Аванпост - Девни Перри

Все, что мы с моим источником раскопали, просто привело к появлению подставных компаний. Я могла бы смириться с этим, но, в конце концов, плохим парням сошли бы с рук их преступления. Администрация порта получила бы пощечину, а Фёдоровы оказались бы под микроскопом, но, в конце концов, они были бы свободны найти новый способ продолжать ввозить оружие.

Улик с пирса было недостаточно для безжалостного уничтожения, которого я так жаждала.

И тут в дело вступает Антон.

У него был ключ от замка двери тюремной камеры Фёдоровых.

— Дай угадаю, — сказал Джесс. — Ты использовала свои фальшивые отношения с Антоном, чтобы получить доказательства того, что он знал о поставках оружия.

Я кивнула.

— Я нашла достаточно, чтобы изобличить его, его брата и его отца.

Из всего, что я собрала, я сделала вывод, что почти каждая международная перевозка грузов за последние десять лет включала по крайней мере один нелегальный контейнер. Сотни тысяч единиц запрещенного оружия хлынули в страну из-за Фёдоровых. Виктор и его сыновья прикарманили сотни миллионов долларов.

— Пора сделать перерыв, чтобы я могла поработать над ее лицом, — объявила Мейзи. Она начала рыться в довольно большой аптечке первой помощи, чтобы найти мазь с антибиотиком и бинты-бабочки.

— Ей нужно наложить швы? — спросил Бо.

Я отводила глаза от Бо, пока пересказывала свою историю — в основном, чтобы не растеряться из-за своего сильного влечения и не забыть, о чем я говорила, но теперь, когда все, что мне нужно было делать, это сидеть тихо, я снова позволила своему взгляду скользнуть вверх и вниз по его огромному телу. Я надеялась, что руки Мейзи заслонят ему вид на мои раскрасневшиеся щеки.

— Никаких швов, — сказала Мейзи.

Я посмотрела ей в глаза и увидела ее легкую усмешку. Ее брат, возможно, и не заметил моего румянца, но Мейзи заметила.

Пока она промывала рану на моей губе, Сайлас проявил инициативу и продолжил рассказывать мою историю.

— Сабрина использовала вымышленную фамилию, но каким-то образом Антон выяснил, кто она такая. Сегодня утром он пришел к ней домой и избил ее до полусмерти. Ей повезло, и она сбежала. Заплатила парню, чтобы он привез ее прямо сюда, так что она не думает, что Фёдоровы могли выследить ее.

Я вздрогнула. Казалось, что это утро было целую вечность назад. Я пила свой утренний кофе, наслаждаясь ощущением хорошо выполненной работы. Я отправила своему боссу свою историю для публикации в завтрашней газете и огромную папку с доказательствами моему связному в ФБР. И самое приятное ощущение из всех — я покончила с Антоном Фёдоровым.

По крайней мере, я так думала, пока моя входная дверь не распахнулась и в комнату не ворвался разъяренный Антон.

После трех ударов по лицу я упала на пол в своей гостиной. Он воспользовался возможностью, чтобы пнуть меня по ребрам, прежде чем навалиться на меня сверху и обхватить руками мое горло.

Я крепко зажмурилась, не желая, чтобы его чудовищное лицо было последним, что я увижу в этом мире. Когда давление на мое горло ослабло, и я перестала чувствовать его вес на себе, я подумала, что умерла.

При звуке его расстегивающегося ремня мои глаза распахнулись. Я собрала все свои силы для одного мучительного пинка по яйцам, прежде чем вскочить и выбежать через сломанную входную дверь. Сбегая по лестнице к выходу из переулка, я подвернула лодыжку при спуске.

Оттуда я поспешила в аптечный пункт на углу и попросил клерка вызвать мне Убер. Еще одной удачей было то, что водитель согласился везти меня двенадцать часов в Монтану в обмен на пять тысяч долларов, спрятанных под столом.

К счастью, у парня не было денег, а они были ему нужны. Я солгала и назвала ему вымышленное имя, прежде чем свернуться калачиком на заднем сиденье и проделать долгий путь почти в полной тишине. В течение двенадцати часов я думала только о том, как мне повезло, что я все еще жива. Я делала все, что было в моих силах, чтобы не представлять лицо Антона, нависшее надо мной, когда он чуть не задушил меня.

— Ты в порядке? — тихо спросила Фелисити.

Я вырвалась из своих мыслей и шмыгнула носом, желая, чтобы слезы не потекли.

— Я правда очень надеюсь, что он в тюрьме, — прошептала я.

— Я тоже.

— Даже если это так, они все равно могут прийти за мной.

— Мы найдем способ обезопасить тебя. — Уверенность в ее тоне немного успокоила мои нервы.

— Я по уши увязла в этом деле. — Произнесение этих слов еще больше усугубило реальность ситуации. — Ты не хуже меня знаешь, что мафия не отпускает своих врагов на свободу. Я должна была сделать больше, чтобы защитить свою собственную личность. Я была настолько поглощена этой историей и скрывала свой источник, что недостаточно сделал для себя.

— А что насчет твоего источника? — спросил Джесс. — Ты сказала ему, что Антон выяснил, кто ты такая? Он может быть в опасности.

— Никто, кроме меня, не знает, кто он такой, даже ФБР. Он пришел ко мне только в обмен на обещание никогда не раскрывать своего имени. Таким образом, его никогда не смогут попросить дать показания и подвергнуть возмездию со стороны Фёдоровых.

Я потратила недели, убеждая Роджера Андерсона стать моим источником. Он был в ужасе от того, что Фёдоровы узнают, что он был осведомителем, но в конце концов согласился. Роджер был хорошим человеком с молодой семьей, и я бы снова приняла удары Антона, если бы это означало сохранение его личности в секрете. Никто, даже люди на этой кухне, никогда не узнают, что он помогал мне собирать улики.

— Ладно, я закончила, — сказала Мейзи. — Дай отдых своей лодыжке. Держи ребра плотно забинтованными, пока не почувствуешь себя лучше. Будь осторожна со своим лицом. Используй эту мазь каждый день, и она поможет при рубцевании.

— Спасибо.

— Не за что. Я собираюсь забрать Коби и поехать домой. Чем меньше я буду знать, тем лучше.

Я не могла винить ее за то, что она хотела избежать этой дурацкой ситуации. Я бы на ее месте поступила так же. Она на мгновение исчезла в глубине чердака Сайласа и вернулась со спящим малышом на руках.

— Тебе нужна какая-нибудь помощь? — спросил ее Бо.

— Я справлюсь. Спокойной ночи. И удачи тебе, Сабрина.

Я кивнула и наблюдала, как она выносит своего маленького мальчика на улицу, в ночь. Как только за Мейзи закрылась дверь, Джесс начал задавать новые вопросы.

— Ты уверена,