#властный редактор (СИ) - Силаева Ольга

— На себя посмотри.

— Смотрю. — Я заглянула под одеяло. — Мне нравится.

— Мне тоже, — неожиданно сказал он. — Но начало твоего романа мне нравится больше. Я хочу сказать, оно мне по-настоящему нравится. Возможно, ты что-то нашла.

— Золотую жилу? — предположила я, вглядываясь в его лицо.

Симпатичное лицо. Даже в полутьме. Твёрдый подбородок, красивая линия губ, скулы, о которые можно порезаться. Я вдруг представила его в белом свитере перед камином с чашкой кофе. И себя, как я свернусь в кресле и буду помешивать глинтвейн в бокале палочкой корицы.

Я тряхнула головой. О чём я, черт подери, думаю?

А Кирилл, кажется, угадал некоторые мои мысли, потому что на его лице появилась весьма самоуверенная улыбка.

— Хорош?

— Эээ, нет, — проговорила я дрогнувшим голосом. — Мы так не договаривались.

— Мы вообще ещё никак не договаривались, Лира Гречко. — Хищный и гибкий, он вдруг скользнул ко мне и навис надо мной, едва ли в ладони от моего лица. — Нас не связывают никакие… договорные… отношения.

И по мановению его руки одеяло поползло с моего плеча вниз.

— И я не прочь, чтобы так и осталось! — выпалила я, отстраняясь. — Парень, ты с ума сошёл? Я не собираюсь с тобой спать только для того, чтобы ты не выгонял меня пинком до электрички!

Кирилл тут же отстранился. На его лице читалась досада, но не на меня. На себя.

— Ну наконец-то мы перешли на «ты».

— Могу и обратно перейти, — буркнула я. — Всё. Я пойду и найду себе другую спальню. До свидания.

Я рывком села, но сильная рука удержала меня за запястье.

— Оставайся. Я не буду к тебе приставать. Просто… не подумал, что ты это так воспримешь.

— А как ещё я должна была это воспринять, кроме как плату за постой?

— Да, — уронил он. — Ты права. Прости.

Я перевела дыхание. Кажется, этой ночью я точно не усну.

— Хотя вообще-то, — задумчиво произнёс Кирилл, закидывая руки за голову, — это включается в полный пакет само собой.

— Это?

— Ну а как ты думаешь? Если я собираюсь запереть тебя здесь на десять дней писать роман, я не собираюсь изнывать, глядя, как ты сидишь за ноутбуком без трусиков.

Он прошёлся по мне взглядом, и я почувствовала себя так, словно ни одеяла, ни топика с шортиками на мне не было. Я вспыхнула.

— Я сидела в гостиной полуодетая, потому что было жарко! Я не знала, что кто-то приедет!

— Но ты продолжала так сидеть, даже увидев мою машину, — самодовольно заключил Кирилл.

— Ну да, ведь за рулём такой красавец, надо срочно раздеться ещё дальше! — съязвила я. — Прости, что не кинула лифчиком в окно!

— Надо было, — серьёзно подтвердил Кирилл. — Всё, спать.

Я с шумом улеглась обратно, расправляя одеяло. А потом до меня дошло.

— Запереть меня здесь на десять дней?

— Пока не закончатся праздники. Дальше всё равно не имеет смысла: макет должен уйти в типографию вовремя.

— То есть ты, — уточнила я, — хочешь, чтобы я написала для тебя роман на неизвестно каких условиях?

— Почему на неизвестно каких? На моих.

— То есть всё-таки по заказу?

Он помолчал.

— Я поставлю не самые жёсткие рамки. Но я их поставлю.

Супер. Только литературным негром я ещё и не работала.

Я прикрыла глаза.

Я умею писать. Я, чёрт подери, люблю писать. Для себя. И для читателей, потому что ну куда я без них?

Вот только я видела, как мои друзья откладывали недописанные романы, в которые вложили душу, и писали под заказ в проекты. Видела, как другие друзья становились копирайтерами, делали задания для компьютерных игр, писали то, что от них требовалось. Или выбирали популярный и денежный жанр, хотя терпеть его не могли, и писали, ломая себя. Видела и знала, чего им это стоило.

Они выбирали тратить себя и свой дар — так.

А я так не умела.

Тоже мне, нашлась девица-сноб из высших слоёв общества в белом пальто, одёрнула я себя. Квартиру снять не на что, ни читателей, ни тиражей пока нет, а тут ты поймала судьбу за хвост! Это не просто синица в руке, это как минимум индейка с яблочным соусом! Это шанс написать что-то по-настоящему потрясающее и…

И ничего. Роман, даже если он и получится, будет издан под чужим именем. Всё.

Да и не получится он. Потому что написан будет чёрт-те как. Ведь вместо уютного сидения за ноутбуком с бокалом вина меня ждёт надсмотрщик с ледяными карими глазами, который будет тащить меня в постель при каждом удобном случае.

Никто не будет ломать меня и мой текст о колено. Ни за какие деньги.

— Нет, — наконец сказала я. — Спокойной ночи. Завтра утром я уеду.

Кирилл не ответил.

Я закрыла глаза и закусила губу, чтобы не заплакать.

Индейка, помахивая зажаренными крылышками, грустно уплывала в небо.

Глава 3

Утром я проснулась от солнечных лучей, бьющих в глаза через окно. Позднее утро, сонно отметила я.

И ощутила мужскую ладонь на резинке шёлковых шортиков. Под резинкой. Совсем чуть-чуть, но всё же. Другая рука совершенно бесцеремонно обнимала меня сзади за плечо, почти касаясь груди.

Я чуть не выпрыгнула из кровати, но следом я услышала сонное дыхание, и перевела дух. Случайно обнять во сне — ещё куда ни шло. По крайней мере, локтем под дых бить рано.

А потом Кирилл, лежащий сзади, зашевелился, обняв меня крепче, и в следующую секунду его губы скользнули по моему затылку и коснулись плеча.

— Маринка, — пробормотал он. — Всё-таки приехала…

— Сейчас уедет, — ледяным спокойным тоном произнесла я. — Предварительно заехав в глаз. Или сразу ниже пояса?

Он убрал руки не сразу. Медленно и неторопливо, успев пройтись по узкой чувствительной грани между бедром и животом.

— Извини. Я спал.

— Извиняю, — неохотно сказала я, наконец отодвигаясь.

— Хотя никакого чувства вины не испытываю даже близко, — сообщил Кирилл, беззастенчиво разглядывая мои голые плечи.

— Я догадываюсь.

Я выползла из-под одеяла и сразу накинула халат.

— Я в душ, — предупредила я. — Воспользуешься другой ванной?

— Воспользуюсь, конечно. Я не настолько зануда. — Кирилл зевнул. — И слушай, вчера я…

Я отвернулась и взялась за ручку ванной комнаты.

— Забыли. Я всё равно уезжаю.

— Не уезжаешь.

Пришлось обернуться.

— Что?

Кирилл уже стоял у кровати в штанах и натягивал футболку.

— Не уезжаешь, — повторил он. — Ты мне нужна. Так что подписываешь предварительный договор и остаёшься здесь.

— Чёрта с два.

— Я не предлагал тебе выбор.

— А я не собираюсь с тобой оставаться, — резко сказала я. — Потому что ты выгнал меня вчера вечером, облапал ночью, а сейчас собираешься выжать досуха и снова выгнать уже завтра, потому что того, что тебе нужно, я не напишу.

— Напишешь. Я помогу.

Я расхохоталась.

— Как? Будешь над душой стоять?

Кирилл скрестил руки на груди.

— Уберу отвлекающие факторы, — сообщил он. — И дам общую канву, потому что от неё ты никуда не денешься: заказчик требует. Но ты это вполне переживёшь.

— То есть моё мнение тебя уже не волнует?

— Ни капельки. Тратить время зря, кстати, тоже не советую. Десять дней по авторскому листу — не самая тривиальная задача.

Пару раз я делала и два листа в выходные, когда вкалывала по двенадцать часов, не отрываясь ни на что. И результат получился вполне себе. Но говорить об этом, конечно же, я совершенно не собиралась.

— Нет, — повторила я. — Когда я пишу, я не хочу, чтобы кто-то замерял с секундомером, сколько времени я стою под душем. И никто не будет мне диктовать, когда с кем моя героиня будет ложиться в постель. Ни за пятьдесят тысяч, ни за сто.

— Миллион тебя устроит?

Я чуть не поперхнулась.

На лице Кирилла появилось торжество — и одновременно лёгкое презрение. Ну да, небось на подобную фразу все реагировали одинаково.

— Миллион, — слабым голосом повторила я.