Отец на час. Работает спецназ - Лина Коваль

Подойдя к кромке воды, мило трогает ее ножкой и трусливо отпрыгивает.

- Холодная какая…

- Да ну ты… брось.

- А-а-а-а-а-а!

Делаю рывок и забрасываю начальницу на плечо. Под ее недовольное верещание захожу в воду по пояс и, взяв упор на левую ногу, медленно ставлю.

И правда, море холодное. Бодрит.

- Ой! Ай! А-а-а-а! Мамочки… - Федерика жмется ко мне в поисках тепла.

- Ты так жалуешься или… меня возбуждаешь?

- Помолчите, Владислав… А-а-а-а!

- Просто если второе, то я уже готов.

- Это... чувствуется, - она пытается отодвинуться и дрожит.

Я решаю быть плохим мальчиком и беру штурмом свою же футболку. Под нее забираюсь и… блядь, зачем мы поперлись в море?... На берегу было бы гораздо удобнее.

- У тебя был когда-нибудь секс в воде? - отстраненно интересуюсь.

Казалось бы, издалека. Да?...

- Влад, давай без этих намеков.

- Я просто спрашиваю, - вздыхаю, охраняя дорогое белье шарящими по нему ладонями. - Так, чисто для поддержания разговора…

Федерика тихо посмеивается и… плотно обвивает мои бедра ногами.

Ух ты!...

Член приветливо тычется в лунку.

- Секса в воде у меня не было, - отвечает она доверчиво. - Слышала, это жутко неудобно… и болезненно.

- Ну… - вбираю воздух для подробного, раскрывающего все нюансы ответа и решаю, что надо бы повременить с обменом опытом. Сапером, у которого только одна ошибка, себя чувствую. - Может быть некомфортно… - смотрю в хитро сощуренные, внимательные глаза. - Тоже... слышал.

- Слышал, значит?...

- Угу. Да к черту все, - обхватив затылок, нападаю на сочные, теплые губы.

- Ахх… Влад…

Тут как в кроссе: чуть ослабил - и сразу туговато будет, поэтому расцеловываю начальницу как следует. Бороню податливый рот языком, разминаю дрожащее тело и, чего уж стесняться, лезу в дорогие трусы.

- Хочу тебя, давай попробуем...

- Так и знала, что этим закончится, - запрокидывая голову, она прижимает мое лицо к своей груди.

Я покусываю возбужденные соски через футболку и предвкушаю взрыв. Золотая сексуальная рыбка уже почти на крючке, но тут на пляже неожиданно оказываются третьи лица. А именно молодая парочка. Они громко смеются и раздеваются.

Видимо, тоже на рыбалку пришли.

- Да ну на хрен, - бурчу, отодвигаясь от мягких полушарий. - Пойдем в дом, - тяну начальницу за собой.

Обратная дорога занимает чуть меньше времени. Я с трудом натягиваю брюки, прячу бюстгальтер в карман, а платьем прикрываю стояк. Федерика же выжимает футболку и, вцепившись в мою руку, босиком шлепает по асфальту до самого комплекса.

Наш дом - двухэтажный, с тремя спальнями наверху и уютной гостиной-кухней внизу -прямо за бассейном и террасой, поэтому, проходя мимо, желаю всем нашим спокойной ночи. Федерика тоже вежливо прощается.

Думаю, после сегодняшнего вечера все вопросы и планы познакомить меня с кем бы то ни было сами собой отвалятся.

- Владь, - Маша сбегает по лестнице в слезах и, пока ее полуобнаженная мать скрывается в ванной, тут же обезьяной забирается мне на шею. Нижняя губа предательски плывет, а подбородок жалобно трясется.

Собаки уныло за нами наблюдают.

- Владь. Ты весь моклый… Владь. Случилась катастлофа!... - Маша округляет глаза и поправляет кудряхи.

- Что у тебя там за катастрофа, Мария-Франческа? - устало спрашиваю, скидывая обувь у порога.

Раньше думал - дурость так детей называть, а теперь даже нравится. Звучит классно!...

Ожидаю услышать все, что слушал предыдущие месяцы. К примеру, у куклы отвалилась нога или Каринка застряла в кукольном домике. Может, девица пролила краски на ковер или совершенно случайно - это важно! - разрисовала стену? А ещё, что вероятнее, Маня снова решила меня предупредить: она вот-вот «глохнется в обмолок» - вот так ей сладенького хочется.

Хотя последнее при матери она бы провернуть не решилась.

- Мы ходили на моле днем, - начинает рассказывать Мисс Катастрофа. - А ещё до этого я Ва-яне показывала своих мулавьев…

- И? - хмурюсь, догадываясь, что будет дальше.

Лучше б мы ее сладким покормили.

- Я забыла заклыть фелму, - произносит Маша и… в эту же секунду начинает рыдать. - Все мулавьи лазбежались. Как клысы!...

- Ты… что сделала? - выглядывает Федерика из ванной.

Маша театрально падает на мое плечо и ещё сильнее рыдает. Примерно на восемь по десятибалльной шкале.

- Можно я сделаю вид, что меня здесь нет? - спрашивает начальница, прикрывая голое тело полотенчиком.

Да как же тебя нет? С такой-то грудью!...

Мысленно бью себя по щам.

- Так, где стояла ферма? - спрашиваю Маню, усаживая ее на стул в гостиной.

- В нашей комнате.

- А Эльза где?...

- Она на шкафу… плячется.

- На шкаф залезла? - откашливаюсь, поглядывая на полуголую начальницу.

Искупались, блин. Чуть зазевался - и все. Катастлофа.

- Ладно. Сидите здесь!... Дамочки.

Единственное, что приходит в голову, - муравьев травят уксусом, поэтому заглядываю в полупустые шкафчики, и бинго - в одном из них нахожу то, что надо. Дальше дело за малым - под раковиной отыскиваю какое-то средство для плиты с пульверизатором. Избавляюсь от содержимого и делаю уксусный раствор.

В детской тихо и душно.

- Ну и что ты здесь сидишь? - спрашиваю у Эльзы, задирая голову.

- Стра-а-а-шна…

- Иди сюда, - зову, подставляя руки.

После недолгих раздумий она спрыгивает и испуганно пялится по сторонам.

- Вы ведь их не убьете?...

- Нет, конечно. Каждого муравья лично позову обратно на ферму и доставлю с почестями.

- Они живые, - хнычет девчонка.

- Ну давай оставим их здесь, с вами.

Морщится.

- Хотя…. это ведь насекомые, - Эльза ловко пренебрегает убеждениями в угоду собственному страху и выходит из комнаты, а я следующий час чувствую себя охотником за привидениями и обрабатываю каждый угол.

Знал бы мой комбат, какой бывает служба. Охренел бы!...

Перед сном принимаю душ и, глянув на плотно прикрытую дверь соседней спальни, иду к себе. Сил, чтобы натянуть на свой зад хотя бы трусы, не остается, поэтому, уповая на то, что все дамы, кошки и собаки уже спят, решаю завалиться в постель в чем мать родила.

Закинув руки за голову, в красках вспоминаю купание в море. Какая мягкая у Федерики кожа и какой горячей может быть итальянка, когда позволяет себе чуть больше.

Дверь медленно открывается. В комнату вплывает стройная тень, и я с хмурым видом наблюдаю, как начальница