Самойловы-2. Мне тебя запретили (СИ) - Инфинити Инна

Абсурд.

Пожелав бабушке спокойной ночи, ухожу в свою комнату. Из-за перелета я устала и хочу лечь пораньше. Люблю засыпать в Париже. С Елисейских полей доносится шум, но он мне не мешает. Наоборот, я люблю эту парижскую суету, когда туристы и местные жители снуют туда-сюда.

Залезаю в кровать и по традиции открываю соцсети. У меня висит с десяток новых сообщений, но я не хочу никому отвечать. Листаю ленту, пока не дохожу до фотографий Леши.

Сколько раз я заносила палец над экраном, чтобы удалить его из друзей? Но в последний момент останавливала себя, решив, что это будет совсем по-детски. Однако видеть его новости в ленте — это ножом по сердцу. И все же я не могу удержаться и жму на первую из пяти опубликованных фотографий.

Он в Лондоне. В своем любимом ненаглядном Лондоне проводит рождественские каникулы в гостях у Миши и Лизы. Они втроем стоят на Трафальгарской площади. Затем идут два панорамных снимка английской столицы. На четвертой фотке Леша сидит один на высоком барном стуле в пабе, а на пятой он вместе с сестрой Ирой идет по тротуару одной из улиц.

Мои папа и мама так до сих пор и не общаются с Самойловыми после той ссоры, но, судя по снимкам, они в Англии собрались всей семьей, хоть родителей на Лешиных фотографиях и нет. Просто зная Кристину Игоревну и Максима Алексеевича, могу сказать, что они не могли остаться одни в Москве, когда их дети все вместе в другой стране.

Открываю фотографию Алексея, где он один. На самом деле мне нельзя так делать, это только усугубит мое состояние, но я не могу заставить себя отложить телефон в сторону. Жадно всматриваюсь в его лицо, пытаясь найти хоть какие-то изменения.

Нет, он не изменился. Такой же. Только щетина на щеках трехдневная. Когда мы были вместе, он брился каждый день, чтобы не колоть меня. Ворчал, но брился. Мне хочется думать, что у него нет девушки, раз он теперь позволяет себе ходить с отросшей щетиной.

С ресницы срывается слеза. А потом еще одна и еще.

Леша нашел себя в жизни, учится там, где всегда хотел, куда стремился несколько лет. Я же прекрасно понимаю, как тяжело поступить в Гарвард. Практически нереально. Но Алексей смог. Долго к этому шел и смог.

А что я?

Как неприкаянная в этом мире.

Когда слезы застилают глаза настолько, что лицо Алексея расплывается, откладываю телефон на тумбочку и поворачиваюсь к стене. Я еще долго шмыгаю носом в подушку, размышляя над своей жизнью и своим местом. Но, когда наконец-то засыпаю, я уже знаю, что сделаю завтра.

Глава 41. Звонок

НАТАША

Утро начинается с того, что я полчаса верчу в одной руке визитку Антуана Леруа, а во второй свой мобильник. Сердце грохочет так, будто я собираюсь на казнь. А всего-то надо позвонить человеку, который сам хотел, чтобы я ему позвонила.

Мысленно перекрестившись, я набираю номер.

— Алло, — раздается в трубку сонный мужской голос.

Весь мой запал тут же выдохся. Бросаю взгляд на настенные часы: 10 утра.

Боже, я его разбудила.

— Алло, кто это? — повторяет все тот же сонный голос.

— Здравствуйте! — быстро выпаливаю на французском. — Это Натали Готье. Помните, вы дали мне свою визитку?

— Не помню. Я каждый день кому-то даю свои визитки.

Я какой угодно ожидала ответ, но только не такой.

— Эээ, — начинаю неуверенно. — Мы с вами встретились полгода назад на дне рождения журнала «Вог» в отеле «Бристоль». Я пила кофе у барной стойки, а вы подошли ко мне познакомиться и предложили попробовать сняться…

— Я модельный агент, — зевает на том конце провода. — Я каждый день подхожу к каким-то девушкам, даю им свои визитки и предлагаю сняться. Вы думаете, я помню всех?

Внутри у меня все опустилось. Понимаю, что продолжать разговор дальше смысла нет, поэтому уже хочу вежливо попрощаться и положить трубку.

— Пришлите мне несколько своих фотографий, — говорит прежде, чем я успеваю перед ним извиниться за неуместный звонок.

— Зачем? — задаю самый тупой вопрос, какой только возможно.

— Может, вспомню вас. А если не вспомню, то все равно по фото я смогу вас оценить.

— Какие снимки нужны?

— Лицо и в полный рост. Если есть в купальнике, то вообще отлично.

— Д-да, хорошо, сейчас пришлю.

Ответом мне служат короткие гудки.

Дрожащими пальцами я сохраняю его номер, открываю мессенджер и прикрепляю штук десять своих самых лучших фотографий: селфи, в купальнике, как он просил, в длинном платье, в коротком платье, со спины, сбоку… Нажимаю «отправить» и, почти не дыша, жду когда загорятся две синие галочки.

«Natalie Gautier»

Шлю вдогонку свое французское имя.

Появляются две синие галочки, и мое сердце делает кульбит. Проходят бесконечно долгие несколько минут прежде, чем экран моего смартфона издает рингтон входящего вызова от абонента Antoine Leroy.

— Да.

Мне кажется, что стук моего сердца слышен даже в трубку.

— Смутно припоминаю тебя. — Сходу начинает. — В целом, задатки у тебя есть. Можно попробовать устроить пробную съемку.

— Д-давайте. Когда? Сегодня можно?

— Сегодня 31 декабря, и у меня были несколько иные планы на этот день, — издает легкий смешок, а я тут же краснею от своей тупости. — Я буду свободен 5 января. Сейчас пришлю ответным сообщением, куда и во сколько приезжать.

— Да, конечно! Как мне одеваться? Что мне с собой брать? — тут же тараторю.

— Одевайся, как тебе будет комфортно.

Короткие гудки.

Меня ни чуточки не задевает его бесцеремонность и даже немножко хамство, ведь во Франции совсем не принято вот так бросать трубку на полуслове. От месье Леруа приходит сообщение с адресом и временем. Я сжимаю ладони в кулаки и с тихим «Йес» выхожу из комнаты.

— Всем доброе утро! — буквально вплываю в гостиную, где уже завтракает вся семья.

— Доброе, дорогая, — бабушка будто сканирует меня своим пристальным взглядом. — Что так подняло тебе настроение с утра?

— Ничего, просто я проснулась и подумала, как же я рада быть во Франции.

Папа хмурит брови. Его за 20 лет брака с француженкой поездки в Париж, мягко говоря, заколебали.

Мы встречаем Новый год в кругу семьи и нескольких близких друзей. Сегодня мое расположение духа намного лучше, чем за последние несколько месяцев. Наверное, я не была такой радостной, даже когда выиграла в универе конкурс красоты.

Дни пролетают быстро, и вот 5 января в назначенное время я открываю дверь по назначенному адресу.

Глава 42. Кастинг

НАТАША

Я подготовилась к съемке очень тщательно: вчера сходила в парикмахерскую и к косметологу, купила новое платье. Оно из черного шелка, на талии перевязывается поясом, подчеркивая фигуру. На ногах у меня шпильки, хоть во Франции и не принято в повседневной жизни носить каблуки. Тем более зимой по скользким тротуарам.

Но когда я переступаю порог фотостудии, мое настроение снова падает ниже плинтуса. Потому что помимо меня тут еще пять девушек. Такие же красивые и с такими же горящими глазами.

— Всем добрый день, — здороваюсь с ними, присаживаясь на краешек кожаного дивана в холле.

В ответ мне тишина и озлобленные взгляды. Девушка, рядом с которой я села, даже не удосужилась немного подвинуться. Более того, она брезгливо скривила лицо, как будто рядом с ней опустился вонючий бомж.

Входная дверь снова распахивается, и входят две девочки, а через пять минут еще одна. Таким образом, нас тут десять человек: все модельной внешности и все очень решительно настроены.

— Добрый день, красотки! — в холл наконец-то выбегает месье Леруа. — Я вижу, уже все собрались, — обводит нас взглядом. — Ну что же, приступим. У меня сегодня работают три фотографа, поэтому некоторым из вас придется немного подождать. Пойдемте, я вам все покажу.

Соискательницы модельной жизни тут же устремляются вперед за Антуаном, чуть ли не сбивая друг друга с ног. Пропустив их всех, я захожу последней.