Заявляя права на горную невесту - Мэдисон Фэй

В ее глазах читалась свирепость и дикое желание выплеснуть ее прямо на меня несмотря на то, что она находилась в моей постели и была почти обнаженной.

— Кто ты такая? И что делаешь в моей хижине?

— Что? — девушка нахмурила брови.

Я лишь покачал головой, подкрадываясь к ней все ближе и натягивая на нас одеяло.

Она опять начала кричать.

— Прекращай орать, — яростно заворчал я, поймав ее запястья, прежде чем кулачки попали бы в цель, и аккуратно удерживал ее руки над головой, чтобы не навредить.

Девушка кричала снова и снова, пронзая мои барабанные перепонки, пока я накрывал ее нежное тело своим твердым.

— Достаточно, — громко рявкнул я и она замолчала. — На километры в любом направлении нет никого, кто бы мог тебя услышать и помочь. Я не причиню тебе вреда, только пытаюсь сделать так, чтобы мы согрелись.

— Я в порядке! — отрезала она.

Девушка резко ударила коленом опасно близко к моим яйцам, и я зарычал, раздвигая ее ножки и ложась между ними.

Ее грудь вздымалась тяжелым дыханием от этой борьбы, когда она прижималась ко мне.

Мне хотелось застонать в голос, ощущая, как ее маленькое нежное тело извивается подо мной. Я чувствовал, как ее твердые каменные сосочки касаются моей груди через тонкий кружевной лифчик, а ее киска прижимается к моему пульсирующему твердому, как камень члену.

— Ты замерзнешь! — прокричал я.

— Нет!

— Да!

На самом деле я был прав. Мы слишком долго пробыли на улице в метель, и девчонке казалось, что ей не холодно из-за того, что в доме было немного теплее, чем на улице. Но снятие мокрой одежды было первым шагом, ей срочно нужно согреться или у нее скоро начнется озноб.

— Отвали от меня! — прошипела она.

— Нет!

Девушка издала скулящий звук, все еще пытаясь вырвать свои руки из моей хватки и прижимаясь ко мне бедрами, но все чего она добилась, так это желания трахнуть ее еще больше и жестче.

Все ее движения заставили мою кровь загудеть в ушах, когда она прижимается ко мне там. Я становился еще тверже, зная, что девушка могла чувствовать своей киской, как я был возбужден. Возможно, она и боролась со мной, но никак не могла скрыть ту влагу, которую я чувствовал под этими крошечными трусиками.

— Мне не холодно! — выплюнула она.

— Конечно, не холодно.

Больше не было холодно, ее стройное тело извивалось подо мной, она была очень горячей, находясь со мной под одеялом. И в голове были уже совсем другие мысли, точно уж не о том как бы согреться.

Сработал инстинкт пещерного человека, появилось огромное желание вжать ее в простыни и чувствовать, как она извивается подо мной из-за страсти. Чувствовать, как эти ноги широко раздвигаются для меня, и мне бл*ть срочно нужно попробовать ее манящие губы на вкус.

Мне нужно обладать ею.

Да, я долго пробыл здесь один и уже не помнил женские прикосновения, а тут сексуальная девушка прижималась киской прямо к моему набухшему члену.

Во мне горело не только возбуждение.

Чувствовал, что она должна быть моей, а я должен принадлежать ей.

Я не мог понять, как чопорная, расфуфыренная городская девчонка вроде нее смогла мне понравиться, несмотря на ее великолепное лицо и упругое миниатюрное тело, которое так и умоляло, чтобы его трахнули.

Мне никогда не нравились городские куклы, я испытывал к ним полное отвращение, но с ней этого не произошло.

Увидев девушку из-за деревьев в машине, я подумал, что она прекрасна, но здесь, лицом к лицу, кожа к коже, и дышать одним воздухом вот так?

Именно так я и понял, что она все, чего я даже не искал.

Свирепый, непреклонный духом, боец — все это было в одной маленькой сексуальной девушке.

Мягкая, нежная кожа, пухлые губки, которые так и требовали, чтобы их ласкали, и тело, созданное для того, чтобы принимать каждый сантиметр моего толстого большого члена.

И она каким-то образом вошла прямо в мой мир. Я даже не знал ее проклятого имени, но мне нужно узнать о ней все, черт возьми, и даже больше.

Внезапно я понял, что девушка больше не вырывается, а смотрит прямо на меня, медленно моргая и сглатывая.

— Кажется, что мне уже тепло, — тихо прошептала она, снова сглатывая.

Эти большие зеленые глаза, заглянули прямо в мою душу.

— Да, ты уже согрелась.

— Итак… — она замолчала, облизывая язычком свои мягкие губы и я, бл*дь, застонал. — Наверное, теперь ты можешь слезть с меня.

Бл*ть. Невероятно.

Я даже не пошевелился. Даже не попытался сдвинуться с места. Все, что я сделал, это медленно опустил лицо, услышав, как она ахнула, когда мой колючий подбородок коснулся ее нежной щеки, а губы начали дразнить мочку уха.

— Нет! — тихо прошептал я ей на ушко.

И она захныкала.

Медленно вдохнул аромат ее кожи, позволяя этому запаху разжечь мои чувства. Черт, она пахла сладостью и снегом. От нее пахло домом. Я наклонился еще ниже, мои губы коснулись впадинки на ее шее, и девушка снова захныкала.

Я чувствовал что-то еще…

Ее сладкая маленькая киска.

Я могу поклясться, что почувствовал запах возбуждения от ее горячего маленького холмика, который плотно прижимался к моему члену через ее промокшие трусики. Я застонал, утыкаясь носом ей в шейку, чуток приподнялся и провел губами по линии подбородка, ее грудь касалась моей мускулистой груди, когда я приблизился, чтобы заявить права на эти губки.

Что-то блеснуло, и я замер. Мой взгляд метнулся к ее руке, и внезапно мир ушел у меня из-под ног.

Черт, она была замужем… или может была помолвлена, это не имело значения. Только одно было важным, что она принадлежала кому-то другому. Эта мысль обожгла мое сердце, как раскаленная кочерга по телу, а потом просто привела меня в чертовское бешенство от того, что какой-то другой мужик уже заявил на нее права. Я был в ярости, что какой-то кусок дерьма может свободно держать ее в своих руках, пробовать ее на вкус, и чувствовать, как она пульсирует вокруг него, когда кончает.

— Ты замужем? — я резко отстранился от нее.

— Нет! — она сказала это очень быстро.

— Помолвлена?

— Нет, ну…

Ее нерешительность расставила все по своим местам. Зарычав, я слез с нее, свесив ноги с кровати.

— Все не так… — сказала она очень тихо, и пошевелилась на кровати позади меня, как будто придвинулась ближе.

Как будто незнакомка скучала по ощущению соприкосновения наших тел так же сильно, как и я.

Нет, я не буду к