Запретные игры (СИ) - Вашингтон Виктория Washincton

Я понимаю, что нужно принять решение и действовать. Но каким образом и к чему это приведет, я до конца не знаю. Все, что я могу сделать сейчас - это довериться маме и Игорю, надеясь, что вместе мы найдем выход из этой сложной ситуации.

— Привет, — произносит мужчина, который входит вместе с мамой в кухню. — Меня Игорь зовут.

Он широкоплечий, высокий и смугловатый.

Будто чертами лица кого-то мне напоминает, но вовсе не Леона.

— Дарина, — встаю со стула и протягиваю ему руку.

Только он не спешит сделать то же в ответ. Неожиданно крепко прижимает меня к себе.

Немного теряюсь и никак не реагирую, стою замерев, пока он не отстраняется.

— Света рассказала мне в двух словах, что произошло, — он поджимает губы и предлагает мне присесть. — Тебе не о чем волноваться. На твоего отца уже заведено уголовное дело за хищение в особо крупных размерах и коррупцию.

— Откуда вы знаете? — ошарашено спрашиваю я.

— Я работаю в органах, Дарина, — заявляет Игорь. — И веду это дело уже не один год. До прошлой недели не было прямых доказательств против него, но он наконец-то крупно оступился.

— Но в таком ведь случае меня и Рому отправят в детский дом? — не веря своим ушам спрашиваю я.

— Нет, конечно же нет, — отрицательно качает головой. — На днях мы стрясем с него признание, что отказ от родительских прав твоей матери был подписан с принуждением и использованием грубой силы.

— Это правда? — поднимаю взгляд на нее.

Она кивает и отводит глаза.

— И нам с тобой нужно будет съездить в центр, чтобы сдать анализы, — сжав ладони в кулаки, заявляет Игорь. — Можно сделать это прямо завтра.

Вижу, как нервно мама прижимается к его плечу.

— Какие? — хмурюсь я.

— Тест ДНК, — твердо отвечает он.

— Это ещё зачем?

— Так я смогу сразу лишить отцовских прав твоего отца, подав на него иск.

— То есть…— не сразу, но постепенно картинка начинает складываться в моей голове.

— Да, Дарина, — поджимает губы. — Твой настоящий отец - я.

У меня не остается слов.

Я знаю, что мама сбежала сама от моего биологического отца. Кажется, когда они сошлись, его бывшая девушка заявила о том, что уже пару месяцев ждет ребенка. Тогда мама даже о своей беременности не рассказала и сбежала. Помню, что она плакала, когда рассказывала мне об этом.

— Получается, что Леон - мой сводный брат? — озарение приходит слишком резко.

— Да, — кивает головой мама. — Мы давно хотели тебе рассказать.

Я с трудом осознаю, что вся моя жизнь построена на лжи и тайнах. И теперь, когда все становиться на свои места, мне приходиться пересматривать все свои взгляды и убеждения.

— А он об этом знает? — задаю следующий вопрос.

— Когда бывшая девушка Игоря узнала о том, что мы снова сошлись, то она рассказала Леону об этом. Оказывается, она слишком сильно следила за моей жизнью и сразу поняла, что ты дочь Игоря. Вы сильно похожи внешне.

Точно, вот почему он показался мне таким знакомым с того самого момента, как зашел в квартиру.

— Я могу отойти позвонить на секундочку? — вопросительно приподнимаю брови.

— Да, конечно, — мама переживает и закусывает губу. — Все хорошо?

— Вроде бы, — неосознанно пожимаю плечами.— Просто очень важный звонок.

Я прошу маму и Игоря подождать и выхожу в коридор, чтобы позвонить Давиду.

Перед звонком я пробую успокоиться и собраться с мыслями. Чувствую, как сердце бьется быстрее, а в голове все еще кружатся мысли о том, как все поменялось в моей жизни за последние несколько минут. Время кажется каким-то нереальным, словно я оказалась в сюжете какого-то фильма, где главный поворот сюжета случается именно сейчас.

Но теперь кое-что совсем не укладывается в моей голове.

Мои руки дрожат, когда я набираю его номер.

Когда он поднимает , я слышу знакомый голос, от которого тело пробирает дрожью.

— Что то случилось? — спрашивает он.

— Много чего, — сглатываю ком, вставший поперек горла. — Но сейчас меня очень сильно волнует лишь один вопрос…— даже не знаю, почему не задала его раньше.

Скорее всего, мне было настолько больно, что я даже не могла подумать об этом.

— Задавай, — сразу же отзывается он.

— Обещаешь честно ответить? — срывается с моих губ.

— Я всегда с тобой честен.

— Поспорила бы, — невольно хмурюсь.

— Ты просто не готова меня слушать, — вздыхает Давид. — А давить на тебя я не хочу.

— Проехали, — до боли закусываю губу. — Кто именно предложил спор на меня? — как только вопрос срывается с губ, замираю в ожидании ответа.

— Леон, — так же быстро отвечает он.

Мой мир снова с треском начинает разрушатся.

Выходит, Леон был моим другом по переписке, зная, что является моим сводным братом…Так еще и это?

— Почему ты решил согласиться? — это таки сорвалось с губ.

— Я и так собирался заполучить тебя, Дарина, — признается Давид. — А когда эти мажоры начали спорить на пять тысяч евро, я решил, что это хороший повод и никого из них к тебе не подпустить, и получить деньги, так как мама нуждается в лечении.

— Стой, — озадачиваюсь ещё больше. Максимально внимательно осматриваю окружающую обстановку. — Откуда у Леона такие деньги? Они живут достаточно средне. Не шикуют.

Пазл постепенно складывается в моей голове, но одной детали все ещё не хватает.

— Я пришлю сейчас тебе видео на почту, — заявляет Давид. — Там чистосердечное признание Леона о том, что он подкупал учителей и изводил тебя угрозами.

— Что? — ошарашенно переспросила я. — Как ты это сделал? — сердце максимально вырывается из груди.

— Давай без подробностей? — предлагает он. — Просто устроил расспрос каждому, кто мог быть замешан. Леон как раз входил в список особо подозреваемых.

— Спасибо тебе, — произношу едва слышно. — Я сейчас с мамой, я могу набрать тебя позже?

— Конечно, — отзывается Давид перед тем, как я кладу трубку.

Закончив разговор с Давидом, я возвращаюсь в кухню, где мама и Игорь ждут меня. Я чувствую облегчение и уже готова принять все изменения в своей жизни. Мама улыбается мне и мне становится ясно, что она всегда была рядом и поддерживала меня, даже если я этого не знала.

Телефон раздается входящим сообщением на почту.

Пальцы дрожат.

— Мам, — закусываю губу. — Мне надо вам кое-что показать.

— Давай, — сразу же соглашается она.

Мне приходится стать между ними и начать воспроизводить видео.

В нем все именно так, как говорил Давид.

Леон сознается во всем. Даже в том, что очень долго вел со мной анонимную переписку, после того, как узнал, что я дочь.

Изначально у него не было плана меня подставлять. Но когда пошел слух о подкупе учителей, он постарался сначала подставить Лаврова, но быстро осознав, что того отмажут, выбрал целью меня.

— Вот же идиот, — тяжело вздыхает Игорь. — Постоянно вляпывается во что-то. В этот раз ему точно с рук никто и ничего не спустит.

Мы с мамой и Игорем сидим до позднего вечера, обсуждая все. В том числе план действий по отношению к моему отцу и как мы будем защищать наши права. Я чувствую себя уверенной и сильной, зная, что у меня есть такие близкие люди рядом, готовые поддержать меня в любой ситуации. Словно новая глава открывается передо мной, и я готова принять все вызовы, которые она принесет. Новая жизнь начинается сегодня, и я готова принять ее со всеми ее переменами и трудностями.

Я понимаю, что теперь у меня появился новый отец, которого я никогда не знала и о котором даже не мечтала. С одной стороны, это было странно и непонятно, но с другой стороны, я чувствовала себя частью какой-то большой семьи. Игорь был готов взять нас с мамой под свою опеку и защиту, и это давало мне некоторое облегчение.

Однако, все эти перемены вызывали у меня огромное внутреннее напряжение и смешанные чувства. Я была невероятно благодарна за помощь и поддержку, которую мне предоставили Игорь и моя мама, но одновременно я понимала, что мой мир уже никогда не будет прежним. И теперь мне предстояло принять и осознать все эти новые обстоятельства, чтобы двигаться дальше в своей жизни.