Предатель. Точка невозврата (СИ) - Макова Марта

— Ну что ты. Что ты придумала. — гладила я дочь по мокрым щекам и заглядывала в её глаза, полные слёз. — В этом точно нет твоей вины. В том, что малыш не родился, виноват только один человек.

— Мне так жаль, мам. Так стыдно. — задыхалась от слёз Даша. — За те мысли мои стыдно, мам. Я гадина.

Дочь наклонилась вперёд, обняла меня за шею и уткнулась лицом в моё плечо.

— Голубка моя, Дашенька. — гладила я дочь по волосам, чувствуя, как промокает на плече от её слёз футболка. — Ты в этом точно не виновата. Солнышко моё, ты самая лучшая, самая добрая девочка. Ты моя умница.

Я гладила и гладила Дашку, успокаивая, утешая, а сердце разрывалось на куски. Я забрала бы себе всю её боль, но не знала как. Моя девочка всё это время казнила себя, надумала себе несуществующий грех и несла его тяжесть в своём сердце. Глупенькая. Добрая моя девочка. В сущности, ещё совсем ребёнок.

— Дашуль, давай пойдём к Леониду Аркадьевичу? Вместе пойдём. Он поможет и тебе, и мне. Он предлагал.

— К тому доктору из клиники? — всхлипнула Дашка и подняла голову.

— Психотерапевту. — кивнула я. — Мне кажется, нам обоим не помешает его помощь.

Сейчас я поняла, что напрасно отказалась тогда от сеансов с доктором Ладыгиным.

Мой страх за Дашку в тот момент задвинул боль и мысли о потерянном малыше на второй план. Я волновалась и переживала за здоровье дочери. Зря отказалась. Боль эта никуда не делась, потихоньку точила меня. Особенно по ночам. Когда Дашка засыпала, я тихонько плакала о потерянном ребёнке.

— Думаешь, мне это нужно? Думаешь, я психичка? — прогундела заложенным от слёз носом Дашка.

— Мы обе. — подтвердила я. — Ну не психички, конечно, но доктор нам с тобой, определённо нужен. Пойдём, Дашуль?

— Если вместе — то пойдём. — кивнула Дашка и потёрлась об моё плечо мокрым носом. — Но только вдвоём. Одна я не хочу.

— Вместе, вместе. — успокоила я дочь. — А ещё Эдуард Борисович пригласил нас с тобой в эти выходные погостить в его загородном доме. Поедем, отдохнем, развеемся немного. А, Даш?

— Даа? — Дашка икнула, удивлённо и заинтересованно посмотрела на меня. — У него есть загородный дом?

Глава 54

— Эдуард Борисович, у вас есть дети? — неожиданно подала с заднего сидения голос Дашка, до этого момента молча ковыряющаяся в телефоне.

— Нет, Даш. Детей у меня нет. — спокойно отозвался, ведущий машину Эдуард.

— Умгу.

Многозначительное "умгу" за спиной вызвало у Эда только мимолётную улыбку, на секунду скользнувшую по его губам.

Мы уже выехали из города и мчались по дороге куда-то в направлении Волхово.

Пригороды Санкт-Петербурга остались позади, и теперь населённые пункты встречались реже, а дорога стала свободнее и уже. И с обеих её сторон стоял девственный лес.

— А женаты вы были? — продолжила пытать Эда моя дочь.

Мне не понравился тон, с которым Даша задавала вопросы. Неприсущий ей тон.

Дерзкий, какой-то даже наглый. Я обернулась назад и посмотрела на дочь. Что не так? Мы вроде нормально всё обсудили, и Дашка с удовольствием согласилась поехать в выходные загород к Эду, познакомиться с ним самим поближе. Что теперь происходило? Чем она недовольна?

Дочь спокойно встретила мой взгляд и только нос повыше задрала. Дашка так делала, когда исподволь прощупывала почву и искала грань терпения собеседника. Пыталась вывести его на эмоции и увидеть истинное лицо.

— Был. — не отрывая взгляда от дороги, ответил Эд.

— Развелись? Жена не оправдала ваших надежд? — продолжила дерзить Дашка, и я резко оборвала её:

— Даша!

Дочь на заднем сиденье фыркнула, а я с тревогой посмотрела на Эда. Мне нужно было самой рассказать дочери. Я просто не ожидала, что Дашка начнёт дерзить и может ненароком обидеть хорошего человека.

— Моя жена умерла десять лет назад. Я вдовец, Даш. — на лице Эда не дрогнул ни один мускул, он всё так же уверенно вёл машину и смотрел на дорогу.

Я снова обернулась и с упрёком посмотрела на дочь. Ну что на тебя нашло?

— Извините, я не знала. — смутилась дочь и отвела виноватый взгляд. — Я не хотела вас обидеть.

— Ничего страшного, Даш. — по-доброму усмехнулся Эд. — Я понимаю твоё любопытство. И настроение твоё понимаю. И раз уж мы начали знакомиться, давай я немного расскажу о себе, а ты потом задашь все волнующие тебя вопросы.

Дашка недоверчиво уставилась на затылок ведущего машину Эда.

— Ну, как меня зовут, ты знаешь. Белецкий Эдуард Борисович. Мне сорок четыре года. — невозмутимо рассказывал Эд. — В прошлом я спортсмен, сейчас бизнесмен. Человек я богатый. Много занимаюсь благотворительностью. Собственно, на этом поле мы с твоей мамой и познакомились. Я одинок. Жены и детей у меня нет. После смерти жены мне некогда было заниматься личной жизнью, я строил бизнес. Да и не встретил никого, кто бы в сердце запал. Пока не познакомился с Ритой. Твоей мамой. Сразу скажу, что намерения у меня самые серьёзные. Я люблю Риту и хочу, чтобы мы стали семьёй. И ты в том числе, Даша. Отца я тебе не изменю, но могу стать другом, надёжной опорой в будущем, ну и защитником.

Эд протянул одну руку, подхватил и сжал мою ладонь. На несколько секунд оторвал взгляд от дороги и повернув голову, посмотрел на меня. Так тепло и уверенно, что я невольно сглотнула и забыла как дышать и моргать.

— Любите маму? — выхватила самое интересное Дашка.

— Да. — Эд на секунду вернул взгляд на дорогу и тут же снова вернулся ко мне. — Я люблю тебя, Маргарита.

— О-бал-деть. — протянула у нас за спинами Дашка.

"О-бал-деть" — мысленно вторила я дочери и медленно вытянула свою ладонь из лапы Эда.

Где-то в животе порхнули крыльями бабочки, разгоняя по телу волну наивного, давно забытого, какого-то девичьего радостного восторга.

Признание в любви. Не просто ставшие привычными, почти дежурными, слова при прощании в прихожей, или после супружеского секса, а сказанные впервые, когда ещё ничего не ясно с совместным будущим, когда ещё не было первого поцелуя и говорящий человек не уверен в том, что его чувства взаимны. Просто признание, когда ты не в силах умолчать о своих чувствах.

— Не так я планировал это признание, прости. — улыбнулся обалдевшей мне Эд.

Он планировал.

Я не нашлась что сказать. Растерялась как девчонка. Кажется, даже покраснела, поэтому поспешила отвернуться к окну.

— Может, остановимся и выпьем кофе? — пискнула я и закашлялась. — Я завтрак приготовила. Бутерброды.

— Если вы голодные. — согласился Эд. — Через несколько километров заправка. Там есть удобные столики и кофе неплохой. Нам ещё больше часа ехать.

— Да, давайте остановимся. — я испытывала непреодолимое желание куда-нибудь сбежать из машины. Спрятаться и отдышаться. Успокоить волнение, накрывшее меня с головой. Ну чисто девчонка, которой впервые признался в любви понравившийся взрослый парень. И страшно, и от восторга задыхаешься.

Глава 55

— Мам.

Я мыла руки, когда Дашка подошла ко мне со спины, обняла за пояс и положила подбородок мне на плечо.

— Это так странно, мам.

Мы встретились взглядами в зеркале над раковиной. Дашкин задумчивый, даже немного грустный и мой взволнованный.

— Что, Дашуль?

— Я не хотела обидеть, мам. Просто всё так резко изменилось. Вы с папой больше не вместе, и у тебя есть Белецкий. Никак не могу привыкнуть к этой мысли. Что нашей семьи больше нет. — вздохнула Дашка. — Мне немного страшно и тревожно. Иногда мне кажется, я вам никому не нужна. Ты вот со своим Эдуардом Борисовичем будешь, папа тоже себе кого-нибудь найдёт. А я?

— Глупости. — я обернулась и обняла дочь. — Ну как ты можешь так говорить?

— Когда ты ушла, я почувствовала себя брошенной. Ненужной тебе. Ты так легко оставила меня.

— Совсем нелегко. — грустно улыбнулась я. — Я хотела, чтобы ты ушла со мной.

— А я хотела, чтобы вы с папой помирились.