Измена. Ты меня никогда не любил (СИ) - Даша Черничная

— Аделия.

— Красиво.

Замолкаем. Глупо улыбаемся друг другу.

— Мы живем на пятом, — говорит он.

— А я на втором, — ой, дура-а-а…

— Я знаю.

Заливаюсь краской.

— Простите еще раз, я, наверное, пойду, — произношу робко. — У меня сегодня жизненно важное и просто необходимое собеседование, не хочется опоздать.

— Что ж, тогда удачи вам, Аделия. А я пошел переодеваться. Жек, мы успеем в сад? — весело спрашивает у дочери.

— Хоть бы нет, — закатывает глаза.

— Простите еще раз!

— Если еще раз извинитесь — я и вправду обижусь, — подмигивает.

Он заигрывает со мной? Правда запоздало ходит до меня.

Наконец мы прощаемся, и я иду на остановку трамвая. Такси мне нынче не по карману. Кутаюсь в шубку, быстро перебирая ногами. Мысленно делаю заметку: купить шапку, потому как капюшон хорошо, но с шапкой будет теплее.

Через две остановки добавляю мысленно еще один пункт: купить нормальные сапоги. Эти, безусловно, красивые и качественные, но не греют вообще.

От остановки иду быстро и, уже добравшись до офиса, торможу в дверях. Черт. Это же офис, где работает Димка. Он звонил мне на днях — видимо, слухи о разводе с мужем дошли и до него, — но я малодушно не приняла вызов.

Не хочу я расспросов. Хочу тишины и покоя.

Охрана пропускает меня, на ресепшене встречает девушка, проводит в переговорную.

— Аделия Виссарионовна, босс задерживается, вы пока располагайтесь, мы начнем буквально через десять минут.

— Конечно, — улыбаюсь.

Нервы натянуты, сердце выскакивает из груди. Если Димка узнает, что я пыталась устроиться к нему в компанию, — обидится. Он самый настоящий друг, который всегда приходит на помощь и наверняка посодействовал бы мне.

Проблема в том, что я больше не хочу покровительства. Решилась взять жизнь в свои руки — так делай это честно.

— Доброе утро. Прошу прощения за опоздание, у меня случился форс-мажор.

Мужчина входит в кабинет и замолкает, упираясь взглядом в меня.

— Какая приятная неожиданность!

— Здравствуйте еще раз, — улыбаюсь, выдыхая.

Почему-то на душе становится легче и значительно спокойнее. И зря, потому что Никита Александрович, как он представился официально, гоняет меня с вопросами не на шутку.

Образование? Два высших. Курсы? Есть. Языки? Английский, французский, немного китайский. Хобби, увлечения, семейное положение — проходится по всему.

Под конец собеседования моя уверенность в себе падает все ниже и ниже, пока в конце концов не разбивается в лепешку, ведь кроме образования, реальных навыков у меня нет никаких.

— Аделия, мы свяжемся с вами и сообщим наше решение, — пожимает мне руку Никита.

— Спасибо. До свидания.

Плетусь домой пешком. По дороге захожу в супермаркет и покупаю продукты. Самые обычные — никакого тунца, экзотических фруктов и элитных сыров.

Возле подъезда натыкаюсь на коробку. Кто-то пищит внутри. Поднимаю ее с земли, ныряю рукой внутрь. Котенок. Совсем маленький, просто крошечный.

— Малы-ы-ыш, ты тоже один? — скулю от жалости к нему. — Кто же этот живодер, который выкинул тебя на мороз?!

Гуглю ближайшую ветеринарку и отправляюсь туда прямо с пакетами. Ветеринар осматривает котенка: мальчик, здоровый, но слабенький. Эту ночь бы не пережил. Конечно — морозы минус десять, а он совсем комочек.

— Будешь Базилио, — предупреждаю его.

Кот не сопротивляется, лишь сонно закрывает глазки. Дома устраиваю найденышу банный день, откармливаю, себе варю суп. Ближе к восьми вечера в дверь звонят.

Напрягаюсь. Вообще-то, я не жду гостей. Может, это Рома? Из маленькой искорки разгорается пламя. Подбегаю к зеркалу. Спешно поправляю волосы, разглядываю себя.

Обычные розовые домашние штаны и майка. Я такие вещи никогда не носила при Роме. Старалась надевать все самое лучшее, но сейчас глупо переодеваться.

Толкаю дверь.

— Ой.

— И вам добрый вечер, Аделия.

Как школьница заливаюсь краской.

— Здравствуйте.

Никита Александрович кидает быстрый взгляд в квартиру, замирает на секунду, будто прислушивается.

— Я самонадеянно решил лично сообщить вам о принятом решении, — запускает руку в волосы и улыбается такой красивой улыбкой, что я засматриваюсь. — Но вот я позвонил в вашу дверь и подумал о том, что могу заявиться некстати и нарушить ваш семейный вечер или отвлечь от важных дел.

Складываю руки на груди и изо всех сил давлю улыбку, но она, зараза такая, никак не сходит с лица, аж щеки начинают болеть.

— Никита Александрович, это так вы проверяете — не соврала ли я вам насчет семейного положения?

— Вы меня раскусили, — вздыхает.

— Это было несложно.

— А план казался таким идеальным…

Смеемся, поглядывая друг на друга.

— Могу я узнать, подхожу я вам или нет? — спрашиваю нерешительно.

— Простите, Аделия. Конечно, вы нам подходите.

— Что? — прикладываю руку к груди. — Правда?

— Да, — на лице у Никиты Александровича расплывается широкая улыбка.

А я, как дурочка, начинаю прыгать.

— Спасибо-спасибо-спасибо, Никита Александрович! Мне так нужна была эта работа!

В глазах мужчины столько света, что я в какой-то момент теряюсь.

— Выходите на работу после выходных, в понедельник. Отдел кадров свяжется с вами, сообщит, какие документы понадобятся. И вне работы я для вас просто Никита, хорошо?

— Как скажете, — заливаюсь краской.

— У моей предыдущей помощницы было много обязанностей, так что готовьтесь к большому объему работы, — подмигивает. — Но я в вас верю.

— Я вас не подведу, буду стараться и выкладываться по максимуму, — рапортую бодро.

— Что ж, тогда возьмите мою визитку, — протягивает картонку. — Хорошего вечера и до встречи в понедельник.

Прощаюсь с будущим боссом. Возвращаюсь в квартиру и, счастливая, падаю на диван, прижимая к себе визитку. В душе поют птицы! Интересно, мой будущий босс женат? Я обратила внимание, что на пальце у Никиты нет обручального кольца. Хотя мой муж тоже его носил далеко не всегда.

Гоню непрошеные мысли о бывшем и планирую будущее. Впервые за последние дни засыпаю со счастливой улыбкой на лице. А утром чувствую — во мне столько энергии, что я готова горы сворачивать.

Как истинной девочке, мне хочется перемен, и я считаю, что сейчас идеальное время для них. Записываюсь к своему мастеру, потрошу гардероб.

В нем столько скучных нарядов благородной тургеневской барышни, что становится тошно от самой себя. Перебираю вещи, костюмы придвигаю ближе, платья, которые я носила в повседневной жизни,