Поглощенные обманом (ЛП) - Кент Рина

После того, как я пойду утешать Уинтер и удостоверяюсь, что ей удобно — и без того, чтобы Коля охранял ее от ада, я провожу остаток дня с Адрианом и Джереми.

Наш сын спрашивает, почему его папа пострадал, и я говорю ему, что его ударили плохие парни. Мой муж поднял брови, но ничего не сказал.

Вечером, однако, Адриан оставляет меня, чтобы уложить Джереми спать, и направляется в свой кабинет. Я точно знаю, что он сделает, и я не буду сидеть на месте и позволять этому случиться.

Поэтому, как только Джер засыпает, я иду в его кабинет и захожу внутрь, не постучав в дверь. И действительно, Адриан сидит за своим столом, а Коля, Борис и Ян стоят в очереди, их позы напряжены.

— Что ты здесь делаешь, Лия? — Мой муж не скрывает своего недовольства моим вторжением. Он никогда не любит, когда я нахожусь рядом с его людьми без необходимости.

В то время как в прошлом я наслаждалась компанией Яна, я сделала своей миссией держаться подальше от бизнеса Адриана. Я могу сосчитать, сколько раз я была в его кабинете, и большинство из них имели какое-то отношение к сексу.

Я приложила немало усилий, чтобы не связываться с миром мафии, но я должна была знать, что это настигнет меня рано или поздно. Может быть, держаться подальше было неправильным выбором. Я должна была знать, что мое происхождение сыграет определенную роль в моей жизни.

Расправив плечи, я подхожу к столу Адриана, как бы становясь на переднюю линию для мужчин, стоящих позади меня.

— Я знаю, что ты собираешься делать, и я этого не позволю.

Адриан несколько раз постукивает указательным пальцем по деревянной поверхности, прежде чем остановиться.

— Как ты думаешь, что я буду делать?

— Ты накажешь Яна и Бориса за то, что они привезли меня домой. Это была не их вина. — Настаивала я.

— Хорошо, — говорит он пренебрежительно. — Теперь ты можешь идти.

— Нет, пока ты не дашь мне слово, что не причинишь им вреда.

— Лия… — Мускул тикает на его челюсти, и он, кажется, сдерживает свой гнев. — Тебе здесь не место.

— Место. Я твоя жена, и это дает мне такое же право принимать решения, как и тебе. Если бы я не убедила Яна и Бориса согласиться с моим планом, ты бы не сидел в этом кресле.

— Они не подчинились прямым приказам и проявили неподчинение.

— Ради тебя!

— И это подвергло тебя опасности.

— Все в порядке. — говорит Ян с улыбкой в голосе позади меня. — Мы были готовы к этому.

— Мы можем принять это, — соглашается Борис.

— Ну, я не могу. Я не позволю вам, ребята, быть наказанными за то, что я начала. — Я смотрю на Адриана. — Так что?

Он образует шпиль, прижимая пальцы к своей острой челюсти, его лицо и голос все еще закрыты.

— Что?

— Ты пообещаешь не причинять им вреда, или мне остаться здесь на всю ночь, пока ты не сделаешь этого?

— Лия…

Я плюхаюсь на стул перед его столом и складываю руки на груди.

— Тогда, наверное, я останусь. Не обращайте на меня внимания. Продолжайте заниматься своим делом.

Адриан прищуривается, и я смотрю на него в ответ, не моргая. Мы остаемся в таком положении, кажется, несколько минут, и оба отказываемся отступать. Если бы это была я из прошлого, я бы уже съежилась от его напряженного неумолимого взгляда. Я бы хотела положить конец конфликту и избежать его жестокости.

Но потеря своей индивидуальности и жизнь совершенно другим человеком научили меня находить свою внутреннюю силу. Проникать внутрь нетронутых частей меня и оживлять их. Кроме того, я устала давать Адриану полную власть над нашими жизнями после того, как он воспользовался этой привилегией, чтобы выбрать смерть.

Он женился на мне, несмотря на прошлое и мои проблемы с психикой, несмотря на то, чья я дочь, и теперь он узнает, что это на самом деле означает и какие последствия влечет за собой.

— Уходи. — Его голос становится резким.

— Сначала дай мне слово.

— Лия.

— Адриан.

— Ты ведь понимаешь, что я не позволю этому ускользнуть, не так ли?

Внезапная дрожь пробегает по моей спине от завуалированного обещания, скрытого за его словами. Я была хорошо подготовлена к тому, что меня накажут за неповиновение ему, но услышанное произвело совершенно другой эффект.

Однако это не останавливает меня от причины, по которой я здесь.

— Мне все равно.

Мой муж разжимает губы, прежде чем выдохнуть.

— Прекрасно.

— Прекрасно, что?

— Я не причиню им вреда.

— Даешь ли ты мне слово?

— Даю. Я также даю вам слово, что ты заплатишь за это маленькое шоу.

Я встаю и перекидываю волосы через плечо, затем кладу руку на его стол и наклоняюсь вперед, так что мое лицо находится всего в нескольких дюймах от его, и он может видеть мое декольте.

— Я согласна.

Его глаза горят, становясь дикими, и я делаю шаг назад, прежде чем он потянет меня на стол и трахнет прямо здесь и сейчас.

Но я не ухожу сразу.

— О, и еще. Я отпускаю Уинтер.

— Нет.

— Почему нет? Она ничего не сделала.

— Она твой двойник. Я не могу позволить ей разгуливать без присмотра. Если я это сделаю, другие будут использовать ее в своих интересах.

— Например?

— Лука.

Я сглатываю от резкости в его тоне.

— Тогда ладно. Я имею в виду, прекрасно. Но мы не можем держать ее взаперти. Она невиновна.

— Ей придется остаться.

— До каких пор?

— Пока я не решу, куда ее отправить.

— Ты никуда ее не отправишь. Она человек, а не какой-то скот.

— Я отправлю ее, если сочту это необходимым.

Я расширяю свою позицию, пристально глядя на него. Я люблю этого человека, правда люблю, но иногда он такой апатичный, что это сводит меня с ума. Ну, большую часть времени он апатичен. Моменты, когда он не такой, редки и далеки друг от друга.

Почему я не могу любить кого-то нормального?

А, точно. Потому что я и сама далеко не нормальная.

— Я проведу с ней время. — Я поворачиваюсь и ухожу, прежде чем он успевает что-то сказать.

Я иду на кухню, разогреваю суп и запеканку с ветчиной, которую Огла приготовила на ужин, кладу их и яблоко на поднос и выхожу на улицу.

Федор и еще один охранник приветствуют меня у входа в гостевой дом, но не осмеливаются остановить. Они все смотрят на меня по-другому с тех пор, как Адриана отпустил Сергей. Даже Коля, который, казалось, ненавидел меня до того, как они покинули Россию, поблагодарил меня, как только они вернулись.

Как будто я заслужила их уважение или что-то в этом роде.

Ян всегда был на моей стороне, но все остальные были слепо преданы Адриану. Я думаю, они должны понимать, насколько глупым было его решение и что они действительно могли потерять его.

Я действительно могла его потерять.

От этой мысли мне снова хочется плакать, но я делаю глубокий вдох, отказываясь идти по этому пути.

Я нахожу Уинтер в ее комнате, она сидит на кровати, прижав колени к груди. Увидев меня, она поднимает голову, и в ее голубых глазах светится надежда.

— Теперь я могу идти?

Я сажусь на стул рядом с кроватью и ставлю поднос на тумбочку.

— Боюсь, что нет.

— Но ты обещала.

— И я сдержу это обещание, но не сейчас, Уинтер. Твое сходство со мной подвергает тебя непосредственной опасности. Есть люди, которые хотят причинить мне боль и без колебаний сделают это через тебя.

Она крепче обнимает колени, костяшки ее пальцев побелели.

— Я… я не могу проводить здесь все свои дни взаперти. Я чувствую, что схожу с ума.

— Ты можешь остаться со мной и Джереми. На самом деле мы не такие уж веселые, но все же лучше, чем ничего.

Она наклоняет голову набок, глядя на меня с нескрываемым интересом.

— Зачем ты делаешь все это?

— Это?

— Помогаешь мне

— Потому что я знаю, каково это — быть одной, и как твоя голова может мучить себя и тебя.

— Спасибо, — шепчет она. — Ты не должна заботиться о ком-то вроде меня.