Сьюзен Андерсон - Будь моей, малышка

Через некоторое время в спальне раздался протяжный стон, возвещавший о том, что пика оба достигли одновременно.

Когда они наконец отдышались, Бью перекатился на бок. Никогда в жизни он не чувствовал такого удивительного счастья, такого полного удовлетворения.

И вдруг он понял, что ни разу за последние два часа даже не вспомнил о грозящей Джульетте опасности.

Глава 15

Селеста с безмятежным видом сидела в своем любимом кресле. Лили приготовила чудесный чай и восхитительное печенье, и сейчас Селеста лакомилась тем и другим, мило беседуя с Эдуардом о всяких пустяках. Однако внутри у нее все кипело от ярости.

Итак, Джульетта бросила трубку. Маленькая выскочка пригласила этого змееныша Дюпре в ее дом, а потом посмела выказать ей такое пренебрежение! Ну, это нахалке даром не пройдет, она получит свое, и очень скоро!

Сегодня крошка Астор Лоуэлл Не-клади-мне-палец-в-рот уже чуть не наложила от страха в штанишки. Селеста, можно сказать, проявила материнскую заботу, позвонила, чтобы выяснить, как она чувствует себя после случившегося, и вот какую получила за это благодарность. Правильно говорят люди: не делай добра тому, кто не способен оценить твое благородство. Ну ничего. В следующий раз, когда она будет целиться в сержанта, то не забудет и о мисс Астор Лоуэлл. И тогда уж она, будьте уверены, не промахнется.

Мерзавец Дюпре был сегодня в номере этой дряни – Селесту не проведешь, она ясно слышала, как он спрашивал, кто звонит, а потом приказал положить трубку. Значит, не такая уж мисс Лоуэлл щепетильная дама, какой прикидывается. Впрочем, чего еще ожидать от янки?

Разумеется, почтенная матрона не пропустила мимо ушей и раздраженные нотки в голосе ненавистного сержанта. Сколько раз она слышала подобное в речи мужа, пока не отучила его от этого дурного тона.

Словно догадавшись, что Селеста подумала о нем, Эдуард внезапно отставил свою чашку и поднялся из кресла.

– Я ненадолго выйду, дорогая, но ты можешь не ждать меня и отправляться спать.

«Нет, Останься!» – хотелось крикнуть Селесте, но она быстро взяла себя в руки.

– В такой час? – Она произнесла эти слова величественным тоном, заранее зная, что на мужа он подействует безотказно. – И куда это, разреши поинтересоваться, ты собрался?

«Ты знаешь куда, знаешь!» – упрямо билось в ее голове, но она решительно отмахнулась от гнусной подсказки. Ничего она не знает, абсолютно ничего!

– Да вот хочу заглянуть в клуб. – Со смущенной улыбкой Эдуард посмотрел на супругу. – Понимаешь, мне не терпится увидеть Ива Монтегю: у него есть какая-то потрясающая маска, и он хочет показать ее мне. Говорит, что она может занять почетное место в моей коллекции.

– Эдуард, ты ведешь себя как мальчишка! Неужели вашу встречу нельзя отложить до завтра? Лучше останься дома, сейчас уже поздно.

– Ты права, дорогая, но Ив сказал, что, возможно, завтра его не будет в клубе. – Он наклонился и поцеловал ее в щеку. – Не волнуйся, любимая, я долго не задержусь.

Застыв в кресле, Селеста проводила мужа недобрым взглядом. Она боялась не то что пошевелиться – даже моргнуть, чтобы не дать взорваться скопившимся эмоциям. Лишь через некоторое время ей удалось подняться, чтобы поставить посуду на поднос.

Думая о своем, она уставилась на тонкое фарфоровое блюдечко, с которого машинально смахивала крошки от печенья, и вдруг, размахнувшись изо всей силы, швырнула его в стену. Осколки, голубые с золотом, полетели на пол. Во всем виновата эта мерзкая Джульетта со своим дорогим папочкой! Сидели бы у себя дома и не лезли в чужую жизнь. С давних пор род Хэйнесов жил в этом доме и прекрасно справлялся с его содержанием, так нет же, Лоуэллам понадобилось не только узурпировать поместье, но еще и устроить здесь отель. Из-за этого положение Селесты и Эдуарда в обществе сильно пошатнулось.

Черт бы побрал эту маленькую пакостницу!

И все же она так просто не сдастся – не такие они, Батлеры. Селеста перевела дыхание и дернула шнурок вызова прислуги, свисающий со стены. Сейчас придет Лили и уберет мусор.

Бью, подперев ладонью щеку, с изумлением смотрел на лежащую рядом Джульетту. Только что она стонала под ним от наслаждения и вдруг – бац! – отключилась. Обычно такое свойственно мужчинам, но чтобы молодая женщина заснула в момент, когда их страсть достигла наивысшего напряжения…

Впрочем, у его любовницы сегодня выдался тяжелый день. Бью склонился над Джульеттой и осторожно отвел со лба влажную прядь волос. Лицо ее до сих пор пылало. Черт, надо было все-таки побриться, а то вон как натер нежную кожу.

Неожиданно он громко фыркнул. Подумаешь, кожа! Днем ему довелось совершить кое-что похуже – тогда он грубо швырнул ее на землю, а сейчас был так нетерпелив, что забыл о средствах предохранения.

Прежде Бью всегда заботился о своих партнершах. Отец постоянно твердил о необходимости предохраняться, чтобы не думать о возможных последствиях, но на этот раз советы родителя напрочь вылетели у него из головы. И все же ему совсем не хотелось именно сегодня продолжить род Дюпре.

Неужели может случиться такое, что в Джульетте начнет зреть его семя? – размышлял Бью, разглядывая лицо сладко спящей девушки. Ему вообще нельзя было вступать с ней в столь близкие отношения, не будучи в состоянии держать себя в руках. Но Боже, как это было прекрасно!

Бью прошелся взглядом по чудесным волосам, разметавшимся по подушке, по нежному изгибу шеи и груди, по опухшим от поцелуев губам и почувствовал, как где-то в глубинах его подсознания поднимается протест.

Он уже составил для себя планы на ближайшие три-четыре года, и Джульетта Роуз Лоуэлл в них определенно не входила. В городе полным-полно хорошеньких женщин, которые мигом прибегут, стоит ему только свистнуть – так какого же черта он связался с этой гордой северной принцессой? Пусть у нее огромные глаза и длинные стройные ноги, пусть она великолепна в постели, ему следует держаться от нее подальше, а это значит – пора выбраться из кровати и отправиться к себе.

Бью уже собрался, не откладывая, осуществить свое намерение, как вдруг Джульетта, что-то промычав, свернулась калачиком и придвинулась к нему. Голова ее легла ему на грудь, а колени уперлись в предмет его мужской гордости.

Дьявольщина! Он попробовал отодвинуться, но Джульетта лишь теснее прижалась к нему. Теперь она полностью завладела Бью: ее нога находилась на его бедре, а голова уютно устроилась в ложбинке между шеей и плечом. Удовлетворенно вздохнув, она еще немного повозилась и замерла.

Бью с чувством безнадежности посмотрел на нее. Теперь ему уже не уйти – не может он применить силу! Что ж, придется остаться сегодня на ночь, иного выбора нет. Зато, как только наступит утро, он постарается сделать так, чтобы они оба вернулись к прежним отношениям.