Шэрон Нейлор - Это не моя свадьба (но я здесь главная)

Хм, пожалуй, к помаде стоит присмотреться повнимательнее.

— Как дела у наших маленьких эльфов? — Она выбрала ландыши у меня из волос, составила из них аккуратный букетик да еще похлопала меня по запястью — мол, все о’кей.

— Отлично, Зои. — Я отступила на шаг и, подбоченясь, оглядела стол, оценивая результаты нашей работы. Зои перевела взгляд на Доску Достижений и удовлетворенно кивнула.

— Грандиозно. — Ее новое любимое словечко. Сказочно вышло из моды.

— Как думаешь, погода продержится? — Я посмотрела в окно. Собирающиеся в небе тучки угрожали сорвать планы, не предусматривавшие установку палаток. Впрочем, снаружи было еще темно, и солнце в этот ранний час не имело ни малейшего шанса прорваться сквозь серую пелену облаков.

— Небо имеет тенденцию проясняться для наших клиентов. — Зои подмигнула, и я поняла, что она репетирует эту фразу, чтобы вставить ее к случаю в разговоре с послом, а потом и с нефтяным магнатом. Чаще всего, так и получалось. За те годы, что я работала с ней, дождь приводил к отмене мероприятия лишь дважды; в одном случае причиной того же был огонь. Сотрудничество с Зои на девяносто девять процентов гарантировало защиту от стихий. — Мили, мне нужно, чтобы ты была готова вылететь через четыре часа.

Я растерянно заморгала.

— Вылететь?

— Мы отправляемся на Гавайи, — пропела она и, пританцовывая, выплыла из комнаты.

Я повернулась к Ренате, на огорченном лице которой уже проступила полуулыбка. Она была не из завистливых, но отпуск на Гавайях был нужен ей больше, чем мне — у ребенка колики, муж, не привыкший делить груди жены с кем-то еще. Двое детей на руках — это немало. А теперь еще и ожог от капли горячего клея, упавшей на мизинец.

Глава 3

Я упомянула, что люблю свою работу?

В такси, по пути в аэропорт, я только что не пела. И это притом что битком набитая сумка едва не лопалась от натуги; куда бы мы ни летали, в Неаполь или Орландо, Каир или Марокко, Монте-Карло или Вегас, Зои требует помещать все в ручную кладь и категорически против сдачи вещей в багаж. Летать приходилось часто, и налетала я столько, что хватило бы до Юпитера и обратно, да вот только времени, чтобы оглядеться, всегда не хватало.

Я встретила Зои в ВИП-салоне первого класса. Она потягивала «мимозу» и болтала с седовласым джентльменом, отчаянно и безуспешно пытавшимся спрятать обручальное кольцо. Снять кольцо и незаметно уронить его в карман — похоже, этот фокус он проделывал в прошлом много раз — теперь не позволял артрит. Я улыбнулась дядечке и встала между ними, а мое плечо убедительно предложило ему переключить внимание на стюардессу.

— Мили, дорогуша, ты как раз вовремя. — Зои допила «мимозу» и поблагодарила меня за вмешательство беззвучным «спасибо». — Надеюсь, ты захватила костюм.

Интересно, какой костюм она имеет в виду, рабочий или купальный?

— Сразу по прибытии у нас встреча с клиентами, так что будь готова переодеться на борту. — Отсутствие деталей — а Зои никогда не пропускает никаких деталей — подсказало, что речь идет об особенных клиентах. Клиентах на десять миллионов долларов. От одной мысли о женихе меня бросило в краску. — И не красней.

Даже притом, что туалеты в первом классе больше туалетов в вагоне, натянуть колготки в тесноте дело не самое простое.

Зои плохо переносит самолеты и всегда нервничает. Ксанакс она глотает как леденцы и считает, что правило «не мешать спиртное с лекарствами» не для нее. Другие после такого «коктейля» превращаются в слюнявых, заторможенных идиотов — Зои же чувствует себя прекрасно. Она бодра. Разговорчива. Мила и обворожительна.

Будучи не столь хорошо знакомой с сильнодействующими средствами и алкоголем и также плохо перенося воздушные путешествия, я должна была бы сидеть тихо как мышка. Но нет, нервничаю, верчусь, ерзаю и наверняка привлекаю внимание сотрудников Федеральной службы по обеспечению безопасности авиаперелётов, которые мысленно заносят меня в категорию Лиц, Представляющих Интерес.

Закачивали бы в салон небольшую дозу закиси азота, более известной как веселящий газ, и пассажирам было куда легче переносить тяготы полета. Все бы обнимались и радовались, и даже засушенные сэндвичи с солеными крендельками шли бы куда лучше. И кино не надо было бы крутить, потому что все смотрели бы в иллюминаторы и улыбались и говорили соседу «Я люблю тебя, брат». Да и детишки сзади не колотили бы ногами в спинку твоего сидения.

Командир экипажа объявляет, что мы начинаем снижаться, и я улыбаюсь. Я уже переоделась в легкий голубой костюм, напялила чулки и даже всунула распухшие ноги в босоножки. Пальцы в них похожи на маленькие сосиски, чего, надеюсь, не заметят наши суперзвездные клиенты. Во рту пересохло. Вообще-то встречи со знаменитостями уже не вгоняют меня в нервную дрожь. Я повидала их всех. Но я и представить не могла, что встречу того, с кем, помимо прочего, мечтала оказаться в одной ванне.

— Ты в порядке? — Зои повернулась ко мне, румяная, бодрая, готовая заключить самую крупную в своей жизни сделку. И в моей тоже. Ее уверенность передалась и мне, я тоже улыбалась. Нас ожидали два суперважных клиента.

Самолет приземлился на Гавайях.

Мы прибыли.

Глава 4

Селия Тайранова, которую уже успели окрестить Суперновой (ее шумное вторжение в мир кинобизнеса стало, как полагали некоторые, окончательным ответом Голливуда на набивший оскомину вопрос «Кто же станет следующей Джулией Робертс»), и Кристофер «Кик» Лайонс ожидали нас в отеле. Если бы не это, вряд ли что-то другое смогло бы отвлечь меня от созерцания пронзительно синей глади океана, лазурно-голубого неба и пышного великолепия гибискуса, кусты которого обступали с обеих сторон длинную подъездную дорожку к фонтану перед отелем. Но даже если бы меня везли в тюрьмы строгого режима, я бы все равно радовалась возможности узреть их. Я бы разрешила себе хоть мгновение побыть ослепленной звездами, хихикающей дурочкой. И потом снова — все внимание только бизнесу.

Водитель остановился у самого входа, и вышколенная прислуга предусмотрительно отступила от лимузина. Открывать дверцу полагалось шоферу.

Мы с Зои долго шлифовали, доводя до совершенства, искусства выхода из автомобиля. Фокус в том, чтобы не выставить напоказ белье (в данном случае трусики «танга») перед толпой зевак, мгновенно собравшихся посмотреть, кто же появится из чрева длинного черного лимузина. Первое движение — быстрый, свободный поворот с переходом на твердый, уверенный шаг. Быстрота, легкость и грациозность обеспечиваются участием в маневре как ног, так и бедер. Практиковаться мы начали с тех самых пор, как я начала работать с ней, а причиной стала сделанная каким-то несчастным папарацци фотография одной знаменитости, на заднем плане которой присутствовала и я. Никто, конечно, не обратил внимания ни на меня, ни на краешек моих красных трусиков. Я не кинозвезда, а у звезды на том снимке по щекам черными ручейками стекала тушь — последствия публичной разборки с ее тогдашним бойфрендом, профессиональным бейсболистом. Тем не менее я маячила где-то позади, и Зои заметила. Заметила и указала мне — лупой и с недовольным выражением на лице.