Джанет Иванович - Одна дамочка с пистолетом

- Кто-нибудь знает, как начался пожар?

- Да может быть миллион причин. В таком здании все не предусмотришь. Не то, чтобы оно хуже по сравнению с другими, но оно не новое, вы понимаете, что я имею в виду?

Я приставила ко лбу ладонь козырьком, затеняя глаза, и прикинула, трудно ли добросить зажигательную бомбу до окна спальни миссис Сантьяго. По моим прикидкам выходило, что нетрудно. И в два часа ночи в квартире таких размеров огонь, начавшийся в спальне, напакостит изрядно. Если бы миссис Сантьяго была дома, она бы поджарилась, как тост. В квартире не было балконов и пожарных выходов. Все квартиры имели только один выход – через парадную дверь. Хотя мне не кажется, что Кармен и пропавший свидетель исчезли через этот выход.

Я повернулась и уставилась на темные окна домов через дорогу, решив, что не вредно расспросить постоянных жителей. Вернулась к «чероки» и проехалась вокруг квартала, найдя парковочное место на соседней улице. Стуча в двери, я задавала вопросы и показывала фотографии. Ответы были одни и те же. Нет, они не узнают фото Морелли, и, нет, они не заметили ничего необычного из своих окон в ночь убийства или пожара.

Я обходила ряд домов прямо напротив квартиры Кармен и очутилась лицом к лицу с сутулым стариком, держащим в руках бейсбольную биту. У него были глаза-бусинки и крючковатый нос, а уши из тех, с которыми их владелец не выходит из дома в ветреный день.

- Практикуемся? – спросила я.

- Никогда не мешает позаботиться о безопасности, - подтвердил он

Я назвала себя и спросила, не видел ли он Морелли.

- Нет. Никогда его не видел. Делать мне нечего, как выглядывать из этих чертовых окон. В ночь убийства ничего нельзя было разглядеть. Темно было. Как, черт возьми, тут что-то разглядишь?

- Сзади фонари горят, - сказала я. - Мне показалось, что должно хорошо освещать.

- Той ночью не горели фонари. Я сказал это копам, которые здесь околачивались. Чертовы фонари сроду не горят. Подростки их разбили. Я знаю, они смылись, потому что я выглянул на шум. Я с трудом слышал свой телевизор из-за всей этой шумихи, устроенной полицейскими машинами и грузовиками. Первый раз я выглянул, потому что работал мотор одного из этих грузовиков-рефрижераторов… похожих на те, что возят продукты. Чертова штуковина припарковалась прямо перед моим домом. К черту таких соседей, скажу я вам. Люди совсем обнаглели. Паркуют здесь в переулке грузовики и машины с доставкой все время, пока посещают своих знакомых. Надо запретить.

Я рассеянно кивала в знак согласия, думая, что хорошо иметь пистолет, потому что если я когда-нибудь стану такой привередливой, то лучше застрелиться.

Он принял мой кивок за одобрение и продолжил.

- Потом следующий грузовик вслед за ним приехал, это был полицейский фургон почти такого же размера, как рефрижератор, и они не заглушили двигатели тоже. У этих парней, должно быть, куча лишнего горючего.

- А потом вы ничего подозрительного не видели?

- Я же сказал, темно было, хоть глаз выколи. Кинг Конг бы мог забраться на стену, никто бы не заметил.

Я поблагодарила его и вернулась в джип. Приближалось к полудню, и атмосфера накалялась. Я поехала в бар к своему кузену Ронни, прихватила там упаковку холодного пива и взяла курс на Старк Стрит.

Лула и Джеки, как всегда, охотились на углу. Они потели и покачивались на жаре, выкрикивая нежные уменьшительно-ласкательные прозвища и наглядно демонстрируя предложения потенциальным клиентам. Я припарковалась поблизости, поставила на капот упаковку пива и откупорила одну банку.

Лула узрела пиво.

- Ты выманиваешь нас с нашего угла, подружка?

Я хмыкнула. Мне они в некотором роде нравились.

- Думаю, может, ты пить хочешь.

- Че-е-ерт. Даже и вполовину не представляешь, как хочу.

Лула медленно прогулялась, взяла пиво и слегка запыхалась.

- Не знаю даже, что тут торчать и время терять. Никто не хочет трахаться в такую погоду.

Джеки подошла следом.

- Не делай этого, - предостерегла она Лулу. - Твой старик взбесится.

- Тот еще красавчик, - сказала Лула. – А мне наплевать. Долбанный хреновый сутенер. Что-то не видно его, стоящим тут под солнцем, не так ли?

- Так что говорят о Морелли? - спросила я. - Что-нибудь наклюнулось?

- Не видела его, - поделилась Лула. - Ни его, ни фургон.

- Слышала что-нибудь о Кармен?

- Типа?

- Типа, нет ли ее поблизости?

Лула была одета в топ, из которого, казалось, сейчас вывалятся ее внушительные буфера. Она прислонила банку пива к груди. Полагаю, чтобы охладиться. Правда, чтобы охладить грудь такого размера, ей бы понадобился бочонок.

- Ничего не слышала про Кармен.

Скверная мысль вспыхнула у меня в голове.

- Кармен когда-нибудь проводила время с Рамирезом?

- Рано или поздно все проводят время с Рамирезом.

- А ты имела с ним дело?

- Не я. Он любит напускать свои чары на тощих кошек.

- Предположим, он захотел бы очаровать тебя? Ты бы пошла с ним?

- Милая, никто ни в чем Рамирезу не отказывает.

- Слышала, он плохо обращается с женщинами.

- Куча мужиков плохо обращается с женщинами, - встряла Джеки. - Иногда на них находит.

- Иногда они испытывают досаду, - предположила я. – А порой у них не все дома. Слышала, Рамирез - психопат.

Лула глянула в сторону гимнастического клуба, взгляд ее остановился на окнах второго этажа.

- Да, - согласилась она. - Он извращенец. Пугает он меня. У меня была подружка, которая пошла с Рамирезом, так он ее сильно порезал.

- Порезал? Ножом?

- Нет, - уточнила она. - Бутылкой пива. Разбил горлышко и затем пустил его в … в дело, знаешь ли.

Я ощутила, как в голове вспыхнула лампочка, и время на мгновение застыло.

- Как ты узнала, что это был Рамирез?

- Люди знают.

- Люди ничего не знают, - встревожилась Джеки. - Людям не следует болтать. Кто-то болтает, а тебе попадет. Сама будешь виновата, знаешь ведь, что лучше прострелить себе язык. Меня тут не было, и я в этом не участвовала. Никоим боком. Я возвращаюсь на угол. Ты знаешь, что тебе лучше тоже уйти.

- Я знаю, что мне лучше тут вовсе не стоять, не так ли? - сказала Лула, удаляясь.

- Будь осторожна, - бросила я ей вслед.

- Большой женщине типа меня нечего осторожничать, - ответила она. - Я надеру задницу этим ублюдкам. Никто не связывается с Лулой.

Я припрятала остатки пива в машину, устроилась за рулем и закрыла двери. Завела двигатель и включила кондиционер на полную катушку, направив все струи так, чтобы охладить лицо.

- Давай, Стефани, - сказала я. - Возьми себя в руки.