Недотрога для одиночки (СИ) - Бальс Лора

Она ведь об этом мечтала, в день восемнадцатилетия убегая из родительского дома. Соня готовилась к этому полгода, тайком от домочадцев зарабатывала деньги, выгуливая собак и раздавая рекламные листовки в подземном переходе. Вырученной суммы хватило на то, чтобы оплатить первый месяц аренды квартиры и купить бутылку шампанского – отпраздновать освобождение.

На следующий день Соня занялась поиском работы. Вопрос о выборе места не стоял. Денег не осталось совсем, зарплату нигде наперёд не выдают, а есть хотелось постоянно. Оставалось одно – устроиться поближе к кухне. Официанткой или хотя бы посудомойкой.

Она с радостью ухватилась за первую же подвернувшуюся вакансию. В маленьком привокзальном кафе платили мало, посетители практически не оставляли чаевых, но это было намного лучше, чем ничего. Соня смогла и дальше снимать квартиру и питаться достаточно для того, чтобы не упасть в голодный обморок.

На тот момент она вряд ли могла добиться чего-то большего, но надеялась, что через пару лет, поднакопив опыта, сможет устроиться в какой-нибудь респектабельный ресторан. И уж тогда займётся накоплениями и станет двигаться дальше.

План реализовался несколько иначе, чем она предполагала. Самой искать следующее место работы не пришлось.

В привокзальной забегаловке Соня сдружилась с одной из коллег, беззаботной и жизнерадостной Риточкой. Та знала о её непростом положении и поддерживала, как могла. И когда начала встречаться с парнем и вскоре ушла с ненавистной работы, периодически продолжала захаживать к Соне поболтать и поделиться новостями.

Рита и помогла ей устроиться в заведение, тогда ещё принадлежавшее не Молотову, а Феликсу Ветрову. Парень Риты работал у того водителем, и подруга с восторгом рассказывала, что получает он, как не каждый руководитель где-нибудь в госструктуре. Вот и Рите сказал увольняться, найти себе что-нибудь по душе или, если хочется, осесть дома – его заработка хватит на безбедную жизнь.

Однажды, во время очередных вечерних посиделок, Рите пришла в голову мысль, что теперь она может помочь подруге не только словом.

- Слу-ушай! – воскликнула она, прервав на полуслове рассказ о том, как прекрасно они с парнем провели выходные. – А мой Володя ведь говорил, что у его шефа как раз бизнес связан не то с ресторанами, не то с клубами… Давай я Вовку попрошу узнать, может, там для тебя найдётся вакансия? Если у этого мужика водитель нормально получает, то и официантки должны! Заживёшь, наконец, как человек.

Соне эта идея сначала не показалась привлекательной. Она настороженно относилась к людям, заправляющим большими деньгами, и подозревала, что, позарившись на доходное место, может нарваться на проблемы. Однако Рита со смехом отмахнулась от её страхов.

- Да ты что, Володя говорит, Ветров мировой мужик! К сотрудникам нормально относится. И наоборот, там везде порядок, охрана следит. Это в нашей забегаловке какая-нибудь пьяная шваль как прилипнет, весь вечер не отвяжешься, а там всё прилично.

И Соня поддалась уговорам. А подруга не забыла про обещание и на самом деле организовала ей собеседование.

Жизнь действительно наладилась, деньги уже не улетали подчистую, что-то получалось откладывать. Мечты о будущем превращались в чёткие планы.

Так было до сегодняшнего вечера. Но, возможно, в главном ничего не изменится и дальше. Соне очень хотелось на это надеяться.

Глава 4

Глеб проснулся не в самом лучшем настроении. Только вчера он привёл в дом эту девчонку, и сразу же всё пошло не совсем по плану. А начиналось-то так хорошо. Мать как-то удачно уболтала куколку, так что та окончательно расслабилась и повеселела. К концу ужина даже на него смотрела уже совсем без робости и настороженного ожидания, прямо и открыто. И это было хорошо, ведь новизна новизной, а долго обхаживать девчонку в его планы не входило.

Но потом его ждал сюрприз. Глеб собирался наведаться к девочке перед сном. Нет-нет, ничего такого в первый вечер. Ещё в клубе было понятно, что ей нужны какие-то ритуалы для того, чтобы дать. Душевная болтовня, комплименты и прочая дребедень. Именно это он на сегодня и планировал, чтобы время не терять.

Но, толкнув дверь отведённой для прислуги комнаты, обнаружил, что та пуста. Недолгое блуждание по дому показало, что матушка устроила девчонку в спальне, смежной с её собственной. И ладно бы комнаты просто граничили, однако они ещё и соединялись общей дверью.

Проём был сделан давно, когда первая жена Ветрова медленно угасала. Иногда, в тяжёлые периоды, было необходимо, чтобы медсестра находилась поблизости в любое время. Обе комнаты долгое время стояли закрытыми, но потом в них всё же вернулась жизнь.

Но чем, чёрт возьми, руководствовалась его мать, заселяя в одну из них девчонку?! Или она думает, что Глеб должен, как турецкий султан, официально приглашать ту в свои покои разделить ложе?! Да ладно ложе, сегодня вот просто хотел познакомиться поближе, расположить девочку к себе – и что? Не будет же он, как подросток, вести разговоры и оглядываться на дверь. Да уж, удружила мама так удружила.

К утру досада только усилилась, потому что он так и не нашёл причины для подобного поворота.

К завтраку он пришёл хмурым и не выспавшимся. И остановился на пороге столовой, мысленно отметив, что количество удивлений за последние сутки уже переходит критическую отметку. Да, он хотел впечатлений, но должна ведь во всём быть мера.

В столовой стоял умопомрачительный запах домашней выпечки.

Последние годы Глеб придерживался правильного питания, и уже забыл, когда последний раз чуял с утра пораньше такие ароматы. Матери лень было выготавливать что-то этакое для себя одной.

- Что это?

Прозвучало резковато, и Соня, хлопотавшая у стола, тут же смутилась.

- Пирожки… С повидлом и с творогом. Но я для вас приготовила кашу! Валентина Григорьевна рассказала, что вы обычно едите, я всё учла. Просто я подумала, что можно сделать и что-нибудь ещё… Вы можете посчитать продукты в счёт моей зарплаты, если что-то не так…

Она что, решила, что он жалеет для неё еды? За кого она вообще его принимает, что так разволновалась на пустом месте?

- Отставить оправдания! – оборвал Глеб. – Можешь готовить, что хочешь, и продукты заказывай сколько и какие надо. Варенье в пирожках какое?

- Сливовое… - окончательно растерявшись, проговорила куколка.

Стоило заметить, выглядела она сейчас очень соблазнительно. Робкая, по-домашнему уютная, ещё чуть томная после сна, с небрежно заколотыми волосами… Даже не думал, что женщина может быть такой обольстительной с утра, без макияжа, тщательно подобранного наряда и каблуков.

Захотелось сгрести девчонку в охапку и утащить в спальню. Зародившийся вчера интерес сейчас перерос в устойчивое желание. Но пока придётся довольствоваться малым, чтобы не спугнуть.

Глеб приблизился, без напора, почти невинно приобнял куколку за плечи, жадно втянул запах кожи. Девочка пахла чистотой и летом. Глупая ассоциация, конечно, но в первый миг ему подумалось именно так. Потом самому стало смешно. Вот что это за запах – летний? Пыль и плавящийся асфальт?

Соня дёрнулась, пытаясь высвободиться из его рук, но Глеб не пустил. Скользнул губами по беззащитной открытой шейке, слегка куснул приоткрывшееся из-за растянутого воротника бархатистое плечо. Не выдержал и потёрся пахом о бёдра, не скрывая растущего возбуждения.

Куколка что-то испуганно пискнула, забрыкалась серьёзней, с какой-то отчаянной силой. Не без сожаления позволил ей отстраниться, и девчонка тут же отскочила на пару метров, схватилась за спинку стула, явно намереваясь в случае чего превратить его в оружие.

- Г-глеб Юрьевич?.. Вы… Вы что…

Глеб даже опешил. Девочка заикалась, тряслась и вообще выглядела так, словно он только что пытался её задушить, а не целовал. Какого чёрта?! Кстати, похоже, эта фраза скоро станет его девизом, если всё и дальше пойдёт в таком духе.