Твоя правда (СИ) - Грэй Дана

- Она в основном пыталась убедить меня, что мы созданы друг для друга, - сказал он непринужденно. - Когда я попытался напомнить ей, что дружу с Майло , ее бывшим, еще до того, как познакомился с ней, она не очень хорошо это восприняла.

Я могла только догадываться. - Она не может смириться с правдой, - сказала я, чувствуя легкую горечь.

- Да, - с горечью пробормотал он. - Она фактически сошла с ума, пытаясь сказать мне, что друзья не имеют значения. - В его голосе явно слышалось отвращение. - В конце концов, я сказал, что между нами ничего не может быть и позвонил тебе.

Тепло разлилось внутри меня, но в то же время и печаль тоже. Потому что Гестия не заботилась о друзьях, когда дело касалось парня, который ей нравился. И была ли это поверхностная дружба или нет, но это был не тот человек, которого я хотела бы видеть рядом с собой.

- Спасибо, - сказала я снова, когда беспокойство поднялось снова, удушая меня.

Его рука скользнула в мою и сжала в утешении, которое ударило меня в сердце, как кувалда.

- Все будет хорошо, - сказал он. - твой брат так и не отвечает?

Я отрицательно покачал головой. - Это бесполезно. Он даже не прочел моих сообщений.

- А твой второй брат?- Сказал он тихо, ласково.

Я вздрогнула, сжимая его руку, когда он вцепился в нее еще крепче. - Я боюсь звонить ему, - прошептала я, снова чувствуя холод, - я боюсь, что кто-нибудь может услышать, может взять его телефон и увидеть, что он написал мне, и забрать его.

Диего ничего не сказал мне, вместо этого он просто кивнул. - У тебя есть еще какая-нибудь информация о том, что происходит?

Не видя ничего плохого в том, чтобы рассказать ему, я выложила все, что произошло с Питером за последние несколько месяцев после зимних каникул, вплоть до откровения, что он, возможно, встречался со своим лучшим другом.

Когда я рассказала ему о голосовом сообщении, он нахмурился. - А ты не могли бы включить его для меня?

Кивнув, я нажала кнопку воспроизведения и закрыла глаза, стараясь не заплакать снова, когда услышала смертельное намерение в незнакомых голосах, всхлипывания и мольбы Хуана и Питера, и эти проклятые крики. Я снова чуть не сломалась, когда Диего попросил: - Отмотай немного назад.

Я не хотела этого делать, но перемотала запись назад. Он попросил меня повторить это еще раз, и что бы он ни услышал в голосах незнакомцев, его лицо потемнело.

- Я высажу тебя, когда мы доберемся до города, - сказал он, его голос был полон ненависти, какой я никогда раньше не слышала. Это была уже не ненависть, а отвращение. - Я поеду туда один.

- Нет! - отрезала я и нахмурилась. - В чем дело, Диего?- Настаивала я, зная, что это ненавистное чувство направлено не на меня. - Ты узнал один из мужских голосов?- Спросила я, чувствуя, как тяжесть наполняет мое сердце.

- Если бы я знал, во что вляпался твой брат, - сказал он, игнорируя мои вопросы, убирая свою руку с моей и кладя ее на руль, костяшки его пальцев побелели. - Я бы посоветовал тебе держаться от этого подальше...

Сердце бешено колотилось в груди. Диего говорил серьезно. Все, что он знал и не сказал мне о тех парнях, у которых был мой брат, было плохо. Очень плохо. - Мы должны позвонить в полицию, - начала было я, но остановилась. Если бы Аластер пронюхал об этом... у него были связи во многих местах, как мы с Патриком узнали за последние два года, и позволить ему участвовать в этом было бы концом любого прогресса, который Патрик мог бы сделать в попытке получить опеку над Питером, потому что Аластер бросил бы моего младшего брата в колонию для несовершеннолетних.

- Полиция здесь ничем не поможет, - сказал Диего, и я почувствовала лишь легкое облегчение, потому что это могло означать только одно, и мое беспокойство переросло в настоящий стресс. - Нам нужно поторопиться, - добавил он, и в его голосе послышалось нетерпение, когда он выругался. - Если бы я только знал...

- Сейчас это не имеет значения, - отрезала я, мои губы стали тонкими, лицо побелело, сердце готово было разорваться на части. - Просто веди машину, Диего. И забудь о том, чтобы высадить меня и отправиться туда самому. - я сердито посмотрела на него. - Питер-мой брат. Он рассчитывает, что я приду за ним. Вот почему он посылал мне сообщения.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Это не какое-то дол..банное шоу, Харпер!- Рявкнул Диего, стиснув зубы от гнева.

- И ты должен попытаться думать об этом рационально!- Огрызнулась я в ответ. - Питер тебя не знает! Он увидит, как ты войдешь туда, где бы он ни был, и что, по-твоему, произойдет?

Диего понял мою мысль. Я знала, что это так, потому что он нахмурился, разозлившись.

- Ты должна делать все, что я скажу, - сказал он, нажимая на газ и с легким стоном бросая машину вперед. - Никаких "если", никаких "но". Все, что угодно. В том числе, если я скажу тебе оставить меня, взять твоего брата и бежать оттуда к чертовой матери.

Ни за что.

- Я не оставлю тебя!- Сказала я в ужасе. Я вдруг осознала, насколько было глупо втягивать Диего в эту историю, потому что у меня было чувство, что это может быть так же опасно для него, как и для моего брата.

- Харпер, - его голос был низким и серьезным. - Обещай мне, что будешь выполнять мои приказы. Поверь мне... Поверь мне, я вытащу тебя и твоего брата. Поверь мне, я сам о себе позабочусь.

Слезы жгли мне глаза при этом последнем слове. В том, как он это сказал, чувствовалось абсолютное одиночество, но вполне приемлемое. Как будто он никогда не ожидал, что это изменится. И это только что нанесло мне новую рану в сердце.

Но прежде чем я успела возразить, он тихо сказал: - Только так я буду меньше волноваться...

И только потому что это был Диего, который был рядом со мной, заботился обо мне, я сказала: - Хорошо.

Он тяжело вздохнул. - Спасибо.

У меня заныло сердце. Мне хотелось потянуться к нему, взять его руку в свою, как он сделал это для меня. Но теперь я уже понимала Диего. Я понимала, что физический контакт с ним - несмотря на наш поцелуй-был просто его способом дать утешение, когда слова не могли этого сделать. Но для меня прикосновение, было очень важно, потому что речь шла не только о комфорте, не только о дружелюбии. Это было нечто большее, и я не могла притворяться, что это не так.

И так мы просидели остаток пути в полной тишине, в воздухе витала тревога, а вместе с ней и мрачное ожидание опасности, в которую мы направлялись с головой.

Глава 39

Место, куда меня послал Питер, привело нас к старому складу на окраине Данбери. Диего быстро припарковал машину сзади, и когда мы вышли, леденящий душу страх заполз в мой желудок. Что, если мы опоздаем и они уже уйдут?

Словно прочитав мои мысли, Диего мрачно сказал: - Они здесь.

В то же время я заметила черный внедорожник за углом. Он выглядел точно так же, как на фотографии, которую прислал мне Патрик. - Прошло уже четыре часа, - тихо сказала я дрожащим голосом.

- Они бы не торопились, - зловеще произнес Диего, прежде чем повернуться и серьезно посмотреть на меня. - У меня есть план, - сказал он, и по его голосу было ясно, что этот план ему совсем не нравится. - Но мне понадобится твое полное содействие.

- Я поняла, - тут же ответила я.

Несмотря на то, что я пыталась вытянуть из него информацию, Диего так и не сказал мне, откуда знает незнакомые голоса в аудиозаписи, если он вообще их знает. Но сейчас в нем было что-то такое, что говорило мне, что он понимает, что происходит, и я знала, что в этом деле он должен быть главным.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Если бы я только знала, как и почему он был знаком с такого рода ситуацией, это бы все упростило, но так как Диего был молчалив, у меня не было выбора, кроме как отпустить ситуацию. Кроме того, я слишком беспокоилась о Питере, чтобы думать об этом сейчас.

Он рассказал мне свой план, и я почувствовала, как все мое тело замерзло. - Я думала, мы прокрадемся, - сказала я с неодобрением в каждом слоге.