Цена его ревности. Книга 2 (СИ) - Мур Лана

— Что мне там делать? Я еще не вызвала рабочих ремонтировать кондиционер и не начинала смотреть мебель.

— Виктория, сколько раз повторять? Вы — мой личный помощник и обязаны всегда быть рядом. Это понятно? Берите отчеты и пойдемте.

Недовольно посмотрев на Ракеша, Вика разложила копии по разным папкам, взяла сумочку, где уже лежали остатки покореженной сережки, и пошла следом за начальником.

Перед входом в офис стояли Санджей, Майкл и Джен. Джен курила, а Санджей и Майкл, чтобы на них не попадал сигаретный дым, стояли с подветренной стороны, и разговаривали.

Когда запоздавшие молодые люди вышли из дверей офиса, все расселись по машинам. Немного подождав после отъезда машины брата и пропустив перед собой внедорожник, поехал и Ракеш на распластанном по дороге спорткаре. Закрывая машину шефа, замыкал процессию еще один внедорожник.

— Почему они нас так окружили и от кого закрывают? — распахнула глаза Вика.

— Обычная предосторожность, — спокойно ответил Ракеш. — Строительный участок находится в уединенной и безлюдной местности. Надо быть готовым ко всему, — ответ удовлетворил Вику, тем более, что все мысли занимал вопрос, на который она не находила ответа и который сейчас находился в ее сумочке.

— Господин Радж, — не утерпела она она.

— Ракеш — перебил он.

— Что? — не поняла Вика.

— Мы одни. Можешь называть меня по имени, — Раджа все больше и больше раздражало, когда вредина обращалась к нему официально.

— Но я на работе, — невозмутимо возразила Вика, роясь в сумочке и умудряясь краем глаза наблюдать за Ракешем.

— Не важно. Когда мы одни, можешь называть по имени. Мы почти родня.

— Ракеш, — мягко произнесла Вика, отвлекая его от дороги, — Я в кабинете нашла это, — она вытащила из сумочки останки сережки.

Ракеш искоса глянул на то, что показывала ведьма, и, почувствовав свободу, машина вильнула.

— Что это? — равнодушно спросил он.

— Похоже на женскую сережку. Она была у вас в кабинете. Возьмите, если она вам нужна.

— Зачем мне чья-то сломанная сережка? — Ракеш пожал плечами, вцепляясь в руль, чтобы не забрать безделушку из рук провоцирующей его поганки.

— Она была у вас в кабинете, — упрямо повторяла Вика, стараясь добиться от Раджа правды. — Я подумала, что вы ее не просто так там держали. Наверное, она вам почему-то дорога?

Ракеш бросил на нее еще один короткий взгляд, стараясь понять зачем задает такие вопросы. Хочет утвердиться в своей власти над ним? Что спустя столько месяцев хранит воспоминания о ней? Но он не может показать ей свою слабость, он никому не может ее показать. Не может снова впустить девчонку в душу, и так ею украденную, слишком глубоко паршивка его ранила.

— Если бы она была мне дорога, то не была бы в таком состоянии и уж точно не валялась бы в грязи. Наверное, какая-нибудь уборщица потеряла. Ни одна из моих знакомых не носит такую дешевку.

Вика закусила нижнюю губу, старясь сдержать слезы разочарования — наверняка, сережка просто выпала из кармана пиджака, куда ее положила сама Вика, и все эти месяцы провалялась в пыльном углу. А она уже начала думать, что Ракеш ее помнил так же, как она его, и скучал без нее так же, как она скучала без него.

— Тогда открой окно, я ее выброшу, — голос Вики звенел от сдерживаемых слез.

— Брось в бардачок, потом, выброшу, — ответил Ракеш и глянул на поганку — уж больно необычным показался ее голос.

— Зачем я буду мусорить в твоей машине. Потом выброшу сама, — отозвалась Вика, складывая грустно блеснувшую безделушку в сумочку.

Но тут Ракеш, не желая расставаться с сережкой и с грустью и тоской наблюдая за действиями Вики, увидел в боковое окно, как с его машиной поравнялся черный байк с одетым в черное и в черном шлеме байкером. И этот байкер, повернувшись в сторону авто, направил на них ствол пистолета с глушителем.

Глава 34. Байкеры

Ракеш, одновременно, одной рукой резко притянул к себе Вику и наклонил ее вниз, вдавил в пол педаль тормоза, второй рукой старался выровнять ход пошедшей юзом машины, а сам, наклонившись над Викой, укрыл ее собой. С другой стороны от машины пронесся второй черный байкер, а Вика, в результате действий Ракеша оказавшаяся впечатанной носом в его ногу, начала возмущенно вырываться.

— Совсем с ума сошел?! Ты что себе позволяешь?! — придушенно кричала она в брюки, придавленная весом Раджа и безуспешно стараясь выпрямиться.

— Лежи! — не терпящим возражения тоном, велел Ракеш.

Пролетевшие вперед байки резко развернулись и затормозили, а одетые в черное мужчины открыто прицелились в ветровое стекло, намереваясь хладнокровно расстрелять пассажиров спорткара. Но подъехали оба внедорожника и, встав под углом друг к другу перед капотом спорткара, с трех сторон закрыли хозяина и девушку, а выскочившие и укрывшиеся за машинами охранники приготовились к отражению атаки.

Байкеры, поняв, что эффект внезапности не сработал и противник готов к обороне, а его силы превосходят, быстро оседлали стальных коней и умчались вперед, показав на долю секунды заляпанные грязью номерные знаки.

Ракеш распрямился и помог выпрямиться Вике когда отвечающий за его безопасность старший группы постучал в окно и доложил, что дорога свободна.

— Ты в порядке? — обеспокоенно вглядывался он в лицо девчонки. — Не ранена?

Радж был в ярости — несмотря на все старания, след Кокради так и не удалось найти, а сейчас нападение посреди белого дня, да еще и в присутствии Вики.

— Что… Что произошло? — Вика оглянулась на окно со своей стороны и увидела в нем маленькую дырочку, окруженную паутиной мелких трещинок. Ее глаза испуганно распахнулись. — О! Боже! С тобой все в порядке? — она резко повернулась к Ракешу и, не раздумывая, провела ладонями по его лицу и волосам. Несмотря на опасность и пережитый стресс, Ракеш закрыл глаза от блаженства, когда нежные пальцы порхали по его лицу и зарывались в волосы. Из-под пальцев Вики посыпались мелкие осколки. — У тебя стекло в волосах… — Вика, не веря, смотрела на свои пальцы, потом перевела взгляд круглых глаз на Ракеша.

Несмотря на сопротивление ремня безопасности, она обхватила шею Раджа и спрятала лицо у него на плече.

— Со мной все в порядке, — поспешил Ракеш предотвратить, как ему показалось, начинающуюся истерику. — Перекрыть дорогу, — он назвал номер трассы, которая вела к строительному участку. — Два байкера, оба в черном, номера в грязи. Найти и выяснить, кто их послал, — он одновременно отдавал распоряжения по телефону и крепче прижал к себе тоненькую фигурку. Стараясь успокоить Вику, легонько поглаживал по спине и ловил мгновения, когда ее волосы касались его лица, окутывая травяным ароматом, а сквозь пиджак чувствовал горячее дыхание.

Теплая ладонь Раджа снимала напряжение и вселяла в Вику уверенность, что все хорошо и под защитой сильных рук ей ничего не грозит.

— Я цел, успокойся. Ты точно не ранена? — у Ракеша немного отлегло от сердца, и беспокойство, немного отступив, позволило трезво думать:

«Они видели ее со мной. Мы много где и часто были вместе, значит, и она под ударом. А что если в следующий раз меня не будет рядом?» — его почти парализовало от мысли, что девчонке грозит серьезная опасность.

— Это конкуренты. Не переживай. Но теперь в холле твоего дома будет дежурить водитель, а во дворе стоять машина. На работу будешь ездить на ней. Пешком больше не ходи. Если надо будет куда-нибудь сходить, тоже езди на машине. Тебя часто видят со мной и могут решить, что ты мне дорога и, что через тебя смогут воздействовать на меня.

При последних словах Раджа обнаженная спина под его руками напряглась. Вика медленно отстранилась и окатила его холодным взглядом — он опять указал на занимаемое ею место.

— Если это не так, то не стоит утруждаться. Я прекрасно обойдусь без твоих машин и соглядатаев. А сейчас отпусти, мне неудобно, — расцепив руки на его шее, Вика уперлась в грудь. — Я сказала, отпусти. Со мной все в порядке, с тобой тоже. Можем ехать, а то нас потеряют. А еще лучше уволь меня. Уволь, и я уеду из страны. Тогда точно не надо будет никаких машин. Я понимаю, что пока не отпустишь, я не смогу уйти, но ведь я тебе не нужна, отпусти меня, — по мере того как Вика говорила, ее голос наполнялся жаром, она изо всех сил старалась уговорить Ракеша. — Обещаю, что не буду требовать никакую неустойку. Я сразу же исчезну, и меня больше никто не увидит.