Мятежный - Кэти Эванс

— Потанцуешь со мной?

— Мы уже и так это делаем! — говорю я, двигаясь вместе с ним и сильнее покачивая бёдрами.

Парень обнимает меня за талию и притягивает ближе.

— Я имею в виду, хочешь ли ты потанцевать со мной наедине. В другом месте.

Смотрю на парня и чувствую лёгкое головокружение. Хочу ли я танцевать с ним?

Он симпатичный. Не сексуальный, но милый. Трезвая и милый – нет, нет и ещё раз нет. Но пьяная и милый – вполне возможно. Я пытаюсь найти в своём теле ответ. Покалывание. Желание. И... не-а. Сегодня я всё ещё чувствую… безысходность.

Улыбаясь, чтобы смягчить отказ, отодвигаюсь от парня, но он прижимается ближе к моему телу и нагло шепчет на ухо:

— Конечно, хочешь.

Я смеюсь, отклоняя предложенный им напиток игривым, но твёрдым качанием головы.

Думаю, что уже слишком пьяна, и мне нужно ехать домой.

Но я не хочу раздражать возможного клиента, поэтому целую его в щёку, говорю, что в любом случае благодарна ему, и ухожу. Парень хватает меня за запястье, останавливает и поворачивает к себе, его глаза пылают страстью.

— Нет. Правда. Я хочу отвезти тебя домой.

Снова окидываю его оценивающим взглядом. Парень выглядит богатым и немного избалованным, из тех, кто всегда использует меня, и вдруг чувствую себя ещё более отчаявшейся, ещё более уязвимой. Меньше чем через месяц моя лучшая подруга выходит замуж. Последствия этой свадьбы для меня не просто плохи, а намного хуже. Гораздо хуже, чем кто-либо может себе представить. Когда я думаю об этом, глаза начинают гореть, потому что всё, чем обладает моя лучшая подруга Брук: ребёнок, обожающий муж, – было моей мечтой так долго, что я не могу вспомнить никакой другой мечты.

И вот он – мужчина, который хочет заняться со мной сексом, и я снова испытываю искушение увлечься. Потому что я всегда увлекаюсь. Каждый раз думаю, а вдруг это он, тот самый, мой единственный. И следующее, что понимаю, – я просыпаюсь одна с кучей разбросанных рядом использованных презервативов и чувствую себя более одинокой, чем когда-либо, и ещё раз напоминаю себе, что я хороша только для секса на одну ночь. Ни для кого я не буду королевой, никто не будет относиться ко мне, как к Брук. Но боже, может кто-нибудь просто скажет мне: «Когда ты, наконец, перестанешь целовать лягушек?». Никогда, вот когда. Если ты хочешь заполучить принца, то должна продолжать пытаться, пока однажды не проснёшься, и ты – Брук, и глаза мужчины сияют для тебя и только для тебя.

— Послушай, я делала это тысячи раз, — шепчу я, печально и безнадёжно качая головой.

— О чём ты говоришь? — спрашивает парень, удивлённо подняв брови.

— О тебе. Я делала это с такими как ты. — Я даю парню понять, что имею в виду, окинув взглядом сверху донизу его элегантную внешность и одежду. Тяжесть моей печали и разочарования давят на меня только сильнее. — Я делала это с такими как ты… тысячи раз. И ничего хорошего не получалось. — Я поворачиваюсь, чтобы уйти, но он ловит меня и снова разворачивает.

— Блондиночка, ты никогда не имела дел с таким как я, — возражает он.

Я снова смотрю на парня, испытывая искушение согласиться, чтобы он отвёз меня домой и мы вместе хорошо провели время.

Но сегодня днём я была у своей лучшей подруги, которую застала с её парнем за долгим и страстным поцелуем, долгим и горячим. Он всё время шептал ей что-то сексуальное, говорил, что любит её таким глубоким и нежным голосом, что мне хотелось заплакать.

Всё внутри меня после увиденного было чувствительно к воспоминаниям и полно тепла, и даже танцы в течение целой ночи не смогли заставить забыть, что я и впрямь лишена любви. Увидев, как целуют мою лучшую подругу, по-настоящему целуют, и поняв, что у неё останется меньше времени для меня теперь, когда она пересмотрела свои приоритеты из-за её новой прекрасной семьи, я начинаю чувствовать, что никогда, никогда не найду такую любовь, как у них. Она всегда была ответственной, всегда была хорошей девочкой, а я – это… я.

Любительница развлечений.

И секса на одну ночь.

— Давай, блондиночка, — уговаривает меня парень, шепча на ухо и почувствовав мою нерешительность.

Я вздыхаю и отворачиваюсь. Парень притягивает меня к себе и смотрит на мои губы, как будто готов убедить поцелуем. Мне нравится, когда ко мне прикасаются. Брук говорит, что я уникальная. Я люблю близость, контакт, жажду его, словно воздух. Но прикосновения мужчин никогда по-настоящему не вызывают ответного отклика. Тем не менее, я всегда испытываю искушение и продолжаю думать, что ОН здесь, прямо за углом, и не могу не попробовать.

Склонив голову на бок и борясь с искушением поцеловать ещё одну лягушку, я ищу остатки своей убеждённости и снова говорю:

— Нет. Правда. Спасибо. Мне пора домой. — Я засовываю сумку под мышку, собираясь уходить, и вдруг тонированные окна во всю стену начинают вибрировать от приглушённого грохота.

Двери распахиваются, и внутрь входит промокшая насквозь пара. Женщина, смеясь, встряхивает влажные распущенные волосы.

— О боже! — восклицаю я, мой желудок сжимается, когда понимаю, что на улице идёт грёбаный дождь.

Я подбегаю к выходу, и какой-то мужчина берётся за ручку двери рукой в чёрной перчатке и галантно открывает её для меня. Я спотыкаюсь на улице, и он хватает меня за локоть, чтобы поддержать.

— Полегче, — говорит он рокочущим голосом, помогая мне обрести равновесие, и я отчаянно моргаю, глядя на светло-голубой «мустанг». Это всё, что у меня есть. И всё, что могу продать, потому что я отчаянно нуждаюсь в деньгах. Хотя, кому он теперь будет нужен? Это кабриолет, немного старый, но милый и уникальный, с белыми кожаными сиденьями, соответствующими цвету крыши. Но теперь, стоящий под дождём с опущенным верхом, он становится моим собственным Титаником на колёсах.

И вместе с ним тонет вся моя жизнь.

— Судя по твоему грустному щенячьему выражению лица, это твоя машина, — говорит рокочущий голос.

Я беспомощно киваю и поднимаю взгляд на незнакомца. Вспышка молнии прорезает пространство, освещая его черты.

И я не могу вымолвить ни слова.

И не могу думать.

И дышать.

Глаза мужчины поймали меня в свои сети и не отпускают. Я вглядываюсь в их глубины, одновременно отмечая, что его лицо потрясающе красиво. Мощная челюсть, высокие скулы, широкий лоб. Классический нос, прямой, породистый, а губы полные, чётко очерченные,