Любовь проходит? (СИ) - Таня Балер

из тревожного болота, озаботившись насущными хлопотами.

Но вот какая незадача.

Свой рассудок и планы на день Катя могла контролировать, но по ночам подсознание берёт верх.

Нет, кошмара не случилось, и в час быка квартиру Зиновьевых не огласил женский крик. Все мирно спали.

А ближе к утру уже в полудрёме память перенесла её в прошлое.

Есть воспоминания радостные, счастливые и самые любимые, есть печальный и трагичные, есть болезненные, есть смешные и смущающие, а есть страшные, которые хуже кошмаров, ведь их не отбросить от себя, объяснив игрой воображения.

У Кати они не связаны с плохими людьми, неудачами и ошибками. Но они жуткие, горькие и от них хочется перекреститься и всплакнуть.

К счастью, обошлось без слёз, потому что память не швырнула хозяйку в грустные и как будто беспросветные эпизоды из прошлого. А закинула больше чем на четверть века назад, выбрав воспоминание, которое до этого дня и воспоминанием не считалось, потому никогда не сплывало.

Маленькая Катя случайно подслушала разговор мамы с подругой, и даже магическая составляющая не заинтересовала девочку в беседе взрослых, но история по какой-то причине отложилась в детском подсознании, и вдруг под утро память её воскресила.

Взрослая дремлющая Екатерина не ощущала себя ребёнком, поэтому услышанное сразу переводила на свой лад.

Картина выходила такой:

Тёте Свете изменял муж.

И главное, что изменять он не хотел, а был ласковым мужем и заботливым отцом их дочери, что на тот момент была старшеклассницей и виделась Кате совсем большой. Ещё он мастером на все руки и всегда был готов помочь. Так сказать, со всех сторон золотой души человек. Но одна женщина по имени Гульнара его приворожила. И поэтому периодически он пропадал на несколько дней у неё, а потом возвращался со следами попойки и на коленях просил у жены прощение.

Тётя Света и кодировала его, и в церковь ездила, но ничего не помогало, дольше полугода он не выдерживал, тёмные силы его подавляли, тело начинало слабеть, и мужчина мучился, пока в один день не пропадал, чтобы вернуться здоровым, но пьяным и с чувством вины.

А тётя Света расстраивалась, но прощала, потому что муж её любит, всё для неё и дочери делает, и это не он виноват, а приворот Гульнары.

Что на это отвечала мама, Катя не вспомнила, а, окончательно проснувшись, подумала, что усатый добрый дядя, который в её детских воспоминаниях подвозил их с мамой на своей газельке, тот ещё выдумщик!

А ещё она подумала, что если женщина хочет обмануться, то поверит в любую ерунду.

Переписка? Это номером ошиблись, или холостой друг телефон мужа брал.

Засос? Пчела укусила, или ворот натёр.

Царапины? Кошка на спину запрыгнула.

С бывшей встречался? У неё беда, а он добрый и помогал.

Не ночует дома? Завал на работе.

Поймала мужа на измене? Приворот.

Забухал? Это черти его с пути сбивают.

«Ах, обмануть меня не трудно! Я сам обманываться рад!» — у каждого своё.

Главное, что Екатерина не такая.

Глава 3. Предновогодняя

Катя не осуждала таких женщин, уходить или оставаться после измены личное дело каждого.

Но сама бы так не смогла.

Хм… И к чему этот сон-воспоминание?

Следующие дни мысли были под контролем, а интуиция заткнута, потому что декабрь сам по себе шумный, и предостерегающий писк уже не раз доказывающего свою некомпетентность чутья был легко заглушён.

О беспокойстве супруги больше не заговаривали, обсуждая обычную для этого времени года нервотрёпку и детство.

Не своё детство, а сына.

Когда на улицах появились первые ёлочные базары, Катя спросила у ребёнка, не хочет ли тот настоящую лесную красавицу, вместо искусственной, что ждёт своего часа в коробке на антресоли.

Наряжала елку всегда она, а Костя и Саша смотрели и давали советы, но любовалась результатом вся семья.

Польза от советчиков была в одном, они следили, чтобы семилетний Кеша не проявлял нездоровую активность в отношении ёлки. Несмотря на осознанный для кота возраст, тот иногда выкидывал что-нибудь глупое. Однажды от растерянности они сразу же на месте вытянули из питомца около тридцати сантиметров тонкой фиолетовой ленточки, не сообразив, что это может повредить кошачьи органы, и с тех пор дождик был вычеркнут из списка украшений.

Так вот о детстве.

Услышав о ёлке, Саша заявил, что ему без разницы, потому что он взрослый, давно знает, что Деда Мороза не существует, и вообще не видит смысла в этом празднике.

Если бы семиклассник верил в Дедушку Мороза, это стало бы поводом для беспокойства. Катя и Костя старались сохранить сыну веру в сказки, но критическое мышление никто не отменял, и они знали, что как только их обожаемое чадо пошло в школу, ему от более продвинутых сверстников начала доходить информация. Информация из серии: откуда берутся дети, чем родители занимаются по ночам, и кто приносит подарки. О последнем он знал уже лет пять и не забывал говорить спасибо, находя первого января под ёлкой подарок от доброго волшебника.

И тут на те вам: «Нет смысла в празднике».

А ощущение чуда?

После беспокойства, Катя мечтала поскорее окунуться в праздничную магию войти в новый год без тревог и дурных предчувствий.

И пусть её мечты — это только её мечты, а сын имеет право на свои, но ей взгрустнулось.

Действительно ребёнок так быстро вырос, а она не заметила, или Сашка только пыжиться, обманывая и себя, и маму?

— Ты знаешь, что твой сын против праздника? — спросила Катя мужа.

— Как это?

— Говорит, что вырос, что не верит, и смысла в нём нет.

— От подарка не отказался? — уточнил Костя, жена покачала головой. — Конфеты таскает?

— Таскает.

— Значит, всё нормально, праздник не отменяется.

С его умозаключением Катя согласилась.

А Костя ещё и сам включился в новогоднюю подготовку и без предупреждения приволок пятнадцатого декабря в дом двухметровую пушистую ель.

Сашка, увидев её в прихожей, побухтел, что не будет каждый день иголки убирать, но сам измерил ствол и поскакал за компьютер смотреть подставки под елку, и выяснять, можно ли на завтра оформить доставку в пункт выдачи, или нужно идти за ней в магазин. И этому мальчишке безразличен Новый год? Ну-ну.

А его родители уже вдвоём пустились в воспоминания. Катя рассказала, что у них дома ёлка стояла в сделанной папой из дощечек крестовине. За девять дней дерево сильно осыпалось, из-за чего при уборке иголки до весны откуда-то вылезали. А Костя вспомнил,