Я стану твоей проблемой (СИ) - Поллина Лена

- Постараюсь втянуть его настолько сильно, на сколько смогу.

Под тихое хихиканье выхожу на прохладный воздух и глазами ищу Ника.

Нахожу его в беседке.

- Надеюсь не прервал ничего важного? – выплевывает обиженно.

Я мог бы ответить честно, но решаю пощадить отцовские чувства.

- Прервал. Я работал. Завтра прогу сдавать в обед.

- М-м-м… - кивает головой и облегченно выдохнув затягивает сигарету. – Янка чем занимается?

Вопросительный взгляд шарит по моему лицу в ожидании ответа.

Прикурив, выдуваю дым в сторону и нагло вру.

- Читает что-то. Ермак пригнал в город, звал покататься, вот думали поехать, потом решили сворачиваться, завтра ж Соньку в садик вести – увожу разговор вдаль. Может удастся перетянуть внимание на другую дочь.

- Я сам ее отвезу, спите. Потом только до шести забрать не забудьте – докуривает и затушив окурок о пепельницу забирает из моих рук розовую банку. – Ты уж давай как-то ответственнее, хорошо? Янка в этом году заканчивает. Ей круглый живот не к чему. Если жениться хочешь-терпи немного.

Не сумев совладать с лицом улыбаюсь и затянув сигарету виновато смотрю в глаза, которые наливаются злостью.

Прости мужик, че я могу сказать?

- Тимоха, блядь! – рычит и грохнув по столу кулаком поддается вперед. – Тебе что второй мозг нужен был для того что бы догадаться резинку натянуть?

- Харош, Никит! – торможу его напор серьезным голосом и раскрытой ладонью. – Ты отец и я твои переживания прекрасно понимаю, но тут мы сами, хорошо?

Фыркнув качает головой и тянется за новой порцией никотина. Слежу за его молчаливыми движениями, пока он прикуривает очередную сигарету.

- Настолько в себе не уверен, что решил привязать Янку к себе таким способом?

Вопрос прибивает меня к скамье жестокой реальностью.

Замираю с сигаретой и тяну глаза на своего собеседника.

Возможно Ник прав…Мне не хочется верить, что у Янки интерес ко мне носит временный характер и проверить ее истинные мотивы можно было только одним способом. Я им воспользовался и Яна, кстати была не против.

Гребанный ступор стягивает не только мои движения, но и мозг, потому что я не могу найти ответ на заданный вопрос.

Мое молчание затягивается, но Никита меня не добивает.

Встает со скамейки и бросив « Завтра, как родим позвоню» скрывается за воротами.

А я остаюсь сидеть придавленный реальностью.

Наверное я и правда поступил херово. Но я не жалею, потому что тоже хочу бросить вот такие же слова Никите «Завтра, как родим позвоню»

От этих мыслей сладко сводит внутри.

Громова Яна Андреевна…

Блядь...

В моем случае это не фамилия, имя и отчество, а сильный приворот.

Глава 21

Никита

- Может Костя назовем? – Янка хрустит чипсиной и бросив на меня мимолетный взгляд устремляет его на своего Тимура. То, что моя дочь его обожает считывается во всем. В щенячьем, преданном взгляде, в заботливом касании руки, когда придвигается к нему ближе, что бы прочесть о значении имени. Она влюблена по уши. Не думал, что когда-то буду ревновать, но сейчас, когда Тим кладет руку на талию моей дочери и придвигает ее ближе, мне хочется сломать ему эту руку.

- Костя…Константин…- мечтательно тянет Янка. - Мне нравится…

Тимур, улыбнувшись целует мою дочь в щеку и проводит указательным пальцем по экрану ее телефона.

- А мне нравится Арсений. К отчеству лучше подойдет. – тянется к губам Янки и оставляет быстрый поцелуй. Та замурлыкать от счастья готова.

- Эй, харош может мою дочь лапать! – не выдержав плююсь замечанием и грохнув стаканом о журнальный столик встаю с кресла. – Вы блядь уже по-моему своему ребенку имя выбираете, а не нашему с Лилькой…

Янка зажимая улыбку тянется за стаканом газировки. То, что они, как кролики спариваются ежу понятно. Неделю уже живут вдвоем.

Лильку так и не положили планово, потому что в больнице хер пойми, что творится. Один говорит надо ложиться, второй- будет рожать сама! Потрепали нам нервы. В итоге вчера днем я увез Лилю со схватками в роддом.

Она у меня умница! Справилась с этой нелегкой задачей с блеском.

Но после родов она вдруг засомневалась в имени. И теперь мы выбираем имя Даньке.

Лично я уже привык к тому, что моего сына будут звать Данил, а дети ( по-другому их не могу назвать) принялись выбирать новое имя. Хотя… Мне кажется, что они уже примеряются для себя… Хочется прибить Агачева за то, что он наглеет.

Я не против, что бы они встречались, но семью им заводить рано.

- Выхожу на крыльцо и затягиваюсь сигаретой. Планировал сносить этот пристрой и делать тут террасу. План уже даже расчертили мои девчонки. С «Геометрии» в смысле, подчиненные. Но потом мы с Лилькой решили строить новый, а этот продавать.

Нам всем тяжело от этого решения. В этом доме мы с Лилей Соню родили. Воспоминаний тут… море.

- Не ревнуй- моей щеки касаются мягкие губы.

- Ревную – честно признаюсь и глажу ладонью тонкие пальчики, которые Янка разместила у меня на груди, повиснув на моей шее.

- Ну ты чего? - заглядывает мне в глаза и виновато тянет бровки вверх. Смотрю на ее чуть вздернутый носик и понимаю, что я все проебал! Детство ее, когда она папой называло другого, юность, плавать не я учил, машину водить…

Я благодарен Громову за ее детство, потому что Андрюха бросил к ее ногам все! Выстроил в своем дворе целую детскую площадку, Диснейленд в десятилетие, ресторан в пятнадцатилетие, дорогие шмотки и гаджеты. А что сделал я? Мои редкие потуги отпинывались ее жестким характером.

С Настюхой мне было раз в тысячу легче, чем с ней.

Но от ее такого взгляда мне внутри все скручивает, потому, что сейчас она такая близкая и открытая. Она безмолвно умоляет меня поддержать ее отношения с Агачевым.

Тимур у нас, как связующее звено. Без него может ничего бы и не случилось, от этого осознания в груди сводит сильнее.

- Да ничего…- устало выдыхаю дым и кивнув на Соньку, играющую в песочнице спрашиваю

- В Сочи Парк сегодня поедите? Оставлять вам сестренку или помешает? – в словах вновь скользит обиженный тон и Янка, словно желая его развеять прижимается ко мне крепче.

- Оставляй, конечно! Пусть поживет с нами. Привыкните немного, обживитесь втроем, потом вернем вам доченьку. Мы же еще не уезжаем, можем помочь.

В том, что мои девочки в будущем будут друг друга поддерживать, я не сомневаюсь. Янка очень любит Софку и мне эта мысль греет душу.

Одному на свете жить тяжело-по себе знаю.

Спрошу Лильку, если она одобрит, то оставлю.

Мое эго пускается в пляс. Ну хоть в присутствии Соньки у них будет меньше времени друг на друга.

Шумно выдыхаю, привлекая к себе внимание.

Я не должен так себя вести, взрослый мужик вроде.

- А сейчас-то что не так? - хихикает дочь и встает рядом со мной.

Конечно она догадывается в чем причина, но старательно пытается сгладить углы. Любит она Тимура. Впервые ее такой вижу.

Скосив глаза на дочь подбородком указываю на младшую и нервно сглотнув произношу.

- Вещи сменные у нее в рюкзаке. Конфет больше сегодня не давайте, понаглела она у меня, пока мамы нет дома. Завтра в десять выписка. Платье привезу вечером. – выговариваю указание, словно заученный стишок.

Затушив сигарету в пепельнице собираюсь двинуться к бассейну, но меня перехватывает Янкина рука и тянет на себя.

- Не обижайся, пап – притянув к себе утыкается мне в ворот футболки и коротко всхлипывает.

Сердце на миг замирает, потом оживает резко дергаясь и устремляясь вперед. К ней. К той, чьего внимания я добиваюсь пятнадцать гребаных лет.

По которой скучал порой так, что в груди ломило. Думал, что рождение Соньки сгладит чувства, но без одного пазла не получится полноценной картинки. А без этой девчонки картинка не складывалась, как я ни пытался. Женщину можно вычеркнуть из сердца, ребенка-никогда.

Янки так долго не было в моей жизни, что я уже почти смирился с тем, что мы всегда с ней будем чужими.