По дружбе (СИ) - Алена Февраль

С утра нас разбудил звонок в дверь. Денис приподнялся и уже хотел пойти открывать, но по-видимому Савелий уже открыл, так как мы услышали голоса.

— Говорил же отцу, чтобы с утра не приходил, — раздраженно сказал Денис.

В этот момент мы слышим стук, вместе с которым распахивается дверь и на пороге появляется Смирнов-старший.

Виктор Владимирович молча обводит взглядом комнату, а там есть на что посмотреть. Рядом с компьютерным столом валяются бумаги, которые ещё недавно аккуратной стопкой лежали на столе. А те, что остались примяты так, словно на них сидели или лежали. Рядом с бумагами — на полу — валяются плавки Дениса, а из под них трусливо выглядывают мои.

Мои щёки просто полыхали от стыда — какая «хорошая» первая встреча у нас получилась.

Обведя комнату тяжелым взглядом, Виктор Владимирович посмотрел на нас.

— Утро доброе. Одевайтесь, я подожду вас на кухне.

За спиной отца стоял Савелий и тоже лицезрел интимный беспорядок в комнате. После слов Смирнова-старшего, он ухмыльнулся и пошел за ним в кухню.

— Лежи, я один с ним переговорю.

От стыда и растерянности я даже слова не могла вымолвить, только кивнула.

Денис встал и прикрыл дверь. Когда мужчина натянул трусы и спортивное трико, он отправился на кухню. Я тоже решила одеться и выйти. Хоть я и боялась, а ещё больше стеснялась, но этот разговор меня тоже касался.

Выйдя в коридор, я сразу встретила Савелия, который шел мне на встречу. Он в упор посмотрел мне в глаза, но я не смогла выдержать его взгляд. Стыдливо пустив глаза, я торопливо прошла мимо парня. Открыв дверь на кухню, я несмело вошла.

Сложив руки на груди, Денис стоял у окна. Моё очередное непослушание, он предпочел не комментировать, только желваки заходили на хмуром лице. Виктор Владимирович сидел за столом и при моем появлении стал внимательно меня рассматривать.

Смирнову-старшему было лет сорок пять. Внешне с Денисом они были очень похожи, только в силу возраста, отец был крупнее и на висках уже появилась седина.

Я навалившись спиной на дверь и тихо проговорила.

— Здравствуйте.

— Здравствуй, Даша. Откуда у тебя эти шрамы? — спросил Виктор Владимирович.

— Мы с родителями в аварию попали. Давно…

— Как родители? — обеспокоенно спросил он.

— Папа сразу погиб, а мама… Она три года пролежала в больнице и в конце прошло года её не стало, — дрожащим голосом ответила я.

— Я соболезную тебе. Наверное это было тяжёлое время для тебя.

Я смогла лишь кивнуть, настолько тяжело мне было вспоминать то время.

— Наверное и достатка в семье не стало, да и на лечение вероятно много средств ушло, да и на жизнь в целом. Ты ведь не работала? Я так понимаю?

Я кивнула.

— Как вы с Денисом встретились? Давно?

— Папа, к чему эти разговоры? — спросил Денис.

Виктор Владимирович перевёл взгляд на него.

— Выходи из кухни или помолчи, — строго сказал он и перевел взгляд на меня.

— Перед новым годом встретились, — тихо прошептала я.

— И ты уже беременная? Быстро! А срок какой?

— Примерно десять недель, — ещё тише прошептала я.

Денис отпружинился от подоконника и обратился к отцу.

— К чему ты ведёшь?

— Я не веду. Мне уже и так всё понятно, — сказал Виктор Владимирович и снова посмотрел мне в глаза, — сколько денег ты хочешь за аборт, Даша?

Я отшатнулась от такого вопроса, а Денис прошипел.

— Что ты несёшь?

— Денис, ты опять одурманен любовью к этой девчонке и ничего не соображаешь, а мне здесь всё предельно ясно. Девочка осталась одна, без денег и положения, а тут под руку попадаешься ты и все пазлы в её головке сразу сложились. Так что я повторяю свой вопрос, Даша. Сколько?

На какое-то время я перестала дышать. Мне показалось, что даже сердце замедлило темп. Словно пьяная, я вышла из кухни и прошла в комнату Дениса. Закрыв рот ладонью, я стала торопливо собирать свои вещи. Уши заложило и я перестала воспринимать то, что происходило вокруг. Одна мысль в голове — надо срочно отсюда убираться. Побросав немногочисленные вещи в сумку, я переоделась и тут в комнату вернулся Денис. На мужчину было страшно смотреть: бледный, глаза метают огненные молнии, а лицо искривилось от ярости.

— Куда собралась?

Я не могла ему ответить, язык как будто прирос к нёбу, по щекам катились струйки слез.

Денис прошел в комнату и сел на кровать.

Накрыв голову руками, он проговорил.

— Не плачь. Никакого аборта не будет. Я никогда этого не допущу!

Я кивнула.

— Отец ушёл и больше сюда не придет. Это моя квартира, так что тебе здесь никто и ничего сделать не сможет. Савелий сегодня съедет к отцу.

Я замотала головой.

— Нет. Зачем? Давай я уеду домой, прошу тебя. Так всем будет лучше.

— Нет, Даша.

Он встал с дивана и подошел к окну.

— Думай только о малыше, больше ни о чем. А сейчас умывайся и пойдем завтракать.

— Подожди, — остановила я Дениса, — оставь Савелия. Я здесь временное явление, а это его дом. Прошу тебя.

— Почему ты решила, что ты здесь временно? Мы с тобой именно в этой квартире будем жить. Приодически мы конечно будем ездить в столицу, но жить будем здесь. Наш ребенок родится в этом городе.

Я удивлённо взглянула на него и сказала.

— У меня там квартира и …

— Ничего с твоей квартирой не случится и давай пока оставим эту тему. Мне нужно всё обдумать.

Он встал и собирался уже уйти, но я остановила его.

— Денис, Виктор Владимирович сейчас говорил, что ты опять одурманен любовью…

Смирнов даже не обернулся.

— Давай оставим, я сказал. Пошли завтракать.

Я умылась и прошла на кухню. Денис поставил чайник и достал из холодильника яйца на омлет.

— Давай я приготовлю?

— Сиди, — сказал Денис, а потом крикнул — Савелий, иди завтракать.

Савелий медленно вошел в кухню и сел за стол как раз напротив меня. Он внимательно посмотрел на меня и язвительно прошипел.

— Ооо, я смотрю комариных укусов на шее добавилось, — а потом пригляделся и продолжил, — та-а-ак они теперь и губы тебе искусали. Комары в апреле — это жесть конечно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я покраснела и прикрыла рукой шею. Денис подошёл к брату и строго сказал.

— Помимо того, что ты великое трепло, ты теперь оказывается и шутник заеба….ий. Ещё одно слово и твой весёлый настрой как рукой снимет. Понял?

Савелий опустил голову и промолчал. Когда Денис отвернулся, он посмотрел на меня и изобразил комара, кусающего мою шею. Я