Наталья Калинина - Полуночное танго

— Польем вместе. На обратном пути.

Я оступилась, и мы оба полетели на землю. В нескольких сантиметрах был обрыв, дальше камни и колючки. Мы замерли, не отрывая друг от друга рук.

— Поднимайся. — Славка встал на колени и потянул меня за руку.

— Не хочу. Мне здесь нравится. Теперь я точно знаю: земля кружится, кружится… Прижмись к ней и тоже почувствуешь.

— Я и так знаю, что она вертится. Мы это по истории партии проходили. Вставай же. Простудишься.

— Ты когда-нибудь целовался?

— Да, но… То есть я хочу сказать…

Он громко прочистил горло.

— Говорят, это здорово. Наверное, еще лучше, чем мчаться на санках с Куприяновского спуска.

— Там нельзя кататься на санках — в прошлом году на спуске зарезало трамваем сына Вальки…

— Какой ты, Славка, зануда. Интересно, я тоже через два года превращусь во взрослую зануду?

Он отпустил мою руку и медленно встал. Я смотрела на него снизу вверх. В свете луны Славка показался мне совсем незнакомым и очень красивым.

— Поехали. Скоро начнет светать.

— Не раньше чем через два часа. Слушай, плесни мне еще шампанского.

Славка молча повиновался. Он осторожно подал мне полный стакан и присел рядом на землю, высоко задрав свои острые коленки. Я выпила шампанское до дна и закрыла глаза. Земля вертелась, набирая скорость. Мне показалось, она вот-вот скинет меня со своей теплой спины и я улечу в холодный мрак космоса.

Моей щеки коснулось что-то горячее. Я вздрогнула и подняла веки. Славкины глаза были совсем рядом. Они странно поблескивали.

— Ты на меня так… необычно смотришь.

— Ты удивительная. Я схожу от тебя с ума.

— Ты тоже. — Я вдруг увидела нас со стороны. Девушка с шелковистыми локонами лежит на земле. Над ней склонился юноша… Это было похоже на кадр из заграничного фильма. — Поцелуй меня, — еле слышно прошептала я.

У Славки были сухие горячие губы. Я крепко стиснула свои — я вдруг чего-то испугалась.

— Ты не умеешь. Разожми губы. Не бойся…

— Я не боюсь. Я…

У меня перехватило дух. Возможно, я на несколько минут отключилась. Когда пришла в себя, почувствовала под своей майкой Славкину руку. Я простонала.

— Нравится? Не бойся, я больше ничего не стану делать. Ты не носишь лифчик?

— Только в школу. Старая Вешалка ругается… — Я вскрикнула, когда Славкины пальцы коснулись моего соска. Мне стало нестерпимо хорошо.

— Она дура. Не слушай ее. — Славка тяжело дышал. — Ты… у тебя замечательная грудь.

— Что с тобой? Тебе нехорошо?

— Почему ты так решила?

— Ты задыхаешься.

— Глупенькая. Можно я расстегну тебе джинсы?

— Это… это нехорошо. Нас будут ругать.

Не знаю, почему я это сказала. Мне в тот момент очень хотелось, чтобы Славка расстегнул мне джинсы.

— Ты права. — Он вытащил руку из-под моей майки и поспешил вскочить на ноги. — Едем домой.

Я тоже встала, но вовсе не потому, что мне захотелось домой, — мне было одиноко лежать одной на бешено вертящейся земле. Без Славки мне на ней было неуютно.

— Еще поцелуй. Мне понравилось.

На этот раз он проник языком в мой рот и стал ласкать им нёбо. А я и не подозревала, что в поцелуях может участвовать язык.

Славка поднял меня на руки и куда-то пошел, шатаясь, словно пьяный. Я закрыла глаза. Земля больше не вертелась. Время остановилось. Мы были одни среди вечного мрака космоса.

— Что прикажете делать, сеньорита?

Я открыла глаза и расхохоталась. До меня дошло внезапно, что это же Славка. А я черт знает что нафантазировала.

— Сперва опусти меня на землю. — Почувствовав под ногами привычную твердь, я одернула майку и поправила волосы. — Едем поливать огурцы.

Марго лежала в моей постели. Она прижала палец к губам, пытаясь предостеречь меня от слишком бурной реакции.

— Долго же ты сегодня. Почему вся в грязи? — посыпалось на меня.

— Я… мы поливали огород. Тетя Зина попросила Славку…

Марго беззвучно рассмеялась. Я стянула майку и джинсы и нырнула к ней под простыню.

— А я решила, что это любовное свидание.

— Откуда ты узнала, что я…

— Знаю с самого первого дня. Не бойся, маленькая авантюристка, я замок с секретом.

Я уловила в ее голосе нотки восхищения.

— Марго, ты ничего не…

— Я все понимаю. Старина Фрейд был тысячу раз прав. Мотоцикл всего лишь предлог.

— Твой Фрейд дурак. Славка мне друг и…

— В таком случае почему у тебя так блестят глаза?

— Ты не скажешь маме?

— Ты что, спятила? Но, чур, одно условие.

— Какое еще?

Марго обняла меня за плечи и крепко прижала к себе. От ее ночной рубашки пахло какими-то незнакомыми духами. Раньше от нее, как и от мамы, пахло «Лесным ландышем».

— Прежде чем одна глупенькая девочка соберется снять трусики и позволить своему мальчику сделать то, что он захочет, она проконсультируется со своей мудрой старой тетушкой, и та научит ее, как избежать нежелательной…

— Какая ты, Марго, циничная.

— Ошибаешься. Твоя тетя Марго очень даже романтичная старая барышня на вате. Просто она не хочет, чтобы ее маленький Пупсик… прошел через унижение и пошлость медаборта.

— Марго?

— Да, Пупсик?

— Сколько тебе было лет, когда ты в первый раз поцеловалась?

— Это случилось так давно, если это вообще когда-то случилось. Охота тебе листать ветхие страницы летописи несбывшейся мечты?

— Ты поцеловалась в первый раз с тем, кого любила?

— Пупсик, если ты имеешь в виду мужской пол, то Марго в своей жизни никого не любила.

— Врешь. А как же Мишка, у которого был красный «москвич» и усы, как у д'Артаньяна?

— Когда он их сбрил и продал свой «москвич», твоя тетя Марго поняла окончательно и бесповоротно, что любви на свете нет.

— Не выпендривайся.

— Хочешь сказать, Мишка меня бросил? Не повторяй чужих глупостей.

— Мама говорила…

— Женька всю жизнь мне завидовала. — Марго быстро прикрыла рот ладошкой. — А, ладно, все равно рано или поздно сама все поймешь. Лучше рано, чем поздно. У твоей дражайшей мамочки масса комплексов. Она сама страдает от них, но…

— Мама боится, что подумает и скажет бабушка.

— Да брось ты. Варечка совсем не похожа на старую ханжу.

— Хочешь сказать, мама похожа?

— Ну, Женька еще не старая. — Марго вздохнула. — При своих талантах и шарме Женька могла бы отхватить самого шикарного мужчину в городе.

— Мама не хочет выходить замуж.

— Разве ее кто-то принуждает?

— Но ведь спать с чужим мужчиной — это… это грех, — изрекла я, так и не подобрав более подходящего слова.