Плохиш для преподавательницы - Софья Крылова

Я тогда облевалась, а Вика держала мои волосы. С того дня, четыре года назад, мы стали лучшими подругами. И с того же дня я больше не пью.

Хотя иногда так хочется. Напиться и забыться. Просто обо всем, что меня преследует с самого моего рождения. Непутёвую мамашу и ее бесконечных мужиков. Которые заглядывались на меня. И одного конкретного мудака, что испоганил мою жизнь. И ещё одного, из-за которого я сейчас здесь.

— Милая, ты меня слышишь? — взволнованно спрашивает Вики. Унося меня из моих кошмаров.

— Да, прости. Задумалась. Я вызываю такси и к тебе.

— Хорошо, дорогая, жду.

На телефон приходит смс, что меня ожидает такси. Беру вещи и выхожу на улицу.

Глава 5

— Чувствую себя заново рождённой. — Улыбаюсь, выходя из душа.

— Понимаю тебя. Как кстати твоя работа?

— Ты же прекрасно знаешь, что преподавать не моё. Особенно таких, как мои студенты. Да и ещё меня сделали куратором группы мажориков. Успокаиваю себя только тем. Что продержится нужно пару лет.

— Это странно. Зачем было учиться на того, кем ты не собиралась работать? Хотя ты была лучшей. Я считала тебя выскочкой и поэтому невзлюбила.

— Нет, ты не возлюбила меня. Потому что была ещё той сучкой.

— И это тоже. — смеётся подруга.

— Как тебе Москва? — Присаживаясь на стул. Скидываю полотенце с головы, начинаю сушить волосы.

— Я люблю этот город. Ты же знаешь. Давай лучше поговорим о тебе. Ты сейчас такая уставшая. У тебя все хорошо?

— Да — Вру улыбаясь. Не хочу грузить своими проблемами. Она и так знает больше, чем я хотела бы.

— Ну хорошо. Тогда, может, переедешь жить ко мне? — сразу в лоб. Как всегда, в ее духе.

— Нет.

— Почему? У меня две комнаты. Это намного лучше, чем общага. Будет весело, — пританцовывает подруга. Заставляя меня смеяться.

Она всегда поднимает мне настроение. И ещё умеет уговаривать. Заговорит так, что ты и ничего понять не успеешь. Соглашаешься с ней.

— Не хотелось бы мешать. Тебе нужно строить личную жизнь. Я буду лишней.

— Что за бред ты несёшь, сучка? Ты никогда не сможешь помешать. У тебя не может быть ни какой личной жизни, живя в общаге. Туда и парня то не привести.

— Моя личная жизнь закончилась год назад. Я больше не хочу отношений или чего-либо другого.

— Ты не можешь поставить крест на себе из-за одного мудилы. Жизнь продолжается. Не нужно хоронить себе в двадцать пять лет. Подруга. Я тебе этого не позволю. Ты переезжаешь ко мне. И точка. Сейчас мы идём в клуб. Напьемся, натанцуемся и хотя бы на день забудем обо всех проблемах.

— Нет Вик. Я некуда не пойду. У меня наконец то выходной. И я просто хочу лечь и вырубиться. Проспать до понедельника.

— Ты что, старуха? — хмурит брови. — Выходные для этого и существуют. Чтобы веселиться. Ничего не хочу слышать. Мы идём. — И стаскивает меня со стула.

После уговоров я сдаюсь. В этом вся моя подруга. Она не успокоиться, пока ты не согласишься. Это иногда бесит.

Потому что мне хочется совсем другого. Я не отрываюсь, как она в клубах. Не клею парней. Я люблю сидеть одна. Читать, слушать музыку. А то, что предлагает Вика — не моё.

Но мне проще согласиться, чем весь вечер слушать ее доводы, почему я должна жить дальше. Для этого я сейчас явно не готова. Поэтому пришлось уступить. Потому что в ее словах есть что — то разумное. Мне правда нужно отдохнуть.

— Вик, нет! Я в этом не пойду. Ни за что! — Возмущаюсь, мотая головой, глядя на платье. Которое и платьем не назвать. Это просто какой-то кусок ткани. Чёрное и короткое. Что не доходят мне даже до колен.

— Ты это наденешь. Как говорила Коко Шанель: " У каждой женщине должно быть маленькое чёрное платье". Так что держи. И без возражений — суёт мне в руки это недоразумение, которая она зовёт платьем.

Верх на лямках. К счастью, грудь закрыта. Но за то ноги почти голые. А я не люблю так одеваться.

— Совсем забыла. Это тоже твоё. — Достает черные туфли, лодочки на каблуках.

— О Господи. Да я не простою на них, ни говоря уже о том, чтобы танцевать. Ты меня убить хочешь — Возмущаюсь, осматриваю туфли убийцы. — Нет, нет и нет

Она одаривает меня хитрым взглядом.

И я прекрасно понимаю, что это означает.

Но это оказалось только началом того, что мне придется пережить.

Она сажает меня и начинает колдовать над моими волосами и лицом. Когда она заканчивает. Разворачивая меня к зеркалу. Я вижу совсем другого человека.

На меня вообще не похожа. Волосы закручены и собрана наверх. Оставляя пряди около лица. Глаза, ярко подведены, губы накрашены карандашом и блеском. Делая их ещё больше.

Как ни странно, мне нравиться. И по улыбки, что сияет на губах у подруги. Она это понимает.

— Ты конфетка.

— Ладно, настроение веселиться у меня появилась. Давай оденемся и вперед.

— Вот это настрой! — смеётся Вика.

Спустя ещё пол часа. Мы готовы выдвигаться. Под платье одела капроновые колготки. С большей плотностью. Я точно не замерзну. Поверх кожаная куртка.

На Вики мини-юбка, открытая майка. Туфли на каблуках выше, чем у меня. И поверх пальто. Она, как всегда, неотразима. Уверенна, сегодня без пары она не останется.

В клуб мы наконец то попали. Сегодня пробки. Всё практически стоит.

— Ну что, готова? — Кричит подруга, размахивая руками.

— Не уверенна. Но ты же все равно не отстанешь. Тогда какая разница? Пошли, — вздыхаю обречённо. На что подруга начинает смеяться.

Охранник осматривает меня с ног до головы. А после улыбается.

— Хорошо повеселиться, Вики. Кто это с тобой? — лыбиться здоровяк с татушками на костяшках пальцев. На которых набиты игральные карты.

— Это Поли. Моя подруга. Теперь ты часто нас будешь видеть, — подмигивает Вика и тянет меня за собой. Я даже не успела возмутиться на ее ответ.

Музыка грохочет. Клуб забит битком. Тела двигаются.

— Пойдем к бару. Нужно выпить.

Мы снимаем верхнюю одежду и идём заказывать напитки.

От взглядов, что нас провожают, мне не комфортно. Чувствую себя голой. Когда мужчины облизываются на нас. Мне становиться не по себе. Ненавижу привлекать внимание. Зря все таки я согласилась.

Но когда мы с Викой выпили пару тройку коктейль, я поменяла своё мнение. Тело сейчас расслабленное. Голова не забита проблемами. Все отходит на второй план. Мне легко и весело. Наконец то я свободна и вправе делать все, что