Измена. Месть из прошлого - Мия Герц

пропишем на бумаге. Я смотрела на протянутую руку, а в моей голове крутилась фраза из фильма: «Пойдём со мной, если хочешь жить». Тряхнув головой, чтобы прогнать наваждение, ответила на рукопожатие. Его ладонь была крепкой и горячей. Какое-то время Антон пристально разглядывал меня, а затем выпустил мою руку. — Сейчас твоя основная задача — полностью поправиться, а остальные проблемы будем решать по ходу действия. — У меня нет ни документов, ни телефона, ни денег, — было ужасно стыдно говорить такое, но хотелось всё сразу прояснить. — С документами решим позже, телефон предоставлю, деньги не проблема, — чёткие, лаконичные ответы. — Я всё верну… — Ты всё отработаешь, — жёстко перебил меня Игнатьев. Я задохнулась от возмущения. Да за кого он меня принимает? — Не нужно на меня так смотреть, я всего лишь предлагаю тебе работу. У меня как раз освободилось место личной помощницы, — мужчина хитро прищурился. — Хотя ход твоих мыслей мне тоже нравится. Я ловила воздух ртом, словно рыба, пойманная в сети, и не могла даже слова сказать. Кажется, Антон был доволен, произведённым на меня эффектом. — В общем, пока отдыхай, ешь фрукты. Не знаю, что ты любишь, поэтому купил всего понемногу. — Спасибо, — пожалуй, сегодня это была самая искренняя моя благодарность, — что не бросил и сейчас… Меня прервал шум из коридора. Сначала послышались громкие крики, а потом, что-то упало и разбилось. Игнатьев, нахмурившись, покинул мою палату.

Пятая глава

Даже сквозь закрытую дверь я услышала голос своего мужа.

— Игнатьев, куда ты её спрятал? — он был явно на взводе и взбешён.

— А что, любовница уже надоела? — совершенно ровным голосом отвечал Антон.

Мне ужасно хотелось подойти к двери и посмотреть, хоть одним глазком. Но я понимала, что это может быть чревато, поэтому буквально силой заставляла себя не вставать с постели.

— Что ты…

— Матвей, немедленно угомонись, — прервал его тираду голос главврача, — у меня здесь пациенты после серьёзных операций. Прекрати устраивать цирк.

— Я пришёл сюда, чтобы забрать свою жену, это ты здесь развёл шапито. Сплошные клоуны вокруг. Думал, твой охранник меня остановит?

— Девочки, быстро разошлись по своим пациентам, — кажется, главврач убрал лишних свидетелей.

Дверь в мою палату открылась и вошла уже знакомая мне медсестра. Приложив палец к губам, она оставила щель, чтобы мы могли без проблем слышать этот разговор.

— Ты всегда его прикрывал, — зло прорычал Матвей. — Но сейчас всё это зашло слишком далеко. Немедленно отвечай, где моя жена.

Я инстинктивно сжалась, ожидая ответа. Пульс грохотал в ушах.

— Твоя супруга недавно перенесла операцию, сейчас она отдыхает. Ей нужно время, чтобы восстановиться, — врач говорил с ним мягким, вкрадчивым голосом, словно не хотел провоцировать мужа дальше.

— Так какого чёрта она вообще оказалась в твоей клинике?

Кажется, врачебная тактика не сработала.

— Это я её сюда привёз, — Игнатьев говорил спокойно, в голосе не было ни раздражения, ни угрозы, ничего, что могло бы выдать его эмоции. — Мы встретились случайно.

— У тебя ничего не бывает случайно, ты это всё подстроил, да? В очередной раз нашёл повод отыграться на мне?

— Ты хоть иногда думаешь о ком-то, кроме себя? — и снова ни единой эмоции в голосе Антона.

— Так, мне уже порядком это всё надоело. Либо ты сейчас же ведёшь меня к жене, либо я по кирпичику разберу это место. Я могу, ты знаешь, вы оба это знаете.

Медсестра то заламывала руки, то хваталась за сердце, а сейчас и вовсе прикусила кулак, чтобы сдержать эмоции. Конечно, ей было не только слышно, но и видно. Я же крепко сцепила руки в замок, чтобы хоть немного унять дрожь. Мысли проносились в голове со скоростью звука. Неужели из-за меня сотрудники этого центра могут пострадать? Я не допущу этого. Собрала всю волю в кулак и громко крикнула:

— Матвей, я здесь!

Медсестра резво отскочила от двери и подошла к кровати, вытаращив на меня глаза. Она явно не одобряла мои действия, но сохраняла молчание. Дверь распахнулась резко, с грохотом ударившись о стенку.

— Полина, милая, — супруг в пару шагов добрался до кровати. — Я так за тебя волновался. Ты в порядке? Они ничего тебе не сделали?

Следом в палату вошли доктор с Игнатьевым. Лицо последнего ничего не выражало, лишь глаза пристально изучали меня.

— Родная, ну что же ты молчишь, одно твоё слово и я заберу тебя отсюда.

Матвей взял меня за руку. Сначала сердце пустилось вскачь: ну вот же он, мой чуткий, добрый и заботливый муж. Как я вообще могла о нём плохо думать? А потом мозг снова подкинул те самые картинки из спальни.

— Я никуда отсюда не поеду, — голос немного хрипел, а я освободила свою руку из его руки.

— Мне кажется, я тебя не расслышал, — глаза цвета морской волны потемнели. — Ты сейчас же соберёшься, и мы уедем отсюда.

— Повторяю, я никуда не поеду, — прокашлялась, стараясь прочистить горло, — тем более с тобой.

Лицо мужа побагровело. Он переводил взгляд с меня на Антона и обратно.

— Так значит ты с ним заодно? — Матвей резко отошёл от кровати, его ноздри трепетали, выдавая бешеную злость. — Спуталась с этим за моей спиной? А может и ребёнок был от него?

Меня словно ударили под дых. Грудную клетку сдавило, а я не могла контролировать вдохи. Прибор, показывающий моё сердцебиение пронзительно запищал.

— Всем немедленно покинуть палату, — врач решительно оттолкнул от меня мужа, подходя ближе и крикнул медсестре, — да не стой столбом, набирай дексаметазон, шустрее.

— Мы с тобой ещё поговорим. Я этого так просто не оставлю, — произнёс мой муж и, толкнув плечом Игнатьева, вышел из палаты.

— Антон, проследи, чтобы он ушёл, — доктор кивнул на дверь, — с ней всё будет хорошо, у нее шок.

Сознание окончательно заволокло. Сначала вокруг была сплошная темнота, я металась из стороны в сторону, пытаясь понять, что происходит. А потом вдруг обнаружила, что бегаю по нашему дому из комнаты в комнату и не могу понять, что я ищу. Что-то важное постоянно ускользало от меня. Паника нарастала, я ускорилась, но осталась лишь одна комната, в которую я не заглянула. Это была наша с Матвеем спальня. Стою напротив двери, меня порядком потряхивает. Не могу понять свои ощущения, почему я боюсь открыть её. Ладони похолодели, но я протягиваю руку и поворачиваю ручку. Дверь со скрипом открывается и меня ослепляет яркий свет.

Открыв глаза, я резко села на кровати. Во рту пересохло, дыхание частое, прерывистое. Огляделась. Все та же палата, но взгляд сам сфокусировался на Терминаторе, задремавшем в