Опасное материнство. Семья для сироты (СИ) - Шварц Анна

Похоже, он в бешенстве... Что с его лицом? Тихонько откашлявшись, я произношу:

— Знаешь, уже поздно. Я собиралась спать, так что за чем бы ты не приехал, давай отложим это на завтра.

И собираюсь закрыть дверь, как рука Эмира резко останавливает ее.

— Какого черта у тебя телефон выключен?

— Отпусти дверь. — я тщетно пытаюсь ее закрыть, потому что торчать перед Эмиром в таком виде мне неудобно. — Я не хотела ни с кем общаться и собиралась спать, вот и выключила. Не понимаю ,как это тебя касается.

Он тихо цыкает, посмотрев в сторону.

— Я думал, с тобой что-то уже случилось. Я пытался связаться с тобой два часа. Даниил сказал мне, что ты даже не спросила его насчет Арины.

Ох. Я чувствую ,как краска заливает мое лицо. А вот это стыдно. Я настолько вымоталась за сегодня, что забыла о том, что надо было написать Даниилу. Я бы наверняка вспомнила об этом перед сном, но все равно со стороны теперь выглядит некрасиво.

— Ты что, из-за этого прилетел сюда? — пытаюсь я сменить тему, а Эмир неожиданно отодвигает меня и нагло заходит в коридор, ставший сразу каким-то маленьким и тесным.

— Да. Пожалуй, переночую сегодня у тебя. -- отвечает спокойно он, а у меня брови лезут на лоб.

Что?! Какого черта ему пришла в голову такая гениальная мысль?!

12.07

12.07

— С ума сошел? И кто же тебе позволит у меня переночевать? — возмущенно интересуюсь я, но замолкаю, потому что Эмир внезапно кладет мне ладонь на лоб, убрав часть волос с лица.

— Почему ты красная и горячая? Ты все-таки заразилась?

— Эмир... я из ванны. Прекрати. — я произношу это слишком быстро, потому что меня смущает его жест. Он так похож на естественный акт заботы друг о друге в отношениях, но дело в том, что я, во-первых, прекрасно знаю “темную” сторону Эмира, не склонную к заботе, а во-вторых, ему, по идее, сейчас не перед кем притворяться. А он все еще играет. Это бесит.

— Ты принимала горячую ванну, будучи беременной? — он толкает меня в лоб, заставляя задрать лицо, и я ошалело хлопаю глазами, глядя на него. На его лицо, так близко находящееся ко мне.

— Успокойся. Я сделала себе разогревающую маску, а воду я налила теплую. — Я отталкиваю руку Эмира в сторону. — Не понимаю, почему я перед тобой оправдываюсь, если честно. Ты вообще должен быть сейчас с той стороны двери, Эмир.

— Нет, не должен. Иди ложись. — он, похоже, полностью решает проигнорировать все правила приличия и просто мимо меня направляется на кухню. Мне приходится круто развернуться и побежать за ним. Почему-то все слова возмущения пропадают от такого поведения. — Можешь мне не стелить, я посплю на кухне. У тебя есть кофе?

— Эмир, это уже наглость. — произношу я, когда он садится на стул и как-то странно шарит рукой по столу, а потом растерянно смотрит на него. — Знаешь такое слово?

— Впервые слышу. У тебя нет телевизора?

Я складываю руки на груди.

— Естественно, нет. Это сразу заметно. По-твоему, где я его прячу? В шкафу? Боже, при чем тут телек? — Я зарываюсь пальцами в волосы. — Послушай, ты не можешь вести себя так, словно мы по-настоящему пара. Уходи.

— Разве? Мы по-настоящему пара, Лия, потому что скоро поженимся. Пора уже привыкать друг к другу.

Черт. У меня начинает болеть голова от злости. Я и так собиралась лечь спать позднее из-за встречи с родителями, так теперь из-за появления Эмира мой сон отодвигается на неопределенное время. А мне завтра подменять Карину. Если я не высплюсь и буду разбитой...

Я разворачиваюсь и мрачно иду в коридор. После, взяв пакеты, в которых лежала купленная Эмиром одежда, я возвращаюсь на кухню и швыряю их прямо ему на колени. Часть из них тут же падает и одежда рассыпается.

— Выметайся. — произношу я твердо, пока Эмир опускает взгляд и смотрит на этот беспорядок. — И вот это забери. Можешь удалить мой номер телефона и больше никогда не приближайся ко мне. Даже если ты будешь использовать угрозы, я не изменю свое решение, потому что ты достал меня, Эмир.

— Успокойся. — произносит он, вздохнув, а я беру со стола телефон.

— Как бы не так. Пойду позвоню отцу. Надеюсь, он найдет людей, которые смогут если не остановить тебя, то устроить проблемы...

Я не договариваю, потому что Эмир будто вырастает у меня за спиной, перехватив за запястье руку, в которой я держала телефон. Я стискиваю зубы.

— Эмир, если ты сейчас даже похитишь меня, я найду способ сообщить в полицию. Даже если у тебя куча денег и есть власть, ты не сможешь все замять. Нужна ли тебе такая головная боль из-за какой-то случайно беременной девушки?

— Послушай, что я делаю не так? — несмотря на то, что я ожидала от Эмира каких-то грубых действий, он задает всего лишь один вопрос, но этот вопрос поражает меня до глубины души. Я с широко открытыми глазами оборачиваюсь на него.

— Что?

— Я спросил - что я делаю не так, что ты каждый раз пытаешься порвать со мной?

У меня вырывается смешок. Он серьезно?

— Да ты все делаешь не так, Эмир. Все твое поведение - это сплошные красные флажки.

— Какие еще красные флажки?

— Боже. — свободной рукой я тру переносицу. — Конечно, такой как ты вряд ли слышал это выражение. Тревожные звоночки в отношениях. Так вот рядом с тобой, Эмир, уже звучат не звоночки, а бьют целые колокола.

— И мне по-прежнему ни хрена не понятно, Лия. У нас было нормальное свидание, в котором я выполнял все твои желания. Я даже не нагрубил твоему отцу. Так что не так?

— Отпусти мою руку. — мои глаза закатываются от раздражения, и Эмир будто бы нехотя разжимает пальцы. Я, зажав телефон в одной руке, начинаю загибать пальцы на другой. — Ты не выполнял мои желания, Эмир, ты тешил в первую очередь свое самолюбие, это во-первых. Далее - шантаж. Запугивание. Игнорирование моих слов. Ты открыто сказал мне, что не исправишься. А сейчас и вовсе заявился в мой дом и не хочешь уходить.

Я вздыхаю, сделав паузу.

— Мне страшно находиться рядом с тобой. Если сейчас ты почему-то решил, что я твоя цель, то потом тебе это наскучит, а мне придется восстанавливать свою жизнь из руин, устроенных твоими руками.

— И кто тебе сказал, что мне наскучит? — Эмир приподнимает бровь, а я хочу зарычать на него.

— Боже, Эмир, я не двадцатилетняя дурочка, и вряд ли поверю, что такой, как ты можешь влюбиться в такую, как я. Тебя просто что-то задело и ты решил добиться своего. Дело даже не в моей беременности.

Он молча сверлит мое лицо взглядом, словно эти слова ввели его в ступор. Его бровь снова недоверчиво изгибается, будто бы просит подтвердить - действительно ли это вылетело из моего рта?

— Не вздумай отмазываться и врать мне. — Предупреждаю его я. Если он сейчас начнет рассказывать про любовь с первого взгляда, или про сильные отцовские чувства к нерожденному ребенку - я точно его тресну чем-нибудь. Хотя бы вот той коробкой из-под мультиварки. Это уже будет издевательство.

— Предположим. — внезапно произносит Эмир, сложив на груди руки. — Ладно, как я должен вести себя, чтобы ты прекратила меня прогонять?

— Боже, с чего ты решил, ты решил, что я хочу этого? — я фыркаю. — Поезд ушел. Я уже знаю какой ты, и понимаю, что долго ты притворяться хорошим не сможешь.

— Как с тобой сложно, Лия. — теперь настает очередь Эмира поднять глаза к потолку. — Я сказал, что если тебе не нравится мое поведение - я его изменю и стану твоим идеалом. Если это более легкий способ добиться тебя, очевидно, что я выберу его, а не принуждение.

Кажется, у меня начинает дергаться глаз после его слов. Я серьезно не знаю, что с Эмиром не так. Он на полном серьезе убежден, что если притворится идеальным - я тут же надену розовые очки и забуду про все? Похоже, трудное детство сказалось на нем сильнее, чем я предполагала.

Черт, как же я хочу спать, а не это все!