PS: Проиграй мне - Кира Сорока

У нас с тобой? Да я не посмотрю на тебя как на парня, даже если ты будешь последней особью мужского пола на всей планете!»

Тут же отправляю и сразу жалею об этом. Ну вот опять! Я опять реагирую на его провокации!

Руслан ржёт и отправляет ещё одно послание.

«Да, я так и подумал, Вик! Так и подумал! Особенно, когда ты приревновала меня к продавщице. А потом – когда я целовал тебя… Нет! Конечно, нет! Я совсем не интересую тебя как особь мужского пола!»

И сразу приходит следующее сообщение, чёрт бы его побрал!

«Давай ты просто вернёшься сюда, и мы закончим начатое».

И ещё одно: «Перестань сопротивляться, Вик. Своим желаниям и мне. Просто проиграй мне».

Я выключаю телефон и швыряю его на панель. Поудобнее устраиваюсь в кресле и, громко зевнув, закрываю глаза.

Пошёл он к чёрту со своими играми!

Глава 29

Руслан

Вика прячется за машиной и начинает быстро переодеваться в свою новую одежду для беременных. Так и быть, не буду ей мешать.

Вообще-то, сейчас у меня нет настроения ни препираться с ней, ни подшучивать над ней. У меня вообще нет настроения… Я плохо спал.

Ночью я игрался с Викой, желая разбудить в девчонке не только негативные эмоции. В шутку приставал, даже попытался напугать, начав стягивать с неё джинсы. А в итоге – явно поизмывался сам над собой… И фактически был убит её игнором.

Я совсем ей не нравлюсь, что ли?

И тот факт, что меня это заботит, мне самому кажется совсем уж сюром, чем-то необъяснимым. Поэтому я злюсь и немного растерян.

А ещё добивает отсутствие таких обычных, но необходимых вещей, как душ и завтрак. И это если не учитывать ужасно неудобное для сна автомобильное кресло… Ладно хоть зубы почистил (щётку и пасту я взял из дома, а немного воды в бутылке обнаружилось в багажнике на самом дне).

Вика одолжила у меня пасту и почистила зубы пальцем. Расчёски у неё тоже нет, и она долго разбирала волосы руками.

– Давай быстрее, крошка! Наше такси приедет через три минуты, – поторапливаю её.

Да, сегодня нам придётся оставить мерина здесь и передвигаться на такси, потому что моя машина уже подготовлена к покраске благодаря стараниям Вики.

Нетерпеливо заглядываю в бокс. Вышел наружу, чтобы Вика всё сделала побыстрее, но она возится с этим преображением в беременную уже минут двадцать. Наконец выходит из-за машины, обнимая себя за плечи, идёт ко мне. И когда оказывается на свету, я не могу не присвистнуть от изумления. Вика выглядит как… беременная! Подушка идеально подошла под размер небольшого живота!

Девушка проходит мимо, останавливается уже на улице и застывает, отвернувшись от меня. Она всё ещё не разговаривает со мной, делает вид, что рассержена из-за прошедшей ночи.

Бросаю с некоторой ехидцей:

– Если, и правда, хочешь обзавестись таким… хм… аксессуаром в виде живота, можешь быть уверена – я всегда к твоим услугам.

Она злобно смотрит на меня. В этот момент в кармане звонит мой телефон, и я отвлекаюсь от пылающего гневом лица Вики.

Водитель такси, оказывается, уже подъехал и теперь интересуется, надо ему въезжать в промзону или нет. Объясняю, как нас найти, и через минуту появляется такси. Закрываю ворота бокса, прячу ключ в карман джинсов.

Вика уже забралась на заднее сиденье, и я сажусь с ней рядом. Она тут же максимально далеко отодвигается от меня и буквально вжимается в дверцу.

Диктую адрес водителю, и он тут же покидает промзону. У нас есть около сорока минут, чтобы прибыть на место к началу действа.

Я бегло осматриваю Вику. Она явно нервничает перед предстоящим спектаклем. Комкает в кулаке край широкой кофты, которую накинула на плечи.

Накрываю её маленькие ручки ладонью. Не знаю, зачем… Просто импульс.

– Боишься?

Вика отпихивает мою руку и вновь со злостью смотрит на меня.

– Я могла бы уже сегодня покрасить твою тачку, – шипит она негромко. – Но зачем-то тащусь с тобой чёрт знает, куда!

– Потому что ты должна мне, Вика. Ты по уши в дерьме с долгами передо мной. И должна понимать, что я пока не наигрался.

Она ядовито усмехается.

– Ты больной, Русланчик. Неудивительно, что отец не хочет инвестировать в твой бизнес. Психам деньги не положены.

Но она только веселит меня своей гневной отповедью. Обнимаю её за плечи и с силой прижимаю к себе.

– Ты просто прелесть, когда злишься! И так заводишь меня, крошка… Давай, продолжай в том же духе, и я никогда не отстану от тебя.

Вика тут же сдувается. Конечно, она ведь хочет, чтобы я оставил её в покое.

Водитель бросает на нас пристальный взгляд через зеркало заднего вида. Смотрю на него в ответ предупреждающе. Пусть прекращает пялиться и глядит куда-нибудь в другое место, например, на дорогу. Его совсем не касаются наши отношения с Викой.

Мы ползём как черепахи, попав в утреннюю пробку. Я нервно проверяю время, поглядывая на часы.

Когда тачка тормозит, расплачиваюсь с таксистом и, протянув руку через салон, открываю дверь со стороны Вики. Она нехотя выбирается из машины, промямлив что-то на прощание водителю. Я выхожу молча. Крепко взяв Вику за руку, завожу в распахнутые настежь ворота, перед которыми мы остановились. Её глаза в ужасе расширяются, когда, по мере приближения ко входу в здание, она видит толпу людей перед ним и замечает журналистов. Резко тормозит, уперевшись ногами в тротуарную плитку.

– Что это за хрень, Руслан?! Что это за место?!

– А я разве не сказал? – невозмутимо смотрю на неё. – Это будущий роддом, центр ЭКО и планирования семьи… Вроде как-то так. Сегодня открытие. Мой отец перережет ленточку, надо полагать.

– Ты из ума выжил?! – гневно шипит на меня. – Я же попаду под камеры, меня могут узнать!..

– Кто? Кому ты нужна, Вик? – спрашиваю я скептически.

Она обдумывает ответ, явно нервничая, и наконец выпаливает:

– Бабушка! Учителя в школе! Думаешь, так сложно узнать во мне меня, учитывая мою внешность? – проводит по своим синим волосам.

– Да мне плевать, если честно, – говорю, как есть. – Ты должна мне за то, что я помог тебе сбежать от коллекторов. И теперь ты пойдёшь и сделаешь то, что от тебя требуется. А именно – будешь смирно стоять там рядом со мной, пока я буду разыгрывать представление для отца.

Схватив её за руку, вынуждаю идти следом. Вика плетётся, нехотя перебирая ногами и постоянно чертыхаясь.

– Если сейчас