Дженет Таннер - Дочь роскоши

Она быстро повернулась, надменно сверкнув пламенем рыжих Волос, готовая ударить его. Но потом, когда его доверчивые, хотя и вызывающие глаза заглянули в ее, выражение лица Вив изменилось, раздражение и гнев сменились интересом. Она долго смотрела ему в глаза, потом обожгла его тело огненным взглядом, и уголки ее прекрасных губ чуточку приподнялись.

– Почему бы нет? Всегда забавно выиграть пари, не так ли?

– Это только часть забавы, – поправил он ее, пораженный собственным хладнокровием. – Но лучшая часть может оказаться совсем иной.

– Да, может быть, – ответила она, и снова глаза ее дразнили и манили его. – Когда ты собираешься вытащить меня и куда мы пойдем?

Уверенность Ники потихоньку таяла. Такая девушка, должно быть, привыкла к самому лучшему, а у него не было собственных денег. Конечно, он не мог позволить дорогих ресторанов или развлечений. И тогда, к его облегчению, она предложила:

– Подожди-ка, мне пришла в голову гораздо лучшая идея. В субботу вечером у меня будет вечеринка. Почему бы тебе не прийти?

Ники не знал, что он испытывал – облегчение или испуг. Приглашение облегчало финансовые проблемы, но он не был в восторге от идеи явиться одному в неведомое ему общество, тем более не будучи уверенным, что ему удастся пообщаться с самой Вивьен. Однако при сложившихся обстоятельствах у него не оставалось другого выбора – ему придется держаться по возможности развязней.

К субботе его тревожные предчувствия лишь возросли. Он немного больше времени посвятил туалету, набриолинил свои густые волнистые волосы так, что они стали послушными, и надел лучший костюм.

Вивьен жила в переоборудованном фермерском доме в Сент-Лоуренсе, в добрых четырех милях от «Ла Мэзон Бланш». Ники думал поехать туда на велосипеде, но потом решил, что лучше не надо. У друзей Вивьен наверняка есть собственные машины, а велосипед будет выглядеть неуклюже. Уж лучше прийти пешком.

Был жаркий летний вечер, и когда Ники наконец добрался до дома Вивьен, ему пришлось стащить с себя куртку. Но когда мать Вивьен открыла ему дверь, он заметил ее слегка удивленный взгляд, а когда она провела его через просторный сад, ему стала понятна причина ее недоумения. В костюме он выглядел нелепо, поскольку все молодые люди были в шортах или плавках, они смеялись и резвились вокруг большого бассейна.

Вивьен выглядела еще прелестнее, чем обычно, в изумрудно-зеленом топе и шортах.

– О дорогой, ты что, не понял, что это будет вечеринка у бассейна?

Ники вдруг разозлился. Не мог же он вернуться домой и переодеться, и она это прекрасно понимала. Ей удалось сделать из него полного дурака. Но он был не намерен доставить ей удовольствия от своего унижения.

– Не бери в голову, ведь сегодня у нас свидание, не так ли? – сказал он и с иронической галантностью взял ее под руку. – Лучше представь меня твоим друзьям.

Он заметил, как вспыхнули ее зеленые глаза, и подумал, что сейчас будет взрыв. Но он продолжал ей улыбаться и держать ее руку так, что всем друзьям возле бассейна казалось, что она с удовольствием и довольно интимно здоровается с ним. Через мгновение она откинула назад голову и рассмеялась.

– Ну ты и прохвост, не так ли, Ники Картре? Ну хорошо, пошли, познакомишься с остальными. Кто знает, может, я уговорю брата одолжить тебе плавки.

– Можешь не делать мне одолжения, – холодно сказал Ники.

– М-м-м. – Она окинула дразнящим взглядом его широкие плечи и рельефные мускулы, которые были отчетливо видны под слегка влажной рубашкой. – О нет, думаю, это ты мне сделаешь одолжение. Я уверена, ты будешь просто здорово выглядеть в плавках… ну, никогда же не знаешь заранее, может, мы потом будем купаться…

Было очевидно, что она имеет в виду, а ее оценивающий взгляд околдовывал его. Но Ники решил так быстро не сдаваться. Да, он хотел мисс Вивьен Моран, но хотел ее тогда, когда сам сочтет нужным, по его, а не ее наущению.

Однако через час или чуть позже, когда он сделал свои выводы и когда другие начали жаловаться, что сейчас, когда солнце зашло, вода в бассейне остыла, Ники принял предложение Дугласа Морана и, взяв у него плавки, отточенно, как ласточка, прыгнул с трамплина и проплыл несколько раз вдоль бассейна. Некоторые из парней, раздраженные его легким красивым кролем, устыдились своего неуклюжего барахтанья. Они бросали на него косые взгляды, повернулись к бассейну спиной, но зато почти все девчонки с восхищением в глазах и с учащенно забившимся сердцем наблюдали за ним. Вивьен удовлетворенно улыбнулась.

И уже совсем поздно, так что сад позади ряда весело разукрашенных лампочек окончательно погрузился во тьму, она не возражала, когда Ники притянул ее к себе. Весь вечер она сгорала от желания ощутить поцелуй этих полных крепких губ. И она не разочаровалась. Пусть Ники Картре не богат, пусть не знает, что такое «светский» и «несветский», как метко подметила Нэнси Митфорд, но зато он был восхитительно сексуален, настоящий мужчина каждым дюймом своего тела.

В течение нескольких следующих дней Ники много виделся с Вивьен. Несмотря на малообещающее начало, его приняли в ее круг, и, к своему облегчению, Ники обнаружил, что это не повлекло за собой больших денежных затрат. Большинство развлечений и прохладительных напитков предоставлялись снисходительными родителями. Но Ники считал, что больше всего удовольствия они получали от встреч на пляже или на «охоте за привидениями», когда переходили по дамбе над отмелью к Елизаветинскому дворцу или карабкались по скалам к запретному убежищу отшельника, где, по поверьям, в шестом веке пираты убили Сент-Хелиера, по имени которого и был назван город. Ники научился говорить так, как они, перенял их лениво-расслабленное отношение к жизни, начал водить скоростной мотоцикл по извилистым улочкам и открывать шампанское, не выливая при этом полбутылки пенящимся фонтаном, – если, конечно, так не было задумано. А еще он научился кое-чему такому, что все остальное перед этим просто меркло. Вивьен выпестовала его и, направив в нужное русло, научила, как надо заниматься любовью.

Для почти двадцатилетней девушки в 1939 году Вивьен была удивительно осведомленной. Она очень рано начала свое образование, когда обнаружила в ящике материнской тумбочки обернутую бумагой небольшого формата книжку – руководство по «интимной стороне брака». Она была заворожена эротикой и нежным искусством соблазнения и с тех пор никогда не упускала возможности добавить в свою копилку новые сведения. Она немало времени провела, отрабатывая страстные взгляды и вызывающие позы, которые копировала, рассматривая свою коллекцию длинноногих красавиц кинозвезд. Особое удовольствие ей доставляло испытывать потом эти взгляды и позы на знакомых ребятах. Она давным-давно утратила невинность с приятелем ее брата, и это даже несколько разочаровало ее, но с того времени она вкусила сладость власти и наслаждения, которые могли обещать многое, а в результате не давать ничего.