Гувернантка (СИ) - Елена Рувинская

моментально восстановилось — собаки и кошки были любовью всей моей жизни. Я тут же забыла и про коварный коридор и про предстоящее знакомство с хозяевами.

Между прочим, животные всегда отвечали мне взаимностью, поэтому я смело подошла к псу, взяла его за огромную лохматую голову двумя руками и поцеловала в прохладный нос. Пес слегка окосел от такой бесцеремонности, а я спросила.

— Как тебя зовут?

— Чиф. — густым басом ответила псина.

Теперь слегка окосела я, а все вокруг засмеялись.

— А меня зовут дядя Павел. — продолжал басить пожилой мужчина, которого я заметила еще до того, как меня отвлекла собака. — Любите животных? Одобряю!

— Да, люблю. Я — Таня. — представилась я с легким поклоном.

— Чиф смирный. — сказал дядя Павел, но тут встрепенулась Клавдия Васильевна.

— Приехали! — громко сказала она, и все присутствующие заметно подобрались. — Прошу на крыльцо.

Если вы когда-нибудь смотрели английский фильм о лордах, старинных замках и вышколенной прислуге, то вам нетрудно будет представить как мы выстроились на крыльце, в ожидании появления хозяев. Не знаю каким чутьем Клавдия Васильевна уловила их приближение, но ворота еще только открывались, пропуская во двор шикарную темно-вишневую «ауди». Створки автоматически закрылись, а машина плавно затормозила возле крыльца. Можно было ожидать, что сейчас выскочит шофер в ливрее и броситься открывать хозяевам дверцы, но этого не произошло. С заднего сиденья абсолютно самостоятельно выбралась молодая женщина, она была очень маленького роста и миловидная, как кукла Маша производства советской фабрики игрушек. Следом за ней показалась вторая женщина, похожая на первую, только постарше, повыше ростом и не такая миленькая. Они взошли на крыльцо, весело переговариваясь и остановились перед шеренгой прислуги. К сожалению, было совершенно очевидно, что мы все для этих дамочек были не помощниками по дому, не воспитателями, а именно прислугой.

— Тетя Клава! — радостно воскликнула та, что помоложе и театрально протянула руки к пожилой женщине.

Клавдия Васильевна, вмиг утратившая всю свою солидность, и совершенно по-деревенски запричитала.

— Натальюшка, рыбонька моя, солнышко мое ненаглядное. Я так соскучилась.

— Ну полно, полно тебе. — немного высокомерно остановила ее хозяйка, заметив слезы в глазах женщины.

Клавдия Васильевна справилась со своими чувствами, приосанилась и взглянула на вторую прибывшую.

— Здравствуй, Аннушка. — гораздо менее эмоционально сказала домоуправительница. — Добро пожаловать.

— Здравствуй, тетя Клава. — равнодушно ответила та и подошла поближе к Наталье, которая уже минуту рассматривала нас всех вместе и каждого по отдельности.

— Доброе утро. — протянула хозяйка, останавливая свой взгляд на мне.

Я совершенно не представляла, что мне нужно сделать — присесть в реверансе, демократично кивнуть или церемонно представиться. В результате упустила момент и вообще не поздоровалась. Наталья вопросительно взглянула на Клавдию Васильевну и та поспешила с разъяснениями.

— Это Татьяна Алексеевна, гувернантка для Ильи.

— Ах вот оно что. — кивнула Наталья и снова окинула меня взглядом. — Ну-ну, посмотрим.

Мне тут же захотелось взяться за юбку обеими руками и покрутиться перед этой женщиной, чтобы она посмотрела на меня прямо сейчас, не откладывая в долгий ящик.

После этих слов обе сестры, а я уже не сомневалась, что они сестры, прошли в дом. Я видела, что Клавдии Васильевне очень хочется броситься за ними вслед, но обязанности вынуждают ее остаться и встретить остальных.

На крыльцо, тем временем, поднимался молодой атлет приятной наружности. На его правом бицепсе, сцепив замком руки и болтая в воздухе ногами, висел мой подопечный мальчишка. Атлет был шофером — это я знала точно. Он не мог быть Олегом Константиновичем Головановым по той простой причине, что являлся Ремезовым Николаем Викторовичем, а в кругу друзей — Николашей.

Когда мы виделись с ним последний раз, примерно три года назад, он работал в школе учителем физкультуры. Мы тогда посидели в кафе, повспоминали наших сокурсников. Как же тесен мир! Выходит, что теперь мы оба с Николашей в прислугах.

Атлет легко взошел по ступенькам и поднес мальчика прямо к лицу Клавдии Васильевны. Парень, продолжая висеть, подставил щеку для поцелуя и сказал.

— Привет, баба Клава.

Та быстро оглянулась на Наталью и Анну, которые стояли в холле за стеклянными дверями, и сдержанно ответила.

— Здравствуй, Илья. — и чмокнула его в щеку.

Николаша донес ребенка до двери, опустил на пол и слегка подтолкнул его внутрь. Вернувшись к нам, Коля разулыбался и начал здороваться. Было видно, что его здесь любили. Дойдя до меня, Николаша тихо ахнул и тут же попытался сгрести меня в охапку.

— Танька, какими судьбами?!

Я остановила его руки под строгим взглядом Клавдии Васильевны и одними губами сказала.

— Все потом.

Николаша был понятливым и отступил в сторону. В это время наконец-то открылась передняя дверца машины и на свет показался сам хозяин, пряча во внутренний карман пиджака сотовый телефон. Очевидно его задержал разговор. Олег Константинович поднялся по ступеням и увидел наши стройные ряды. Он укоризненно взглянул на домоуправительницу.

— Клавдия Васильевна, опять вы… — и покачал головой.

— Так положено, Олег. — поджала губы женщина.

Хозяин безнадежно махнул рукой и, поздоровавшись со всеми сразу, взглянул на меня. Я молча таращила глаза. Олег Константинович был чуть выше среднего роста, брюнет с добрыми серыми глазами и слегка смущенной улыбкой. Он понравился мне еще когда поднимался на крыльцо, теперь же, заглянув в его глаза, я поняла, что пропала. Как только встречу Танюшу, выверну ей вторую ногу. Надо же, какая подлость — подсунуть мне мужчину моей мечты, но с женой и сыном в одном флаконе.

— Вы — Татьяна? — спросил меня Олег.

— Что? — встрепенулась я.

— Вы — воспитатель моего сына? — уточнил он вопрос и с легким недоумением заглянул мне в глаза.

— Нет. — ответила я. — То есть, да.

Надо взять себя в руки, иначе он подумает, что я полоумная.

— Да не волнуйтесь вы так. Через двадцать минут будьте, пожалуйста, в холле, я познакомлю вас с сыном.

— Хорошо. — кивнула я уже более осмысленно.

Он ушел, а меня подхватил Николаша и потащил к деревянной скамейке, стоящей у крыльца.

— Танька, ну ты даешь! Судя по взгляду, которым ты ела Олега, твоя фамилия до сих пор Смирнова?

— Опозорилась, да? — с тоской спросила я бывшего сокурсника.

— Брось! Олег правильный мужик.

— То-то и оно. — безнадежно вздохнула я. — А как у него с женой?

— Ты, я вижу, все еще не в себе. Ничего говорить не буду. Составь сначала свое мнение, а потом сравним его с действительностью. Кстати, тебе уже пора. — он поднялся со скамейки.

— Николаша, намекни про Илью. Чего от него ждать?

— Все очень просто — с ним, как с собакой. Отведешь взгляд первая, считай, что