Бет Чиотта - Очарованная

— Он мой старый друг.

Мозг Софи заработал с лихорадочной быстротой.

— Так это вы его надежный источник? Незнакомец, превозмогая боль, криво улыбнулся.

— Он так меня назвал?

— Поднимитесь, черт бы вас побрал! — потребовала Софи.

— Чтобы вы меня совсем искалечили?

— Это вам за то, что вы тайком пробрались сюда и притиснули меня к стене. Разве нельзя было обойтись без этого?

Мужчина посерьезнел.

— Мне нужна конфиденциальность. И я не хотел, чтобы вы кричали. У меня мало времени. Скоро все начнут недоумевать, куда это я запропастился: для того, чтобы освободить мочевой пузырь, человеку, как правило, требуется меньше пяти минут.

— Кто это начнет недоумевать?

— Не важно. — Незнакомец начал вставать на ноги.

— Постойте! Закройте глаза.

— Зачем это?

— Ну закройте же! — рявкнула Софи, пытаясь подтянуть лиф своего почти не прикрывающего тела костюма, когда мужчина скатился с нее и принялся подниматься. Софи подумала, что ударила его гораздо сильнее, чем он хотел показать. Однако никаких угрызений совести по этому поводу не испытывала. Незнакомец до смерти ее напугал.

Упершись руками в колени, мужчина привалился к двери.

Софи отскочила назад к одиноко стоявшему креслу и принялась изучать незнакомца, пока тот переводил дух. Черный кожаный блейзер, помятые черные брюки, темно-синяя шелковая рубашка была расстегнута, и в раскрытом вороте виднелась бронзовая грудь. Когда мужчина поднял голову, Софи разглядела у него на шее золотой крестик. Все в этом человеке говорило о том, что он итальянец из Южной Филадельфии.

На высоком лбу незнакомца выступили бисеринки пота. Он откинул назад свои темные космы до плеч и глубоко вдохнул. Софи не могла не залюбоваться его мощным, волевым подбородком и глубоко посаженными глазами. Карими, горящими, как угольки, роскошными, словно выдержанный коньяк, глазами. В ушах красовались маленькие золотые колечки. Образ мрачного, сексапильного мачо завершали усы и битниковские темные полоски баков, доходившие почти до самого подбородка. Незнакомец напоминал Софи Джонни Деппа в одной из ролей. Она почувствовала, что ее неудержимо влечет к нему, и это потрясло ее даже сильнее, чем его неожиданное вторжение.

— Кто гоняется за моей сестрой?

— Очень нехороший человек. — Глаза мужчины ласково скользнули по впадине у нее между грудей и только потом встретились с ее взглядом. — Но мы с Мерфом ее в обиду не дадим.

Под его весьма откровенным, изучающим взглядом соски на груди у Софи стали твердыми. Это ее порядком озадачило: ведь человек только что напал на нее. Должно быть, все дело в выбросе адреналина. Стремясь унять нервную дрожь, Софи призвала на помощь весь свой сарказм.

— Ей вчера вечером в «Оз» кто-то подсунул наркотик. И вы это называете «не дать в обиду»?

— Держитесь подальше от «Оз».

Он вдруг сделал такое свирепое лицо, что Софи, глядя на него, недоуменно заморгала. А что с «Оз» не так? Она и сама несколько раз ходила туда на дискотеку. «Оз» являлся излюбленным местом тусовки артистов «Венецианской моды». Там, кроме всего прочего, работали Руди, Джей-Пи и Энтони. Происшествие с Лулу, безусловно, единичный случай.

— Почему?

— Чем меньше вы знаете, тем лучше для вас. То, что я собираюсь сказать, предназначено исключительно для ушей Мерфи. Capito,bellasignorina[11]?

О да! Она все прекрасно поняла. Лучше, чем он полагал. Назвав ее только что красавицей, он лишь усугубил ее неловкость.

— Capito, — ухмыльнулась она и едва слышно пробормотала: — Leiarrogantemaiale[12].

Мужчина склонил голову.

— Вы только что обозвали меня заносчивой коровой?

На самом деле Софи хотела назвать его заносчивой свиньей, но ее изучение итальянского ограничилось одним семестром, после которого она бросила это дело, утратив к нему всякий интерес так же, как и к занятиям по истории театра и балета. Впрочем, решила Софи, разница небольшая — что корова, что свинья, один черт.

— Время идет, часики тикают, мальчик «пи-пи», — сказала она и, довольно фыркнув, постучала по своим наручным часам.

Полные губы незнакомца дрогнули в слабом подобии улыбки.

— Женщины обычно зовут меня Джои. Но если тебя это возбуждает, крошка, можешь звать так. — Он вытер тыльной стороной ладони пот со лба, и его благодушное настроение стало постепенно испаряться. — Передайте Мерфу, что поклонник вашей сестры — известный соблазнитель. Он обольщает женщин, и когда, одержав победу над какой-нибудь из них, теряет к ней интерес, то дело доходит до издевательств и рукоприкладства.

У Софи сжалось сердце.

— Хорошо.

— Передайте ему еще, что этот парень нам нужен, а не то бы я сам его устранил.

Софи сглотнула.

— Устранили?

— Скажите ему, что все будет кончено в течение недели максимум. Он знает, что делать.

Мужчина собрался уходить. Софи поднялась на свои трехдюймовые каблуки.

— Почему вы сами не свяжетесь с Мерфи?

— В настоящий момент мне сложно выкроить время и вырваться к нему. А телефоны, в том числе и мой мобильник, прослушиваются.

— Стало быть, вы приехали сюда специально, чтобы поговорить со мной? — Софи запустила руку в свои густые спутанные волосы. — Постойте. У меня же сегодня нерабочий день. Я заменяю одну девушку. Откуда вы узнали, что я здесь буду?

— Я и не знал этого. Просто мой партнер питает слабость к блэк-джеку и приветливым красотулям. — Обжигающий взгляд незнакомца лениво путешествовал по ее полуобнаженному телу. — В «Карневале» же имеется и то, и другое. За последний месяц мы побывали здесь уже несколько раз.

Софи не могла понять, оценивает он ее или любуется. И ее обескураживало то, что ей это далеко не безразлично.

— Так значит, этот придурок наблюдает за Лулу уже несколько недель?

— Не знаю, вставало ли у него на нее до вчерашнего дня, — ответил мужчина таким тоном, словно бы заступался за него. Он бросил взгляд на часы. — Ну что ж, допрос с пристрастием можно считать законченным?

— А как вы узнали, что я сестра Лулу?

Мужчина широко улыбнулся, и у Софи захватило дух: он был чертовски хорош собой!

— Мне кое-что известно о вас, София. Кстати, насчет вашего приема коленом в пах… Любой профессионал всегда готов к такой инстинктивной реакции. Вам следует прилежнее заниматься в вашей секции. — Он повернул ручку двери. — Передайте Мерфи — неделя.

То обстоятельство, что он был в курсе ее занятий боевыми искусствами, привело Софи в замешательство и вместе с тем, как это ни смешно, заинтриговало. Взгляд мужчины остановился на ее губах, и в голове у нее помутилось. Сделай Софи хоть одно движение вперед, она не удержалась бы, так и схватила бы его за самоуверенный подбородок или еще того хуже — снова набросилась на него, лишь бы оказаться с ним рядом в горизонтальном положении. Вот как ее тянуло к нему. Но Софи обругала себя идиоткой, собрала волю в кулак, решительно посмотрела в эти распутные глаза и, отбросив шутки в сторону, пригрозила: