Кара Локвуд - Улыбнитесь, вы уволены

Когда я начала работать, ощущение было такое же. Оказывается, ничего особенного в тебе нет, что бы там ни думала твоя мама. Ты расходный материал. Твоя ценность выражается в почасовых ставках и продолжительности отпуска. Ты не личность. Ты не более чем ряд цифр. Ячейка в электронной таблице. Отблеск в глазах бухгалтера. Все твое существование описывается аккуратным рядом единичек и нулей.

В дверях биржи труда я сталкиваюсь с девчонкой. Она с ног до головы в черном, на веках серебристые тени, в носу — кольцо. Светлые волосы завязаны в два узелка, на футболке нарисована рожица K — не улыбающаяся и не хмурая, а безразличная. Компьютерщица, догадываюсь я. Кого-то она мне смутно напоминает… А, вспомнила: она работала в «Максимум Офисе».

— «Максимум Офис», правильно? — спрашиваю я.

Девчонка кивает:

— Да, я там работала системным администратором. Пока на прошлой неделе эти мудаки меня не уволили. — Она изучает меня и наконец протягивает руку: — Меня зовут Мисси.

— А меня Джейн.

— Это ведь ты спала с вице-президентом Средне-Западного подразделения? — выдает Мисси.

Я становлюсь пунцовой. Надо думать, об этом знала вся контора. Вот почему, проходя мимо поилки, я неизменно слышала сдержанный шепот и хихиканье.

— Ладно, я пошла, — бурчу я.

— Эй, не обижайся, — поспешно извиняется Мисси, поднимая руки. — Я ничего такого не хотела сказать.

Мисси очень маленькая. Буквально в два раза меньше меня. Ее ботинки кажутся детскими.

— А где ты живешь? — интересуется Мисси, загораживая мне дорогу и не обращая никакого внимания на мое очевидное нежелание продолжать разговор.

— Лейквью, — лаконично отвечаю я: совершенно не намерена давать точный адрес каждому встречному.

— Я тоже. А где?

— Э… около Шеффилда.

— Я тоже! — восклицает она. — А на какой улице?

Теперь никуда не деться.

— Кенмор.

— Ого!

Мисси с интересом разглядывает браслет-талисман от «Тиффани» на моей левой руке (бабушка с дедушкой по маминой линии подарили на окончание колледжа). Я прячу его в рукав.

— Одна комната, две?.. — гадает она.

— Три, — признаюсь я.

— И стиральная машина есть? С сушилкой?

Мисси словно агент по недвижимости.

— Ну, есть.

— Полы деревянные? Стены кирпичные?

— Слушай, я снимаю квартиру, а не продаю, — обрываю я.

— Все, все, — машет руками Мисси.

Теперь-то уж разговор точно окончен. Но эту пигалицу, как большинство компьютерщиков, откровенная грубость не трогает. Она продолжает:

— Я просто ищу, где жить. Я сейчас стерегу один дом, пока хозяева в отъезде, но через пару недель придется сваливать.

— Мне не нужна соседка, — перебиваю я. Зачем давать ей ложную надежду?

— А, — пожимает плечами Мисси. — Ну, передумаешь — звони.

Она вручает мне свою старую визитку из «Максимум». Почти все строчки зачеркнуты, зато внизу от руки приписан номер. К «О» в слове «Офис» она пририсовала рожки. Я кладу визитку в сумочку, как будто собираюсь ее сохранить, но на самом деле выкину при первой же возможности. Только ненормальный станет искать соседку на бирже труда.

Вернувшись в квартиру, я прямиком иду в душ смыть затхлый запах государственной бюрократии и не оправдавшихся надежд.

Потом переодеваюсь в чистую пижаму, и кажется, что и не выходила из дома.

Вроде есть еще какие-то дела? Ах да, сегодня нужно заплатить хозяину квартиры. Я вздыхаю. На счету у меня почти ничего не осталось. В этом я виню финансовых консультантов CNN, которые утверждают, что единственный способ выбраться из долга по кредитной карточке — за все платить наличными. В начале месяца я так и делала (немножко побаловала себя: семь поездок на такси, пара туфель «Прада» с распродажи и кашемировые перчатки), а теперь у меня нет наличных на квартплату. Вот и верь им после этого.

Я сорила деньгами отчасти потому, что у меня художественное образование, так что математика, финансы и тому подобное для меня — иностранные слова, а отчасти потому, что влюбилась в Майка и хотела, чтобы он тоже в меня влюбился, поэтому купила новые вещи для офиса — полуофициальные-полусексуальные, соблазнительные. Честно, мне и в голову не приходило, что меня сократят. Опять. Знаю, Бог любит троицу. Но все-таки два увольнения — еще ничего, а три — это уже слишком. Даже при моей невезучести.

К тому же у меня была страховка: мои отношения с Майком. Не то чтобы здесь был какой-то расчет, я просто чувствовала себя защищенной. Я и не знала, что Майк собирался выбросить меня, как бумажную салфетку.

Назавтра я получаю свой последний чек от компании Злобных Увольнителей и перевожу деньги на банковский счет, на целый день погружаясь в иллюзию богатства. Это двухнедельная зарплата (мое скромное выходное пособие), но ощущение такое, словно выиграла в лотерею. В гастрономе набиваю пять пакетов деликатесами: маслины, заправка для салатов, коробки дорогих фирменных хлопьев и экологически чистые овощи. Покупаю двухслойную туалетную бумагу и вафельные бумажные полотенца. Такое чувство, будто я бегу по улице, разбрасывая пятидолларовые бумажки.

Конечно, я сознательно закрываю глаза на то, что если довести до требуемого минимума месячный баланс по кредитным карточкам и расплатиться за коммунальные услуги (в том числе 480 баксов за газ: в феврале стояли небывалые морозы), то не хватит на арендную плату. Но все-таки я позволяю себе немножко оптимизма. Мама всегда советовала включать воображение. Ей и не снилось, какую лавину неудач может обрушить это мое воображение.

Кому: [email protected]

От кого: НА «Центральное»

Дата: 4 марта 2002, 10:30

Тема: RE: Резюме

Уважаемая Джейн!

Сегодня мы получили несколько копий Вашего резюме по факсу и электронной почте. Вынуждены сообщить, что узнаем любые Ваши резюме, даже если Вы меняете свои инициалы.

Мы свяжемся с Вами, если найдем что-нибудь, соответствующее Вашим пожеланиям. И нам не нравится Ваш вопрос, даже если это шутка, включаем ли мы в список вакансий услуги по сопровождению.

Пожалуйста, перестаньте посылать нам факсы.

С уважением,

Лукас Коэн,

кадровое агентство «Центральное».

2

Как и все обреченные на неудачу служебные романы, наш с Майком начался на корпоративной вечеринке. Эту вечеринку обычно проводили в ноябре, но перенесли на начало сентября: мы отмечали успешный финансовый год. Она проходила в «Черном дрозде», одном из тех перворазрядных заведений, где одинокую креветку, поданную на блюде с молодой зеленью, называют главным блюдом. Премии получили все. Даже мне дали лишние 300 долларов, хотя моя зарплата не зависела от прибыли.