Твой муж будет моим (СИ) - Наталия Ладыгина

дурочка цеплялась за надежду, что все может быть как в сказке.

Нет, не может. Только не у меня. Есть только один вариант — пресечь все. Забыть. Промыть мозги работой. Стиснув челюсти, пережить этот период.

— Господи, ты не представляешь, как я тебе благодарна… — облегченно выдыхает Ева. — Виноградов бы порвал меня… Проси, что хочешь. Правда! Я даже готова снова идти с тобой на тренировку! Хотя у меня до сих пор все болит после прошлого раза.

— Что хочешь, говоришь… Пустишь к себе сегодня переночевать?

— Ну да, конечно. А что случилось?

— Просто... так надо.

— Не хочешь, чтобы тебя кто-нибудь дома обнаружил?

— Угу, — задумчиво смотрю в окно. Здесь вид покруче, чем из моего.

— Твой любовник?

— Не любовник он мне. Это... разовая акция.

— Ах ты потаскушка… — хихикает блондинка. — Это с тем самым, да? — я киваю, глядя в окно. — Все-таки он получил, что хотел. Или нет еще?..

— Мы оба получили, что хотели. Мне это было нужно. Я хотела. Но больше не хочу.

— Да я не сомневаюсь. Янина Чарская не из тех, кто делает то, что ей не нравится…

— Угу, скажи это Виноградову, — перестаю гипнотизировать наш красивый город и направляюсь к двери. — Я к себе в кабинет. Буду готовиться вплоть до обеда, а потом к Саблину нагряну.

— Что ж, удачи тебе.

***

Через несколько часов я уже нахожусь в другой части города. Паркуюсь подальше от нужного небоскреба, чтобы было время настроиться, пока иду.

Иду все равно быстро, потому что нервничаю. Впервые такое со мной. Холодной леди вдруг не стало. И дело не в том, что я подведу Виноградова. Дело во мне. Мне нужна эта сделка, чтобы отвлечься.

Немного не доходя до главного входа, я слышу плач. Непонятно откуда. Послышалось? Делаю еще несколько шагов и снова замираю. Ну точно кто-то плачет! И все бы ничего, не мое дело, но это ребенок плачет.

Какой-то инстинкт заставляет меня начать поиски. Я иду за угол здания, где обнаруживаю маленькую светловолосую девочку лет шести с разбитой в кровь коленкой. Она сидит у стены здания и всхлипывает, смотря на свою небольшую ранку.

— Привет… — осторожно подхожу к девочке, которая поднимает на меня свои полные боли голубые глаза. Шмыгает носом и торопится начать вытирать слезы пальчиками. — Упала, да?

— Д-да…

Она что, тут одна? Посреди центра? Ну и родители…

— Давай помогу, — подаю девочке руку, которую она не сразу, но хватает. Тяну ее, помогая встать. — Очень болит?

— Угу… — морщится.

— А где твои родители?

— Папа там, — указывает на это самое здание. — А я… гуляю, — робко.

— Угу, я вижу. Пойдем-ка, — беру девочку за руку и веду к рядом стоящей скамейке. — Садись.

Девочка послушная. Делает, как прошу.

Достаю бутылку с водой из сумки и предупреждаю:

— Надо ранку промыть, потерпи чуть-чуть, ладно?

Девочка кивает и поджимает губки.

— Как тебя зовут? — спрашиваю малышку, отвлекая ее тем самым, когда промываю рану.

— Вита. А вас?

— Янина. Приятно познакомиться. Теперь ставь ножку сюда, на скамейку, — прячу бутылку в сумку и достаю широкий пластырь. Да, я такая. Такие необходимые вещи всегда с собой ношу. — Вот так… — промокнув слегка рану сухой салфеткой, наклеиваю пластырь. — Теперь все хорошо. Заживет.

— До свадьбы?..

Широко улыбаюсь на ее вопрос. Это так мило.

— Ну да, до нее самой.

— А вы доктор?

— Нет, я не доктор. Мне кстати тоже нужно в то самое здание. Пойдем вместе? Проводим друг друга.

— Пошли, — с улыбкой соглашается девочка и поднимается со скамейки.

Глава 40.

— А тебе на какой этаж нужно? — спрашиваю Виту, когда мы заходим в просторный лифт.

— На пятнадцатый.

— Мм… И мне тоже, — нажимаю на нужную цифру и отстраняюсь к стене. Мы едем вдвоем.

На пятнадцатом этаже офис Саблина находится. Весь этаж занимает. Наверное, она дочь одного из сотрудников. Только непонятно, почему ребенок здесь в рабочее время находится. Просто помню какой шум устроил Виноградов, когда узнал, что одна из сотрудниц приводит на работу своего сына второй день подряд. Видимо, здесь другие правила.

— А вы тоже здесь работаете? — с интересом спрашивает девочка.

— Нет, Вита. У меня тут небольшое дело. А ты уже в школу ходишь?

— Нет, пойду в этом году. Очень хочу и жду, когда смогу пойти в школу.

Эх, помню тоже, как ждала свое первое сентября... С диким нетерпением.

— А в садик не ходишь?

— Хожу, — вздыхает малышка. — Но папе сегодня пришлось с обеда меня забрать и привезти к себе на работу. А у моей няни выходной.

— А мама твоя где?

На лице малышки появляется тени грусти, и я тут же жалею, что спросила у нее о матери. Видимо, это больная тема.

— Я не могу видеть маму, — сообщая мне Вита, вновь подняв на меня глаза. — Папа не разрешает.

Вот оно что… Все не так грустно, как мне подумалось. Мать жива, но опека, похоже, над ребенком лежит на отце.

Как хорошо, что мы уже приехали. Я совершенно не знала, как продолжить этот разговор.

Девочка сразу идет вперед, мимо красивых скульптур в светлом холле. Приемная, видимо, дальше находится.

Я иду вслед за ней, полагаюсь на то, что она все тут знает.

Вскоре мы оказываемся в приемной, в которой сидит молодая девушка секретарь. Завидев девочку, она спешит выпорхнуть из-за своего стола и побежать в ее сторону, громко цокая шпильками.

— Вита, ты где была так долго? Что у тебя коленкой?! — девица в ужасе спешит сесть на корточки перед Витой. — Ты где ее содрала?! Господи, он прибьет меня…

Похоже она должна была присматривать за девочкой, но отвлеклась работой.

— Все хорошо, Полина, — успокаивает ее девочка. — А к папе уже можно?

— У твоего папы вот-вот будет перерыв. Осталось чуть-чуть. Только ты, пожалуйста, милая моя, — своими длинными ногтями поправляет челку Виты, которая без того хорошо лежит, — не говори папе, что убегала от меня далеко, ладно?

— Но я была на улице, — честно признается девочка.

— Что?! Ты