Кайса Ингемарсон - На четвертый раз везет

Ознакомительный фрагмент

– …так что его стали звать Стуре.

– Ничего страшного, через какое-то время привыкаешь, – объяснила Ракель Пауле.

– Ты видела его, этого Стуре?

– Да.

– И не рассказала мне?

– Ракель не виновата. – Анна поймала гневный взгляд Паулы. – Это я попросила ее ничего не говорить. Я так хотела рассказать сама, и вообще, я собиралась написать, но время шло, а потом я узнала, что ты возвращаешься, и решила тебя дождаться.

Тем временем к столику подошла официантка и остановилась, с готовностью глядя на компанию. Наступило легкое замешательство: никто не успел заглянуть в меню, а тем более что-нибудь выбрать.

– Я могу подойти позже. – Официантка демонстративно переступила с ноги на ногу и бросила усталый взгляд на Паулу, которая никак не могла определиться с выбором.

– Нет, нет! Я возьму… э-э… бифштекс «Валленберг». То есть нет – горячий салат. Или нет – лучше бифштекс. И красное вино.

– Фирменное?

– Да. Закажем бутылку? – Паула вопросительно взглянула на остальных.

– Я хочу белого к рыбе, – ответила Ракель. – И если ты не собираешься выпить целую бутылку одна, то, наверное, хватит и бокала, – добавила она, взглянув на живот Анны.

– Ну конечно, какая я глупая. Бокал красного фирменного, пожалуйста, – снова обратилась Паула к официантке.

Как только та удалилась, Анна посмотрела на Ракель:

– Благодарю за опеку, но я вообще-то могу и сама позаботиться о себе и о своем животе.

– Ну, когда мы виделись в последний раз, ты выпила немало шампанского…

– Два бокала. Надо же мне было как-то отметить. К тому же ты первая узнала. И вообще, шампанское – не алкоголь.

Ракель строго посмотрела на Анну, та в ответ закатила глаза:

– Господи, вы видите перед собой женщину, которая даже суши перестала есть! Скольким еще нужно пожертвовать ради человека, которого даже не видел ни разу?

– Ну, пожалуйста! Я хочу узнать, как все было! Как ты познакомилась с этим… Стуре? Где он теперь? – Паула сделала большой глоток только что принесенного вина и тут же снова подняла бокал. – Кстати, тебя же поздравить надо, а?

Анна поспешила налить в свой бокал минеральной воды.

– Ну, будем!

– Значит, встретились вы в клубе «Стурехоф». Вы танцевали, пили коктейли, потом пошли домой, сделали ребенка и решили жить вместе всю оставшуюся жизнь?

– Если все упростить…

– Но в общих чертах – так?

– В общих чертах – да.

Паула смотрела на Анну, которая не выказывала ни малейшего сожаления. Наоборот, она казалась более спокойной и собранной, чем обычно. И красивой, призналась себе Паула. Узкое лицо чуть округлилось, кожа порозовела, в глазах появился блеск. К тому же у нее увеличилась грудь, которую Анна удачно подчеркнула глубоким вырезом. Джемпер обрисовывал все округлости, сверху донизу.

– Джеронимо бы это понравилось…

– Что?

– Прости, я говорю сама с собой. Мне пришло в голову, что Джеронимо понравилось бы, как ты сейчас выглядишь. Как героиня романа Джейн Остин. – Паула улыбнулась.

– Ты об этом? – Анна со смехом обхватила грудь. – Надо ловить момент. Потом они, наверное, будут развеваться по ветру… – У Анны сделалось серьезное лицо. – Понимаю, что все это кажется безумием. Я узнала о беременности спустя шесть недель после встречи со Стуре.

– Стуре…

Анна не обратила внимания на бормотание Паулы.

– Ничего подобного я не планировала, и сначала меня охватила паника – любая из вас на моем месте почувствовала бы то же самое.

Ракель смущенно опустила взгляд, уловив намек Анны на то, что и она могла бы забеременеть.

– Нельзя рожать ребенка от человека, которого едва знаешь. Надо встречаться несколько лет, начать жить вместе, завести общий пенсионный счет, получить образование и проработать достаточно долго, чтобы о тебе не забыли, если ты на время выпадешь из жизни. А особенно нежелательно заводить детей, если ты безработная актриса – поверьте мне на слово: если тридцатилетней даме без сценического опыта нелегко получить роль, то уж беременной тридцатилетней даме без сценического опыта получить роль практически невозможно! Но несмотря на это – вы не думайте, я не закрывала глаза на все это, – у меня время от времени возникало чувство: я все делаю правильно. Я люблю Стуре.

Ракель бросила строгий взгляд на Паулу, прежде чем Анна продолжила с легкой дрожью в голосе:

– Возможно, момент был и не самый подходящий, но, с другой стороны, что мы об этом знаем? – По щекам Анны покатились слезы.

– Милая моя… – Паула протянула к ней руку.

– Ничего страшного, теперь я всегда такая. – Анна нетерпеливо утерла слезы и выпрямилась.

– Гормоны, – прокомментировала Ракель, но тут же покраснела. – Я где-то слышала…

На другой день после встречи с подругами Паула позвонила Ракели.

– Расскажи об этом Стуре!

– Он неплохой. Надежный. Откуда-то с севера – Сундсваль или Умео, кажется.

– Как выглядит?

– Самое важное, да? – Ракель засмеялась. – Не очень высокий, коренастый, темноволосый… Что я могу сказать: выглядит он нормально. Глаза добрые!

– И работает строителем?

– Да. Прораб или что-то в этом роде.

– Не могу поверить. – Паула вздохнула. – То есть вообще-то ничего удивительного: мальчик знакомится с девочкой, девочка беременеет… Просто я совсем не ожидала этого от Анны.

– Что она встретит мальчика или забеременеет?

– И то и другое, наверное. Вернее, ни того ни другого. Может, просто дело в скорости – очень уж стремительно все произошло. А меня не было дома.

– Думаю, тебе все станет ясно, когда ты встретишь Стуре, точнее, когда увидишь их вместе.

– Мы с Юханом будем у них на выходных.

– Знаю.

– Черт, я нервничаю. Это же как дочку замуж выдать.

– Успокойся. Я думаю, Анна не ждет от тебя благословения, она уже сделала выбор.

– Это точно. Какая ты умница, Ракель. Может быть, пообедаем вместе?

– Извини, но в час я встречаюсь с делегацией из Ботсваны, и мне нужно подготовиться.

– Спасаем мир, да?

– Делаем что можем.

Нажав кнопку «отбой» на радиотелефоне, Паула осталась сидеть в плетеном кресле с трубкой в руках. Юхан отправился на работу к десяти и перед уходом даже успел заправить постель. И вымыть посуду после завтрака. «Зайду в магазин по дороге домой», – сказал он напоследок, поцеловав Паулу и пожелав ей удачного дня. Единственное, что ей предстояло сделать самой, – это одеться, но, учитывая программу дня, особой необходимости спешить не было.

Паула отправилась на кухню, чтобы еще раз полистать газету. После возвращения домой не прошло и недели, поэтому всякий раз, засмотревшись на рекламу бюро путешествий и заметив разочарованное лицо Юхана, она испытывала угрызения совести.