Грань запрета (СИ) - Гольдман Эвелина

Хватаю в руку член и легонько надрачиваю, Влад опрокидывает голову и тихо стонет. Я вбираю в рот головку и легонько всасываю, а по телу Влада проходит разряд… ему нравится. На языке ощущается солоноватый вкус его смазки, очень необычный для меня. Я начинаю сосать и заглатывать все большего его сантиметров, очень не слабых сантиметров. Стараюсь изо всех сил, чтобы ему бы более приятно, что мне и удаётся, потому что Влад стонет и кладёт руку мне на голову, заставляя двигать ею быстрее. По комнате разлетаются громкие звуки моей работающей глотки и стонов Влада. Его мокрые от моих слюней яйца постукивают по моему подбородку, вытягивая паутинку слюней из моего рта. Из глаз брызжут слёзы, а меня до чертиков возбуждает вся эта картина, которую я разглядываю со стороны в своей голове.

Влад берет меня за волосы и снимает со своего члена, затем берет его в руку, я инстинктивно высовываю язык, а он бьет по нему, затем снова заставляет сосать, а потом снова отбивает по языку. Моя вязкая смазка стекает по бедрам и я не сдержавшись- ласкаю себя пальцами, растирая влагу по всем чувствительным местам.

— Хочешь?, — я сразу понимаю про что он у меня спрашивает, поэтому часто киваю, чтобы он наконец меня трахнул, — Поднимайся, — я встаю на ноги, он притягивает мое тело к себе и наклоняет голову, чтобы облизать каждый сосок, помогая рукой попасть в рот. Смачно лижет каждый, а я дрожу от немыслимого наслаждения. Затем впивается мне в рот и мы страстно, слюняво целуемся, он рукой проводит по моей промежности, растягивает влажность от влагалища до колечка ануса, а я получаю оргазм, уже который…

Пока я прихожу в себя, он успевает поставить меня раком и уже сам пристраивается ко входу, стянув с себя футболку и откинув её куда—то в сторону. Резкое проникновение заставляет меня ещё боле выгнуться в спине и вскрикнуть, а он начинает быстро меня трахать, не отказывая себе в том, чтобы хлопнуть меня по заднице. Комнату наполняют пошлые, развратные, хлюпающие звуки, а Влад смотрит туда, где наши тела соединяются, потому что от него постоянно летят комплименты:

— Охуенная дырочка… сладкая… блядь…., — он вынимает из меня член, смотрит туда и затем смачно плюет, затем с размаху влетает в меня членом, а я кончаю и не могу даже упасть, потому что большая рука держит меня за бедра и ритмично вдалбливается в меня, потом он наклоняется, прикладываясь на мою спину и рукой начинает ласкать клитор, я могу только кричать, потому что из-за двойной стимуляции мощный оргазм не заставляет себя ждать…

Пока я пытаюсь отдышаться, Влад переворачивает меня и закидает две моих ноги себе на плечо, вставляет член и начинает нежно двигаться. Член поршнем, из-за влаги двигается внутри меня, а я бабочкой распластываюсь на кровати. Темп постепенно становится все быстрее и быстрее, пока не доходит до быстрого. Я не могу лежать на месте, но его руки удерживают меня, а я царапаю предплечье в желании просто скрутиться на пополам от таких ощущений… просто немыслимо приятных. Я никогда не думала, что стану такой зависимой от секса.

Ощущаю, как начинаю сокращаться, как тонкие иголочки начинают покалывать меня от сосков до кончиков пальцев на ногах, рассыпавшись мне внизу живота:

— Ты можешь кончить в меня, — сообщаю свое желание Владу, на что он удовлетворено мне улыбается, раскидывает мои ноги в стороны, практически в поперечном шпагате, ускоряется до бешеного темпа, хлопая по моей попе яйцами. Я громко кричу, достигая самого мощного оргазма, а он застонав наполняет меня горячей жидкостью. Приятное тепло, почти горячее, будто заполняет всю меня, а Влад выходит из меня и наваливается сверху, держа свой вес на рука, целует меня и ложится рядом.

— Это было потрясающе, — выдвигаю свой вердикт первой.

— Это было пиздец как потрясающе, — дополняет мои впечатления Влад, и после поднимается заглядывая мне между ног, где должно быть вытекает сперма из меня, — Вот это вид, — я не вовремя стесняюсь и переворачиваюсь на бок, а Влад громко смеется, невероятно нежно поглаживая мою спину, — Пойдём я тебя помою?, — подхватывает меня на руки, словно я ничего не вешу и несёт в душ, пока я вдыхаю его запах, ставит под теплые струи и становится впереди. Я кладу голову ему на плечо и только выдыхаю воздух, пока он намыливает меня везде, что и я делаю

с ним.

Мы выходим из душа и я натягиваю его футболку, без трусиков, конечно. Потому что вместо них осталась только мокрая тряпочка.

— Кушать пойдем?, — я киваю и мы спускаемся вниз, где нам ждут две очень даже, аппетитных пиццы.

— Олег просил тебя перезвонить ему, — вспоминаю, что обещала ему это сделать ещё, когда была в торговом центре.

— Вот черт, я забыла, — поднимаюсь со стула и иду в прихожую, где оставила свою сумочку, — Он знает про сегодня?

— Знает, — расставляет тарелки друг напротив друга.

— Это ты ему рассказал?

— Нет, не я, — хм, странно…

— А кто?

— Водитель твой, наверное, — но я же…

— Я ему ничего не рассказывала, я же сразу твоих людей набрала, — Влад нахмурился, а я вошла в прихожую и набрала папу, от которого было шесть пропущенных:

— Алло, пап, — взял трубку, практически, сразу

— Лата, у тебя все хорошо?

— Да, я у Влада, все хорошо, — слышу, как он недовольно вздыхает…

— Может быть домой поеду?

— Скоро поеду, пап, все хорошо…

— Ладно, мне это и нужно было знать, — спустя паузу добавляет:

— Дай знать, когда будешь дома

— Хорошо, па, люблю, пока

— И я тебя, пока, — скидываю звонок и иду на кухню, где уже сидит Влад и ждёт меня для ужина.

— Поговорила?, — кивнула, — Всё хорошо?

— Да, хочет скорее, чтобы я домой поехала

— Я бы тоже на его месте этого хотел

— Если бы у тебя были дети?, — он как-то странно смотрит на меня, но этот вопрос игнорирует.

— Этот тебе сегодня что-то говорил?

— Ну, он просто сказал, что передаст меня Максиму и всё, — кадык дергается, а мышцы на лице напрягаются.

— Понял, кушай, кушай, — откусываю аппетитный, сырный кусок пиццы, а в голову приходит мысль:

— А мы с тобой на свадьбу к папе пойдем в качестве пары или будет шифроваться?

— Пойдем, как пара, — отвечает без раздумий.

— А люди?

— А что люди?

— Ну подумают на нас…

— Мне лично никакого дела, тем боле со стариком ты, а я то с молодушкой, — я смеюсь, между прочим, совсем неженственно.

— Обожаю твой смех, как и тебя, — до сих пор ещё реагирую на эти слова, как в первый раз.