Пошел к черту! - Ксения Громова

— Пусть забирает наследство, — проговорил Сева, он был очень уставшим, поэтому голос немного осип, — надо было сразу отдать ему все, что попросит. Тогда бы мы избежали всей этой грязи. И все были бы в порядке.

Мама улыбнулась разбитыми губами и чуть поморщилась.

— Ты тогда защищал нас, поэтому не надо об этом жалеть. И он бы вообще мог посадить нас на долговую игру: сначала столько заплати, а потом еще и еще и еще. Наш долг бы только рос, если бы мы сразу согласились. Но пока я крутилась в казино Власова, то кое-что узнала. Из местных точно никто тягаться не будет с ним. Но есть один человек, который точно справиться. Не поверите, это его старший сын. По иронии судьбы, его тоже зовут Герман. Такой же отбитый на голову, но, можно сказать, в хорошем смысле этого слова. Только он может… Ммм, скажем так, повоздействовать на отца. Не скажу, что Герман-старший боится своего сына, но могу с уверенностью сказать, что потягаться они смогут. А сынок только и ждет прокола отца. Так что думаю, если с ним получиться связаться, то он с радостью поможет вам. Возможно, даже ничего не потребует за свои услуги.

Мы с Севой вновь переглянулись. И мне даже показалось, что я видела, как в его голове крутятся шестеренки.

Кажется, мой парень уже что-то придумал. Бог ты мой. Я назвала его СВОИМ парнем. Ничего себе. Надеюсь, что никто не заметил, как я покраснела.

Сева удивленно приподнял брови и кивнул, мол, что случилось. Я лишь отмахнулась от него, чем заработала насмешку. Вот же плохой человек.

Мы еще поговорили с мамой, а потом нас погнала медсестра. Даже поругала нас за то, что мы посидели с ней не пятнадцать минут, а целых семнадцать. Но скандилить просто не было настроения.

Наоборот я вдруг почувствовала какое-то воодушевление. Словно еще чуть-чуть, и солнце засияет в нашем небе.

Когда мы сели в машину, я спросила у Севы:

— Ты не хочешь, чтобы мама ехала с нами?

Парень завел двигатель и бросил короткий взгляд на меня.

— С чего ты взяла?

— Я заметила твою реакцию. Да еще ты так показательно начал кашлять, что, думаю, мама тоже догадалась.

Несколько секунд он молчал, а потом заговорил:

— Да, я не совсем хочу, чтобы твоя мама ехала с нами.

— Сева, я не могу ее бросить. Если изначально я была настроена уехать без нее, то теперь… Она глупая женщина, допустим. Но она пыталась нам помочь и я очень ценю ее за это. Мы не можем ее здесь бросить. Она же тогда совсем пропадет.

Парень тяжело вздохнул. Ему было тяжело, и я даже понимала, почему он так относился к моей матери. Но я видела, что он уже принял решение. Я знала, как он трепетно относился к своей маме, как сильно он любил ее. Он понимал мою боль и мое желание.

— Как я могу тебе отказать? Конечно, пусть едет с нами. Как только она поправится, мы тут же купим первые билеты и улетим. Договорились?

Я улыбнулась.

— Договорились. Спасибо тебе.

Сева усмехнулся.

— Потом отработаешь.

— Ах ты!

Я стукнула его по плечу, и мы рассмеялись. Да, кажется, жизнь стала постепенно налаживаться. Ведь так?

***

На выздоровление Ксюшиной мамы ушло практически три недели. Как сказал нам ее лечащий доктор, она как кошка, у которой несколько жизней. А еще она явно родилась в рубашке. Иначе такое быстро выздоровление никто не мог объяснить. Все это время Назар и Сева пытались найти хоть какую-нибудь ниточку, которая привела бы к Герману-младшему.

И как говорит Сева, кто ищет, тот найдет. Не знаю, как это у них получилось, но они смогли выйти на Германа-младшего. Разумеется, не на прямую, но все же факт остается фактом. У них это получилось. А я так радовалась этому, что даже не удержалась и захлопала в ладоши. Я была так рада, что мы все ближе и ближе к тому, чтобы разобраться с нашими проблемами.

Это случилось спустя неделю, как маму выписали. Мы готовились к отлету, нас уже ждала мама Севы, которая, к счастью, шла на поправку. Было принято решение еще немного задержаться, потому что Сева хотел убедиться, что с Власовым покончено. И у него появилась такая возможность.

Рано утром кто-то слишком громко застучал по двери. Я вздрогнула и тут же потянулась к Севе, который спал рядом. Он тут же проснулся и встревожено посмотрел на меня:

— Что случилось?

— Кто-то долбиться в дверь…

— Чего?

И тут, словно в подтверждении моих слов, в дверь вновь через чур громко постучали.

— Вот черт, — выругался Сева и быстро поднялся с постели. Он ловко натянул спортивные штаны и направился из комнаты, на ходу бросив мне:

— Оставайся здесь.

Сева

Я был готов ко всему. Мне казалось, что все. Это конец. Они пришли за нами. Я почему-то был в этом уверен. Никто не приходит с утра с добрыми вестями. Да особенно «так громко».

Я вышел в коридор, где к двери уже подкрадывался Назар. По нему было видно, что он тоже только что-то проснулся. Да, ничего не скажешь. Пробуждение было приятным. Всегда бы так.

— Открывайте. Вам послание от того, кого вы так долго пытались найти, — раздался голос из-за двери.

Мы с Назаром переглянулись и тут же открыли дверь. Если бы мы были в фильме, то тут же погибли. К счастью, мы оказались в реальной жизни.

Когда мы открыли дверь, то перед нами увидели огромного мужика с лысой головой. Он держал телефон, а потом протянул мне.

— На, с тобой хотят поговорить.

Без раздумий я тут же взял мобильник и поднес к уху.

— Алло.

— Всеволод Пак, верно? — раздался мужской голос.

— Верно. А я, так понимаю, разговариваю с Германом Власовым?

— Верно-верно, — он рассмеялся низким смехом, — до меня дошли слухи, что ты хочешь кое-что сказать интересное? Кое-что, что напрямую связано с моим нерадивым папашкой?

Да уж, любовь к отцу у него прет из всех мест. В этом-то мы точно были похожи.

— Да, есть кое-что. Я слышал, что не очень-то вы ладите с отцом. А что-то уж папа твой разошелся. Угрожает вдове из-за долга, который успел накопить ее муж. Ныне покойный. А вдова-то вообще не при делах. Потом послал компанию ребят, чтобы избили его падчерицу. Тоже не порядок. А потом и вовсе дом подожгли. Как считаешь, заслуженно ли?

Несколько секунд в трубке была