Джейн Портер - Сломанные каблуки, или Миссис Совершенство

— Вы не первая пара, оказавшаяся в стесненных обстоятельствах. Множество людей просрочивают платежи…

Натан придвинулся ближе ко мне.

— Американцы вообще злоупотребляют кредитом. В результате — непредвиденные трагедии, смерть, развод, увольнение…

— Так что вы нам предлагаете? — перебил Натан, и звук его голоса вызвал в памяти царапанье ногтей по стеклу. Он отвратительно себя чувствовал. Это его персональный ад.

— Глава тринадцать Кодекса США о банкротстве. Реорганизуйте долги и постарайтесь расплатиться с кредиторами.

Я посмотрела на Натана. Ничего не понимаю.

— Мы сможем это сделать?..

Натан стиснул зубы.

— Если признаем себя банкротами.

Я захлопала глазами.

— Ох. Я и не знала, что в главе тринадцать речь именно об этом. Я думала, о банкротстве говорится в главе одиннадцать… — Я замолчала, как только до меня дошло, что это не важно. Главное — высокооплачиваемый финансовый гуру взял с нас четыреста долларов лишь за то, чтобы порекомендовать банкротство. И я подумала: это максимум, на что он способен?..

— В таком случае вы избавитесь от большей части долга, — продолжал Майкл, — и сумеете сохранить оставшиеся средства.

— А дом? — напрямик спросил Натан.

— Возможно, вам удастся его продать. Это дорогая недвижимость, но ваш дом многократно заложен… — Майкл посмотрел на пачку документов. — Как бы то ни было, мистер Янг, но вы не безработный. Тот факт, что вы получаете деньги и готовы расплатиться с кредиторами, сыграет вам на руку, как только выработаете план выплаты… — Он сделал паузу. — Конечно, в таком случае суд должен одобрить и этот план, и ваш бюджет.

Натан посмотрел на меня. Его страдания были очевидны. Я чувствовала себя точно так же. Спасти дом, но открыто заявить, что мы не в состоянии уладить свои финансовые проблемы?

— Все не так страшно, как кажется, — рассудительно продолжал Майкл. — Как только суд одобрит ваш план и назначит арбитражного управляющего, у вас будет от трех до пяти лет, чтобы расплатиться с долгами. Вы будете ежемесячно выплачивать определенную сумму управляющему, а он — распределять деньги между кредиторами. Как только план выплаты будет выполнен, невозвращенные долги аннулируются.

Если послушать Майкла Бернса — все так просто. Благодаря главе тринадцатой мы получим время, чтобы реорганизовать долг и заплатить по счетам согласно договоренности. Проще некуда.

С той лишь разницей, что с нами будут обращаться как с непослушными детьми. Суд установит опеку и назначит управляющего, который будет следить за каждым нашим шагом.

Майкл заметил отвращение на моем лице и негромко добавил:

— Да, это удар по самолюбию, но подумайте о детях. Может быть — может быть! — это наилучший вариант для ваших дочерей.

Натан напрягся:

— Откуда вы знаете, что у нас дочери?

Майкл добродушно улыбнулся:

— Моя Мэгги учится в одном классе с Джеммой.

Натан встал.

— Мы подумаем над вашим предложением.

Мы неловко пожали Майклу руку и вышли. Натан молчал, пока мы спускались на лифте в вестибюль.

— Я бы не отказался чего-нибудь выпить, — сказал он наконец.

— Я тоже.

Мы отправились в винный бар отеля. Еще рано, и в баре никого не было. Мы со всеми удобствами расположились за столиком неподалеку от стойки.

Бармен подошел принять наши заказы.

— Чем могу служить?

— Бокал красного, — сказал Натан.

— У нас большая карта вин. Вино в бутылках, разливное…

— Дайте сирах или каберне. Оно у вас хорошее.

— И мне тоже, — добавила я, прежде чем бармен успел спросить.

Когда бармен отошел, Натан застонал и закрыл лицо руками.

— Мы даром потратили время и деньги…

— Обидно.

— Да уж…

Некоторое время мы сидели молча — это сочувственное молчание.

Принесли вино. Натан поднял бокал и насмешливо произнес:

— За непредвиденные трагедии.

— И что нам теперь делать? Объявить себя банкротами?

Муж вздохнул:

— Так мы выиграем время…

Я кивнула.

— И на девочках это отразится по минимуму… — бесстрастно добавил он.

— Разве никто не узнает?

— Понятия не имею. По крайней мере я никогда не слышал, чтобы кто-то из моих знакомых признал себя банкротом.

Я тоже.

С другой стороны, в юности ни у кого из моих знакомых не было денег. Если бы не университетская стипендия, то я бы, возможно, до сих пор едва сводила концы с концами.

Прах к праху, насмешливо подумала я, пепел к пеплу.

— Что-что? — переспросил Натан, и я поняла, что думала вслух.

Я смущенно повторила фразу.

— Это из Библии. Смысл в том, что все наши усилия и стремления тщетны. Мы созданы из праха… и прахом станем. — Я пожала плечами.

Натан слабо улыбнулся:

— Очень жизнеутверждающе.

Я ответила такой же улыбкой.

— Трудно сказать, что до сих пор нам плохо жилось…

Мы заказали на двоих салат с лососем и еще по бокалу вина. Я не голодна, поэтому Натану досталась большая часть.

— Когда ты заберешь в Омаху машину? — спросила я.

Натан нахмурился и медленно покрутил в руках бокал.

— Я ее продаю. Уже дал объявление в газете.

— Ох, Натан…

— Я не могу оставить ее себе, Тэйлор. Это глупо. Глупо иметь машину и сидеть без работы.

— Но теперь ты работаешь, и машина тебе понадобится.

— Пока пользуюсь служебной, а потом куплю что-нибудь попрактичнее… Кстати, катера у нас тоже больше нет. Лодочная компания Беллвью его у меня выкупила.

Внутри у меня все сжалось.

— Они хорошо заплатили?

Муж многозначительно посмотрел на меня.

— Я просрочил платежи за полгода. Хорошо хоть вообще удалось от него избавиться.

Я отставила бокал.

— Но у нас по-прежнему остается уйма долгов…

— Учитывая платежи за твою машину, потери на акциях и долги на кредитках, предстоит покрыть дыру примерно в два миллиона. И с каждым месяцем долг будет расти, если мы не выплатим значительную часть немедленно. К сожалению, не получится. Все, что мы можем, — это вносить минимальный платеж.

Два миллиона. И долг все растет.

— Если мы продадим… о Господи… дом… останется ли достаточно денег, чтобы расплатиться по закладной и избавиться от долга?

— В общем, да. — Натан откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. — Во всяком случае, сумма станет разумной…

Вот и все. Я взяла мужа за руку.

— Значит, мы продадим дом.

Его лицо напряглось.

— Но он такой красивый, Тэйлор…

— Это всего лишь дом, — выговорила я с трудом, и у меня перехватило дыхание.