Кармен Рид - Мир перевернулся

Наверное, где-то там, наверху, есть бог сна, который предлагает обмен. Если ты не спишь ночью и беспокоишься о детях, то они тем временем спят глубоким спокойным сном. В этом и состоит суть обмена.

Глава 18

– «Генри» не вонючие. Я хочу надеть «Генри»… а-а-а-а!

– Но ты надевал «Генри» вчера, а сейчас их надо постирать, Робби, – уговаривала его Ева.

Наказание, а не ребенок!

Они опять сражались перед стиральной машиной. Робби пытался вырвать из ее рук крошечные красные штанишки с надписью «Генри».

– Они не вонючие! – Теперь ребенок закатил настоящую истерику.

Ева подождала несколько мгновений, потом поднесла штанишки к носу и театрально сморщилась:

– Фу! Генри, тебе надо помыться!

Уж не улыбается ли ее сын?

– Фу! – Она опять поморщилась. – Генри, ты плохо пахнешь. Понюхай, Робби.

Мальчик сунул нос в штанишки.

– Фу! – согласился он и хихикнул.

– Помоги мне уговорить его помыться, и мы положим штанишки в машину, ладно?

Робби взял их в руки, немного подумал, как будто взвешивая все «за» и «против». Что лучше: сбежать с любимыми штанишками в свою комнату или поддаться соблазну самому положить их в стиральную машину?

Все-таки он положил их в машину.

– Может, теперь мы оденемся? – Робби кивнул.

Ева пошла за ним в комнату, где Анна заканчивала домашнее задание.

Вскоре они все вместе стояли около двери, обутые, одетые, застегнутые на все пуговицы и готовые идти. Ева склонилась над детьми, чтобы обнять и поцеловать.

– Я так вас люблю, – сказала она им.

Робби от удовольствия расплылся в широкой улыбке, и даже Анна ответила:

– Я тоже тебя очень люблю, мамочка.

– Сегодня пятница, – напомнила им Ева. – Завтра можете делать все, что пожелаете. Да, в субботу после обеда вас заберут к себе Том и Дипа. У них для вас сюрприз.

Идея принадлежала Тому.

– Нам нужна практика, мы присмотрим за ними, а ты устрой себе выходной. Сходи куда-нибудь, развлекись. Не вздумай провести весь день, копаясь в саду.

Ну как ему объяснить, что именно этого ей и хотелось. Надеть перчатки и убрать лишний плющ, который заполонил буквально все. А сорняки! В этом году ничто не вырастет, если не предпринять кардинальных мер. Кроме того, самое время посадить томаты у южной стены, а еще надо вырастить больше лекарственных растений…

Приехавшие в субботу Том и Дипа выглядели спокойнее и веселее, чем можно было ожидать.

– Сначала сядьте, попейте чаю и немного поболтайте со мной, иначе детей вы не получите, – потребовала Ева. – А теперь, – сказала она, выставляя на стол чашки, заварочный чайник, молоко и домашний пирог, – рассказывайте, что произошло. Вы оба так хорошо выглядите!

– Мы успокоились, – сообщил Том, заталкивая в рот большой кусок пирога и стараясь, чтобы крошки не сыпались на стол.

Дипа, одетая в черный топ из стретча и брюки, засмеялась и взяла его за руку. Она сообщила, что тошнота и слабость наконец прошли и теперь можно жить по-человечески.

– Кроме того, приезжал мой дядя Рани, – добавила она. – Классный парень. Приехал навестить нас, а потом отправился и уладил все с моей семьей.

– Он тебе очень понравится, мама, – вмешался Том. – Надо же, не собирался этого говорить.

Они опять засмеялись.

– Уж не знаю, что он с вами сделал, но результат налицо, – заметила Ева.

– Дядя Рани был совершенно прав, мама, когда сказал, что все родители – студенты, изучающие человеческую природу. – Том потянулся и взял еще кусок пирога.

– И что же случилось с твоей семьей? – спросила Ева.

– Наконец успокоились, а то развили такую бурную деятельность по поводу свадьбы… – Дипа покачала головой.

Том округлил глаза и попытался пошутить:

– Теперь я понимаю, почему люди хотят жениться только раз в жизни.

– Ну и какой же будет ваша свадьба? – поинтересовалась Ева, однако быстро поняла, что тему лучше закрыть, – ответы звучали однообразно коротко и сухо.

– Думаю, слишком традиционной, – пробормотал Том.

Дипа ничего не сказала по этому поводу, но Ева заметила, как она забарабанила пальцами по столу и плотно сжала губы.

– А кто этот дядя Рани? – спросила Ева, решив сменить тему разговора.

– Белая ворона в семье, – ответила Дипа. – Мой отец и все его братья изучали медицину и стали врачами, а Рани, младший брат, стал психологом. Очень хорошим.

– Ой, – прошептала Ева, – только не рассказывайте об этом Анне.

– Что мне не рассказывать? – раздался голос Анны, словно по мановению волшебной папочки появившейся на пороге кухни.

– Тебе ведь не очень нравятся психологи, верно?

– Да, если они не имеют медицинского образования, – ответила она. – Психологи должны сначала учиться, а потом уже работать с человеком.

– Думаю, дядя Рани предпочел семь лет изучать мозг, а не множество органов, о которых ему совсем нет нужды что-то знать, – возразила Дипа.

Ева ожидала взрыва негодования, но неожиданно ее дочь сказала только:

– Да? – А потом взяла кусок пирога и стала есть. – Робби! – крикнула она. – Мама испекла пирог.

Все захохотали, потому что через секунду на пороге появился Робби с открытым ртом, из которого вырывался громогласный вопль – а-а-а-а…

– Он с изюмом? – внезапно спросил мальчик, резко останавливаясь около Евы.

– Нет, в пироге нет изюма, но я могу тебе положить немного на тарелку.

– Хорошо.

– А теперь, – вспомнила Ева, – хочу поговорить с вами еще кое о чем. – Она посмотрела на Дипу и Тома. – О свадебном подарке. Я дам вам денег, а вы сможете вложить их в свадьбу, в квартиру, в машину… во что хотите. Никакого давления по поводу того, как вам их потратить, не будет. Решайте сами.

Щедрые подарки Евы всегда всех удивляли. Когда Денни и Том окончили школу, она внесла взнос за их квартиру, вспомнил сейчас сын, купила Джозефу сногсшибательное дорогое пальто и портфель для его первой настоящей работы. И при всем том она никогда не брала отпуск, предпочитала на обед домашний суп и хлеб, а на «пежо» ездила уже десять лет.

– Прислать вам чек? – спросила Ева, рассудив, что такой способ будет проще. Кроме того, не придется слушать их протесты.

Ева всегда на что-нибудь копила, включая фантазии по поводу будущего. Она намеревалась провести старость в пристанище в духе буддийской секты дзэн, в таком месте, где все будет белым и спокойным. Она посадит крошечные карликовые деревья в горшках, будет питаться зеленым чаем и рисовыми лепешками и проводить большую часть времени, созерцая отражение в воде, разравнивая гравий и стараясь привести мысли в порядок.

Но дети должны быть рядом, вряд ли у нее получится долго без них обходиться.