Аванпост - Девни Перри

руководил офисом лесной службы и занимался поисково-спасательными работами. Он тоже тушил пожары?

Я проглотила свои вопросы, потому что, как фальшивый ученый, изучающий сосновых жуков, я, вероятно, должна была знать, о чем они говорили.

— Да, мы привезли твое снаряжение, — кивнул Майкл. — Оно в грузовике.

— Хорошо. — Бо громко выдохнул. — Давай выгрузим его.

Пока мужчины выходили на улицу, я ходила взад-вперед и обдумывала варианты побега. Оставаться на аванпосте не имело смысла. Что, если кто-нибудь узнает меня? В наши дни мир стал намного меньше благодаря социальным сетям. Я понятия не имела, как далеко распространилась весть о моем исчезновении, но она вполне могла распространиться от Сиэтла до Монтаны. Я не могла позволить себе, чтобы меня узнали.

И, кроме того, я не могла притворяться, что изучаю какого-то странного лесного жука. От одного произнесения слова «жук» у меня по спине пробежали мурашки. Люди раскусят эту ложь за секунду.

Решив, что лучше всего мне подготовиться, я начала собирать свою сумку. Если мне нужно было быстро убраться отсюда, я не хотела ничего оставлять, особенно свой ноутбук.

Я была так погружена в свои мысли о том, куда бы я могла исчезнуть, что не услышала приближения Бо.

— Что ты делаешь? — спросил он с порога.

Я подпрыгнула, схватилась за сердце, а затем продолжила собирать вещи.

— Предупреждай, ладно? Я собираю вещи. — Я сунула рубашку в сумку, затем оглядела Бо, чтобы посмотреть, нет ли поблизости Майкла или Ника.

— Они на лугу, проверяют, смогут ли они заметить дым отсюда.

— О. — Я расслабилась и вернулась к своей сумке. Шаги Бо приближались, но я продолжала собираться. Только что я складывала пару леггинсов, а в следующую секунду их вырвали у меня из рук.

— Сядь, — приказал он. — Давай обсудим это.

Он сел на мою койку, и я подчинилась, плюхнувшись рядом с ним.

— Черт. — Он начал потирать подбородок, в то время как моя рука нервно теребила прядь волос. — Какие, черт возьми, шансы? Мы никогда не пользуемся этим местом. Я не могу вспомнить, когда в последний раз на этой стороне хребта был пожар. Это единственный год, когда я никого не хочу здесь видеть, а теперь оно будет кишеть людьми.

Шансы были не в мою пользу. Это была самая длинная череда невезений, которую я когда-либо могла припомнить.

— И что за гребаное время для меня, чтобы взять отгул, — сказал Бо. — Если бы я был в городе, я мог бы направить всех куда-нибудь в другое место. Нам здесь нужен гребаный телефон. Это будет стоить целое состояние, но я распоряжусь, чтобы их установили по одному на всех аванпостах в моей юрисдикции. Они должны быть в состоянии провести линию через столбы электропередачи.

Бо говорил что-то бессвязное, а я такого за ним никогда не наблюдала, и его беспокойство никак не облегчало моих тревог. С каждым словом я чувствовала себя все более виноватой за то, что с самого начала поставила его в такое положение.

Часть меня тоже жалела, что он был не в городе, но в то же время вчерашний день был чудесным. Поход к водопаду избавил меня от стольких проблем. А наш поцелуй этим утром? Я не могла жалеть об этом. Тем не менее, я просто продолжала повышать уровень стресса Бо.

— Извини, — сказала я. — Это моя вина.

— Это не твоя вина. Дерьмо случается. Закон Мерфи, я полагаю.

— Я могла бы вернуться в город, — предложила я. — Спрятаться на ранчо с Фелисити и Сайласом.

— Это не вариант. Я бы не стал откладывать возвращение Ивана в долгий ящик. Прямо сейчас я не хочу, чтобы ты приближалась к городу.

Я улыбнулась его заботливости и прижалась к нему. Он обнял меня за плечи и притянул ближе.

— Почему ты не сказал Майклу и Нику, кто я такая? — спросила я.

— Чем меньше людей будет знать о твоей ситуации, тем лучше. Я доверяю им обоим, но давай не будем втягивать их в наши неприятности, если в этом нет необходимости. Если нам придется рассказать им, мы расскажем, но пока давай ограничимся фальшивой историей.

— А что, если кто-нибудь из команды узнает меня? Или заговорит обо мне, когда они вернутся в город?

Он вздохнул.

— Я не знаю, что еще можно сделать. Нам придется рискнуть и рассказать фальшивую историю. Скрестить пальцы и понадеяться, что люди купятся на это.

— Я ни за что не смогу это провернуть, Бо. Зачем ты сказал, что я работаю с жуками? Я ненавижу жуков. Я даже не знаю, как выглядит этот сосновый жук.

Он усмехнулся.

— Извини, это было первое, что пришло мне в голову. Просто говори расплывчато и полностью избегай этой темы. Держись поближе ко мне, и мы отвлечем людей от этой темы. Если повезет, команда справится с пожаром через день или два, и все уберутся восвояси.

— У меня плохое предчувствие по поводу всего этого.

Он снова вздохнул.

— У меня тоже.

Несколько минут мы сидели молча. Пока за окном шелестели деревья, мой разум прокручивал в голове все, что могло произойти в ближайший час. Узнает ли меня кто-нибудь из пожарных? Если бы мне нужно было сбежать с аванпоста, куда бы я пошла? Я пришла сюда, чтобы чувствовать себя в безопасности.

Мне здесь нравилось.

— Пойдем. — Бо развернул меня и встал. — Давай выйдем на улицу.

Он не держал меня за руку, пока мы шли, что меня не удивило. Нам нужно было поговорить о том поцелуе и о том, как быстро обострились отношения между нами, но сейчас было не время. Прямо сейчас он был Бо Холтом, героем-горцем. Я была Сабриной МакКензи, любительницей жуков. Фу.

Когда мы вышли из-за деревьев на луг, я заметила перемену в воздухе. Обычное ярко-голубое небо подернулось дымкой, и свежий запах теперь был испорчен дымом. Мои глаза сразу же начали гореть. С луга я не могла разглядеть столб дыма, но его было достаточно в воздухе, чтобы определить направление, откуда он исходил.

— Итак, как прошло шоу фейерверков? — спросил Бо у Майкла.

Майкл покраснел, но просто сказал:

— Хорошо.

— Оно было потрясающим, — сказал Ник, похлопывая Майкла по спине. — Лучшее за все время.

— Поздравляю. Что за штуку ты зажег?

Мужчины заговорили о фейерверке, а я тупо смотрела на них. Как эта история с пожаром не сводила их с ума? Меня вот сводила! Как они могли быть такими спокойными? Конечно, все они привыкли к этому, и никто из них не скрывался от опасной преступной семьи. У меня на уме было еще