Сросшиеся с ним - Кайли Кент

— Я не избегаю тебя, просто даю тебе пространство. Никто не хочет, чтобы их младшая сестра была третьим колесом в их новых отношениях.

Черт, она думает, что должна держаться подальше из-за моих отношений с Райли? Этого не будет.

— Элла, ты никогда не будешь третьей лишней, и ты никогда не будешь мешать. Ты ведь знаешь это, правда? Ты можешь приезжать сюда, когда захочешь. Ты моя любимая сестра, поэтому тебе всегда найдется место, где бы я ни был, — чем больше я об этом думаю, тем больше злюсь на себя за то, что не понял, что она чувствует себя так, будто ей здесь не место.

— Брэй, я твоя единственная сестра, идиот. И я знаю, что могу прийти сюда в любой момент, но, честно говоря, я действительно была занята.

— Ну, я рад, что ты знаешь, что я никогда не захочу, чтобы ты держалась подальше, потому что якобы тебе здесь не рады, — у меня такое чувство, что она чего-то недоговаривает. Что еще с ней происходит?

— Я знаю. Спасибо.

— Хочешь что-нибудь поесть? Я умираю от голода, а ты выглядишь так, будто уже целую вечность не ела домашней еды. Неужели наш брат-идиот не кормит тебя?

— Зак не идиот, и ты знаешь, что у него есть повар, который готовит нам еду. Боже, ты можешь представить его на кухне, готовящего что-то, кроме кофе?

Я смеюсь, потому что это правда. Зак может поджечь воду — настолько он бесполезен на кухне.

— Это правда, но если бы все были хороши во всем, тогда все были бы мной.

— Конечно, мастер на все руки. Как скажешь, — она отдает мне честь.

— Да ладно, Элла, мы с тобой оба знаем, что я твой самый талантливый и любимый брат; чем скорее ты это признаешь, тем скорее ты избавишь Зака от страданий, и он сможет перестать конкурировать за это место.

— Вообще-то, я думаю, что Зак занял место номер один. В конце концов, это он сделал меня тетей.

— Черт, как ты думаешь, Райли согласится с планом родить мне ребенка? — серьезно спрашиваю я.

— Не-а, — она выделила звук «А».

— Ты права, скорее всего, нет. Это очень здорово, что у нас скоро будет племянница или племянник.

— Да.

Я роюсь в холодильнике, доставая продукты, и в итоге готовлю для нас сэндвичи с курицей и салатом. Пока я собираю все вместе, Элла наконец рассказывает, что ее беспокоит.

— Брэй?

— Да?

— Почему парень может не хотеть меня? Может, во мне что-то не так, что отталкивает мужчин?

«Будем надеяться, что так и есть», — думаю я про себя.

— У тебя ведь есть зеркало? Я знаю, что есть. Ты чертовски красива, Элла, внутри и снаружи. Если какой-то придурок этого не замечает, то это его вина, а не твоя, — тут до меня доходит, что она сказала «мужчины», а не один конкретный парень. — Подожди, мужчины во множественном числе или один конкретный мужчина? О чем мы говорим? — спрашиваю я, желая уточнить, сколько именно мужчин, по ее мнению, игнорируют ее.

— Есть один парень, но он даже не смотрит в мою сторону. Я надеялась, что он что-то чувствует ко мне, но, видимо, мои чувства безответны, — она выглядит чертовски расстроенной. Мне хочется пойти и выбить все дерьмо из того ублюдка, который заставляет ее чувствовать себя недостойной.

— Кто это? Мне нужно имя, Элла, — требую я, протягивая ей ручку и бумагу.

Она пихает бумагу обратно ко мне.

— Я ни за что не скажу тебе, Брэй.

Она не собирается говорить мне.

— Ты же знаешь, я все равно узнаю. Ты должна облегчить нам обоим жизнь и признаться, сестренка.

Элла встает.

— Приятно было поболтать, Брэй, но у меня есть планы. Увидимся позже.

Следуя за ней к двери, я жду, пока она откроет ее, прежде чем сказать:

— Обязательно передай Дину привет от меня.

Элла замирает в полуоткрытой двери, а затем оборачивается с открытым ртом. Я получил реакцию, которую ожидал, — подтверждение того, что между ним и Эллой что-то происходит.

— Я убью его на хрен, — моя кровь закипает. Я подозревал, что у них с Эллой отношения уже несколько недель. Она только что подтвердила это.

— Нет, не убьешь. Ты закроешь свой рот и никому не скажешь ни слова, Брэйдон, — кричит на меня Элла.

Я смеюсь:

— Ты ждешь, что я буду бездействовать, пока моя восемнадцатилетняя младшая сестра будет тайком встречаться с лучшим другом моего брата, которому, бл*дь, двадцать восемь? — кричу я в ответ.

— Мы не прячемся, Брэй. Ничего не происходит. Как я уже сказала, я не настолько хороша, чтобы на меня обратили внимание, — я вижу, как в ее глазах появляются слезы.

— Погоди, Дин — тот ублюдок, из-за которого ты сомневаешься в себе? Что он сделал, Элла? — я изо всех сил стараюсь сдержать свою ярость, которая, как я чувствую, бурлит у меня под кожей.

— Ничего, вот в чем проблема, Брэй. Он. Не. Сделал. Ничего! Как бы я ни старалась, он не прикоснется ко мне. Он слишком предан Заку или какое-то дерьмо вроде этого.

Я притягиваю ее к себе.

— Элла, тебе восемнадцать. Тебе нужно пожить, прежде чем думать о серьезных отношениях. Не могу поверить, что говорю это, но Дин — гребаный идиот, если не видит, какой ты подарок. Ну, почти мертвый идиот, но все равно идиот.

— Брэй, ты не посмеешь его тронуть. Это и так достаточно унизительно. К тому же я люблю его, и если ты причинишь ему боль, я возненавижу тебя навсегда, — она вырывается из моих объятий. Она ведь не может так думать, правда? По выражению ее глаз я понимаю, что так и есть.

— Черт, Элла, ладно. Я не буду его трогать, но я хочу, чтобы ты пообещала мне одну вещь.

— Что?

— Я хочу, чтобы ты поступила в университет, встретила новых друзей. Испытай все, что может предложить жизнь. Не трать время и энергию на мужчин, которые этого не стоят. А любой мужчина, который предпочитает тебе своего друга, этого не стоит.

— Я попробую, но у меня ведь нет выбора. Я не могу заставить кого-то полюбить себя.

Она выходит за дверь, захлопывая ее за собой. Чертов Дин, да что с ним такое?

Когда выхожу из душа, я вижу, что звонит Зак, но я не тороплюсь брать трубку. Я не отвечаю, предпочитая сначала одеться. Как только я захожу в гардероб, его рингтон, эта дурацкая гребаная