Больше, чем ничего - Екатерина Юдина

тут же начали бросать на него взгляды. Дар-Мортер сам по себе был очень хорош. До безумия привлекательный. Но ещё его выделял слишком высокий рост и чрезмерно массивное телосложение. И, несмотря на то, что он был в водолазке, на ладонях и шее частично были видны татуировки.

— Вон мой парень, — я указала пальцем на Этьена.

Глава 26. Позволяешь

Краем глаза я заметила то, что Астор обернулся и посмотрел в ту сторону, в которую я указывала пальцем. По сути, около выхода из террасы сейчас был только Этьен и ошибиться в том, кого именно я назвала своим парнем, было невозможно.

Но все равно создалось ощущение, что Дега медленно посмотрел по сторонам, словно считая, что все-таки я указывала не на этого двухметрового верзилу, а на кого-то другого. Вот только, когда он понял, что это явно не так, кажется, у Астора приподнялась бровь и он посмотрел на Дар-Мортера долгим, слишком пристальным взглядом. Было в нем ещё что-то, но я не поняла, что именно. Мне вообще было все равно, ведь в этот момент все мое внимание было уже направленно на Этьена.

Он только вошел в помещение, а уже, создавалось ощущение, что собой занимал абсолютно все пространство. Так, словно кроме него тут вообще больше никого не было. Держа ладони в карманах штанов, Этьен окинул зал взгляд. Медленным и привычно тяжелым, но, когда Дар-Мортер увидел меня и Астора, он остановился и показалось, что серые глаза Этьена не просто потемнели. Они пронзили насквозь чем-то по-настоящему страшным. Тем, чего я раньше у него не видела.

Лишь одно мгновение зрительного контакта и Этьен пошел в нашу сторону.

Шумно выдохнув, я тут же воспользовалась моментом и выскользнула из хватки Астора. И в тот момент, когда Дар-Мортер приблизился к нам, я обняла его. Крепко. Чувствуя, что и Этьен по собственнически положил ладонь мне на талию, притягивая к себе ближе. Было в этом что-то до безобразия интимное. Даже несмотря на то, что вокруг нас было полно людей, оно все равно обожгло кожу прикосновением его громоздкой, мощной ручищи. Вот только, я не могла отрицать того, что почему-то именно от этого стало невыносимо хорошо и спокойно. Так, словно биение сердца замедлилось и я ощутила себя в безопасности. Резко. Буквально за секунду. Лишь от того, что Дар-Мортер оказался рядом.

Дега стоял на прежнем месте. Всего лишь в метре от нас. Почему-то напряженный. Сжавший ладонь в кулак. Он скользнул взглядом по Дар-Мортеру, затем посмотрел на ту его руку, которую Этьен держал у меня на талии.

Я же прислонившись щекой к груди Дар-Мортера, произнесла:

— Это мой парень. Этьен, — пальцами левой руки, я немного сжала ткань плотной, мужской водолазки.

Дар-Мортер ладонью провел по моей талии. Даже это делая по собственнически. Подушечкой большого пальца касаясь обнаженной спины. По коже тут же рассыпалось покалывание. Прикусив нижнюю губу, я посмотрела на Дега. Безразлично. Может, как раз от того, что не хотела этого делать.

Я вообще не понимала, как реагирую на него. Дега всё ещё оставался для меня адом, но, когда рядом был Этьен, все ощущалось намного иначе. Словно бы вообще не значимо.

— А это Астор. В прошлом мы были друзьями, — мне показалось, что тело Дар-Мортера превратилось в сталь, как только я произнесла вот это «Астор». — Но с недавних пор это уже в прошлом. Больше у нас ничего общего нет.

В ресторане было достаточно шумно. Голоса посетителей, стук столовых приборов о тарелки и легкая, классическая музыка. Все это продолжалось, но, от того, что среди нас повисла тишина, почему-то казалось, что и в самом помещении возник вакуум. Тяжелый. Давящий.

Дар-Мортер и Дега смотрели друг на друга. Опять-таки, пока что ничего не говоря, но в их зрительном контакте ощущалось то, что острием ножа разрезало кожу.

— Значит, ты Астор? — Этьен еле заметно наклонил голову набок, сильнее прижимая меня к себе. Так, что уже теперь тело заныло.

— А ты…. парень Вив? — мрачно спросил Дега. — Думаю, она рассказывала тебе обо мне. Мы были больше, чем просто друзья.

Я опустила уголок губ. Астор этими словами дал понять, что он значил для меня куда больше, чем могло показаться на первый взгляд. А ведь раньше так и было. Дега для меня являлся всем и даже больше, но, естественно, на смотровой площадке все это оборвалось. После того, что там было, он для меня превратился в полное ничто.

И я в себе не сомневалась. Осознавала, что никогда и ни за что его не прощу Дега. То есть, в своем отношении к Астору я целиком и полностью определилась. Но все же после этих слов Дега мне стало не по себе.

Подняв взгляд на Этьена, я поняла, что испытываю стыд перед ним. Как бы мне этого не хотелось, но в том, что раньше между нами происходило, я время от времени вспоминала Астора. Хуже всего то, что я простонала его имя, когда у нас с Дар-Мортером была небольшая близость. И, несмотря на то, что я уже объяснила Этьену свое отношение к Дега, всё равно опасалась, что он может решить, что этот ублюдок до сих пор для меня что-то значит.

Я не понимала почему, но для меня было важно, чтобы Этьен знал, что это не так.

И вот сейчас мне действительно было стыдно за прошлые слабости, которыми Астор, будто полностью уверенный в том, что все ещё для меня являлся всем, теперь мог играть.

Но, смотря на Дар-Мортера я заметила, что он на слова Дега даже бровью не повел.

— Она сказала только то, что ты хочешь поговорить со мной, — наклонившись, Этьен губами прикоснулся к моей макушке, после чего наклонился и произнес мне на ухо следующие слова так, словно говорил нечто интимное, даже пошлое, но вместо этого сказал: — Иди к Девять. Он за тобой присмотрит. Такую катастрофу, как ты, нельзя оставлять одну.

— Я хочу остаться. Обещаю быть хорошей, — так же произнесла очень тихо, после чего добавила: — Исключительно для тебя.

По большей степени, это было шуткой. Наверное. Я вообще не понимала, почему сказала именно так, но у меня ни на мгновение не возникло желания забрать свои слова обратно.

— И ты ко всему готова? — спросил Дар-Мортер. Его губы практически касались моего уха.

Я не понимала, к чему требовалось быть готовой, если намечался лишь небольшой разговор, в котором Этьен должен был сказать Астору, чтобы он