидела Света-Полина, взял из неё салфетку, которой она вытерла рот девочке, а также выудил оттуда бутылку, из которой пила её «няня». Пара анализов и будет понятно, кто друг другу эта девочка и женщина.
*****
Трое мужчин собрали целый консилиум, рассматривая результаты ДНК тестов. Рома смотрел на них невидящим взглядом, блуждая у себя в чертогах разума, где все мысли были заняты «Полиной». Он на время стал Кротом и следил за ней в её редкие выходы из дома только в магазин и на работу, куда она ездила вместе с Надей в коляске. У Ромы сжималось сердце каждый раз, как он видел её, он видел лишь сильную Полину, которую ничем не сломить — ни нищетой, ни тяжелой работой, ни девочкой, которая не могла без неё ничего сделать.
Полина толкала коляску и всё равно улыбалась, когда девочка выдавала что-то наподобие улыбки на перекошенном судорогами лице. Рома замечал всё больше сходства со своей женой в этой измотанной женщине, глаза которой все ещё горели огнём.
— Я не понимаю — ДНК не совпадает ни с трупом, ни с материалами, который дал Рома! — в сердцах воскликнул Игорь, в сотый раз рассматривая анализы, которые уже видел его брат. — Девочке она не мать и Полине не родственница. Но второго просто не может быть! Это же на глазок увидеть можно — она ей точно сестра!
Мужчина в кресле руководителя многозначительно хмыкнул и поправил запонки на манжетах белой сорочки. Он улыбнулся хитрой улыбкой Чеширского кота, которая дала Роме надежду, что этот явно умный человек что-то знает.
— Материалы подменили!
— Нет! Не могли! Я сопровождал их от и до! — стукнул по столу ладонью Игорь.
— А ты Рома, когда свои экспертизы делал, оплачивал картой? — прищурился Филин.
— Да. А что?
— А то, что любой банковский след ведет в нужную сторону. Материалы подменили в клиниках, но не те, которые ты лично взял Игорь, вернее и те тоже, — усмехнулся Филин. — Весь материал и найденных останков, и из клиники, и из дома Полины — весь заменили на один и тот же! Принадлежащий одному человеку, не Полине, и, возможно, не трупу, который подчистую уничтожен.
— Это надежные клиники!
— А люди никогда не надежные, Игорь! — покачал головой Филин. — Всему тебя учить что ли? Почему стоит мне немного отвлечься, вы какую-то херню творите, которую я разгребать должен?! Делайте заново, ищите ДНК Полины, берите у этой Лжесветы пальчики и сравнивайте с теми, что найдёте у Полины дома и в квартире. А когда найдёте, отдайте мне, я сделаю всё как надо, никто и не узнает, что экспертизы были. Свободны братья Карамазовы!
— У нас разные фамилии, — обиженно пробурчал Игорь.
— А мозги одинаковые! — рыкнул Филин. — Ты, Игорь, давай ноги в руки и копай прошлое этой женщины, она должна
