Проданная монстру - Ева Мелоди

Ознакомительный фрагмент

Но знала, что никогда не смогу общаться с Марго на равных. Да и ей это было не нужно. При маме она «сюсюкалась» со мной, наедине – игнорировала. На тот момент ей было двадцать один и весь ее разум занимали мужчины, флирт с ними, разбитые сердца. Меня она звала дикаркой и считала скучной занудой.

Появление Давида многое изменило. Марго влюбилась, как мне казалось, по-настоящему. До этого я считала, что сестра неспособна на любовь, слишком для этого самовлюбленная. Но Давид… он не позволял ей крутить собой как вздумается. Он всегда был уверенным в себе, настоящий мачо: «как я сказал – так и будет». Удивительно, но Марго подчинялась.

Однажды, ссорясь с ним, в порыве раздражения сестра выкрикнула, что Давиду гораздо больше подошла бы я. Серая мышь, которая молчаливо кивала бы на любое его желание. Я оказалась рядом и услышала. Это был момент, который никогда не забуду. Давид резко одернул Марго, а потом побежал за мной… Уж не знаю, зачем ему вдруг понадобилось меня утешить… В любом случае, он не догнал меня. Моя маленькая победа, принесшая тогда большое удовольствие. И кучу глупых мыслей. Что бы он сделал, если бы догнал? Обнял бы меня?

Это случилось уже спустя год. Марго и Бахрамов тогда уже знали дату свадьбы. На примерке свадебного платья я зевала, а все окружающие охали, как же хороша невеста…

Неужели Давид знал, что я в тайне вздыхаю по парню своей сестры? Если бы я только могла предположить такое… я бы ни за что не пришла к нему. Какой позор… Может даже они вдвоем, с Марго, обсуждали это, смеялись надо мной?

По большей части, для влюбленной парочки я была тенью. Стоило им появиться, как я исчезала. Но в то же время, я безошибочно поняла, о чем вопрос Давида. Потому что наша последняя с ним встреча была совсем другой. Выходящей за рамки.

Это произошло спустя неделю, после фразы сестры о том, что я подошла бы Давиду больше. Глупой фразы, кинутой в сердцах. Я все думала, зачем Давид побежал за мной? Что бы сделал, если бы догнал? Пятнадцать – трудный возраст. Ты считаешь себя абсолютно взрослым, а все окружающие видят в тебе ребенка… Я мучилась, и никто не мог мне помочь, держала в себе чувства которых стыдилась.

Целый день я не выходила из своей комнаты, и к вечеру, сильно проголодавшись, на цыпочках отправилась на кухню. Обычно, в это время Марго и Давид тусовались в каком-нибудь ночном клубе. Поэтому, когда увидела Бахрамова стоящим у окна, с чашкой в руках, я чуть не споткнулась от неожиданности на пороге. Это было как обычно – неуклюже и громко, Давид повернулся ко мне. На секунду закралась мысль убежать, но это было бы еще позорнее. Поэтому, усилием воли заставила себя пройти в помещение, подойти к холодильнику…

– Я тебя смущаю, Эрика? – вопрос Давида застал врасплох, все нервные окончания сразу начали трепетать, в груди шумно заколотилось сердце. Он всегда был таким – грубоватым, прямолинейным. Я отдернула руку от дверцы холодильника, словно она показалась мне ядовитой.

– Нет, – выдавить жалкую ложь непросто, но правду сказать для меня и вовсе равносильно смерти. – Я просто не ожидала, что кто-то будет на кухне.

– Зачем тебе скрываться, чтобы поесть? Ладно бы, ты была толстухой. Но все ровно наоборот. Не понимаю, – задумчиво произносит Давид. И добавляет неожиданно:

– Почему ты так не любишь своих родственников?

– Ты решил провести со мной сеанс психоанализа? – спрашиваю как можно спокойнее, но все равно выходит слишком грубо.

Лучшая защита – нападение. И судя по взгляду Бахрамова, он это прекрасно понимает.

– Честное слово, когда на тебя смотрю, поневоле на себя это амплуа применяю, – снова усмешка, но как же она идет этому мужчине! Чувствую, что невольно попадаю под его обаяние и все возведенные стены защиты рушатся.

– Выпей со мной кофе, – произносит Давид.

Боже, как сексуально это прозвучало, у меня даже во рту пересохло…

– Я не пью кофе на ночь… И так слишком возбудимая, – отвечаю машинально, не подумав. Закусываю губу до крови. Ну вот что я ляпнула, а? Как двусмысленно прозвучало!

– Да… я заметил. Тебе не нужно меня стесняться, серьезно. Даже если сказала что-то невпопад. Бывает. Слушай, я правда хочу быть тебе другом. Мы же скоро станем близкими родственниками… Мне жаль, что у вас с Марго непростые отношения.

– С этим ты точно не поможешь, лучше не лезь, – кривлю лицо.

– Да, я уже понял это… Слушай, я, наверное, тебя смущаю. Не хочу оставить голодной.

Поняв, что Давид собирается уйти, от какого-то отчаяния, осмелев, преграждаю ему путь. Я не хочу, чтобы он ушел… Мне так хорошо с ним, хотя это полное безумие.

– Сделаешь мне тост? – голос тонкий, ломающийся, стыдно ужасно. Но я это сказала…

Давид в ответ рассмеялся. У него потрясающе заразительный смех. Холодные черные глаза потеплели, ленивое очарование улыбки было так сильно, что у меня по телу начали бегать мурашки.

– Видишь во мне повара? А ты хитрая, малышка. Рядом с тобой, всего за пару минут я на себя несколько личностей примерил, – посмеивается Бахрамов, открывая холодильник, тем самым молчаливо соглашаясь на мою просьбу.

Бахрамов приготовил для меня тост с сыром, показавшийся мне невероятно вкусным, я налила себе кофе, несмотря на предыдущее утверждение, чувствуя себя совершенно счастливой. Это было именно то, о чем я мечтала – стоять вот так рядом с Давидом, и чтобы вокруг никого не было. Легкий запах его туалетной воды смешивался с ароматом кофе. Я рассматривала жениха сестры поверх чашки, наслаждаясь моментом, и совершенно позабыв о том, что он – чужой мужчина…

– Раз уж я пошел на уступки, ты тоже должна. Расскажи, что тебя тревожит, Эрика. Я правда хочу понять. Почему вам так трудно ладить с Марго?

– Мы слишком разные, и только, – пожимаю плечами.

Неужели и так не ясно, почему ему обязательно нужно вытащить из меня ужасную правду? Что я ревную, завидую. Кому приятно признаться в таком. Я – закомплексованная, худая, некрасивая девушка, неловкая и неуклюжая. Марго – моя полная противоположность, роскошная и яркая.

Сама не заметив, начинаю рассказывать Давиду историю о том, как в трехлетнем возрасте меня напугала сестра, заперев в ванной и выключив свет. Перед этим она хотела принять душ, включила воду, а я, забежав, случайно столкнула в раковину ее любимую куклу. Марго так разозлилась, что выбежала и заперла меня. Пока я плакала под дверью, сестра нашептывала мне