Гори, бабочка, гори - Риз Риверс

близко не подойдешь к моей куколке. Ты облил мою девочку горючим и поджег гребаную спичку. Можешь оставаться здесь и гореть за это.

— Джуд…

Он прерывает меня рычанием.

— Заткнись! Тебе конец, Эш.

Тейт и Бек оглядываются на меня с настороженными выражениями, пока все они одевают куртки, а затем три моих лучших друга, моя семья, оставляют меня наедине с тяжестью того, что я только что сделал.

Я стою там еще долго после того, как захлопывается входная дверь, пытаясь объяснить себе, почему все это ее, а не моя вина, но чем дольше я об этом думаю, тем труднее мне становится. Наконец иду к лестнице и поднимаюсь по ней, останавливаясь у ее открытой двери. Вижу голубую кровать цвета ее глаз, заваленную подушками, и глубоко вдыхаю ее запах персиков и сливок. Я сжимаю пальцы на дверном косяке. Она сделала это, она не имела права… Образ ее грустных, влажных голубых глаз проносится перед глазами, когда она сжимает мое запястье и говорит: «Эш… мне жаль, мне так жаль».

Вижу ее в клетке, танцующую для меня. Как ее глаза всегда встречались с моими. Не чувственные, сексуальные взгляды, а те времена, когда ее глаза были полны чего-то другого, чего-то безымянного. Времена, когда у меня был дерьмовый день, а ее глаза говорили: «Все в порядке, я вижу тебя, я здесь для тебя». Две женщины, Бабочка и Сави, сливаются в одну, и это заставляет меня понять, что Сави дала мне гораздо больше, чем я когда-либо давал ей, и она никогда ничего не просила взамен. Единственное, что Сави когда-либо брала от меня, это мои глаза, наблюдающие за ней, и я отдал их ей добровольно.

— Черт!

БЕККЕТ

Я веду свой пикап по снегу к "Маске", пока Джуд продолжает барабанить по телефону, пытаясь дозвониться до нее. Я так зол на себя сейчас. Я знал, какая дрянь эта ее сестра, но все равно позволил ей вылить свой яд на то, что у меня есть с Сави. Когда она сказала, что Сави играет с нами, а Эш подтвердил, я просто принял это. Даже не усомнился.

Первая мысль, которая пронеслась у меня в голове, была о том, что, конечно же, она предаст меня, за ней последовала ядовитая мысль о том, что она такая же, как моя мама. Это заставило меня понять, что я никогда не позволял себе сближаться с женщинами, потому что предполагал, что они меня бросят. Я не могу позволить себе пройти через это снова. Моя мать предпочла смерть мне, и я никогда не подпускал ни одну женщину настолько близко, чтобы снова почувствовать такую боль. Похоже, я испорчен больше, чем думал, и Сави только что заплатила за это цену.

Все, что сказал Джуд, было правдой. Она ничем нам не обязана. У Сави есть право на свои секреты, как и у любого другого. Она никогда не ждала, что я ей что-то расскажу, она просто приняла меня таким, какой я есть, а потом попыталась помочь мне, когда увидела, как сильно я борюсь со своим будущим. Но при первых признаках конфликта я автоматически думал о ней самое худшее. Черт, она заслуживает лучшего, чем я, чем мы. Мы были небрежны с ней с самого начала. Заставляли ее чувствовать, что она недостаточно хороша, чтобы ее стоило добиваться. Сави дала всем нам второй шанс после того, как мы облажались в прошлый раз, но тошнотворное чувство в животе говорит мне, что третьего шанса у нас, скорее всего, не будет.

— Подъезжай к дверям. К черту поиск места для парковки, — говорит мне Джуд, и быстрый взгляд на него показывает мне, насколько он взвинчен.

Если Сави не простит нас, если мы потеряем ее, Джуд слетит с катушек. Я никогда раньше не видел его таким по отношению к кому-либо, тем более к женщине. Как только я подъезжаю и ставлю машину на стоянку, он выскакивает, а Тейт быстро идет за ним по пятам. Я выжидаю мгновение и решаю: к черту, оплачу штраф. Закрываю машину и выпрыгиваю, быстро догоняя остальных, которых блокирует Марко, массивный вышибала на входе.

Я выше его на целый фут, но у него, вероятно, есть лишние пятьдесят фунтов мышц. Возможно, в моем нынешнем состоянии духа я и смог бы с ним справиться, но я видел, как этот парень дерется, и это чертовски грязно.

— Я ничего не могу сделать, мужик. Стелла велела не впускать, мы не впускаем, — говорит он Джуду, который снова начинает рвать на себе волосы.

— Уф! Мне просто нужно поговорить с Сави, Марко! Она работает здесь Бабочкой. — Джуд умоляет, заставляя Марко скрестить свои огромные руки на груди и злобно смотреть на него.

— Я знаю, кто такая Сави, придурок. Не знаю, что вы, ребята, с ней сделали, но она была в полном беспорядке, когда Стелла забрала ее отсюда.

— Ее здесь нет? Ты знаешь, куда они пошли? — Джуд достал свой бумажник, вытащил из него все наличные и протянул их вышибале. — Пожалуйста, мужик! Мне нужно найти ее. Мне нужно, блядь, все исправить!

Марко выхватывает пачку денег из пальцев Джуда со смехом.

— Удачи, блядь, с этим. Я слышал, как Стелла сказала водителю отвезти их в аэропорт. Она, блядь, улетела, придурок. Ты опоздал. А теперь отвали.

Джуд рычит и бросается на него, но мы с Тейтом хватаем его и тащим обратно к пикапу. Затаскиваем его и забираемся внутрь. Я так чертовски зол на себя, так чертовски боюсь, что мы сломали ее до такой степени, что не сможем это исправить. Игнорирую Джуда, когда он ругается на меня за то, что я не отвез его в аэропорт, пока везу нас домой. Марко прав, мы опоздали. Когда я въезжаю на подъездную дорожку и глушу машину, я наконец поворачиваюсь к Джуду на заднем сиденье.

— Мы ничего не можем сделать прямо сейчас. Завтра мы все сядем в самолет, чтобы принять участие в кубковой игре. Нам просто придется пережить это, пока она не вернется после праздников. Джуд, ты должен отключиться на время. Вы с Тейтом должны сосредоточиться на игре. Ваше будущее зависит от того, как вы сыграете этот матч, а потом на Национальных, когда вы, блядь, выиграете. Мы уладим это дело с Сави, когда она вернется в университет. Ты знаешь, что мы это сделаем! Подумай о том, как она будет расстроена, если из-за нее ты проебешь все свое будущее. Заприте