Грязный адвокат - Уитни Грация Уильямс

на соседней улице.

— Забавно, — я сел в кресло. — Я говорю серьезно. Речь идет об отношениях, которые значат для меня весь мир…

Выглядя заинтригованным, он наклонился вперед.

— Я слушаю.

— Просто чтобы мы были на одной волне, несколько лет назад я отмазал вашего кузена за налоговое мошенничество.

— Предполагаемое налоговое мошенничество.

— Называйте это как хотите.

— Насколько я помню, вы взяли с него втрое больше, чем обычно.

— Это была скидка, — я улыбнулся. — В любом случае, это правда, что вы были соседом по комнате в колледже с нынешним губернатором Вашингтона?

— Да. Он один из моих лучших друзей. А что?

— Мне нужна чертовски большая услуга.

— Хорошо… Что-то, о чем вы думаете на будущее?

— Скорее сегодня вечером.

НЕ ИМЕЮЩИЙ ЮРИДИЧЕСКОЙ СИЛЫ

ОТНОСЯЩИЙСЯ К СТАТУТУ, КОНТРАКТУ, ПОСТАНОВЛЕНИЮ ИЛИ ЧЕМУ-ЛИБО, ЧТО НЕ ИМЕЕТ СИЛЫ И НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНО

Элизабет

Майкл: Ты забыла о том, что мы сегодня должны были встретиться в кино?

Майкл: Я могу приехать, и мы посмотрим что-нибудь у тебя дома, если хочешь…

Спрыгнув с дивана, я порылась в ящиках комода и вытащила простую белую блузку и джинсы. Если я уйду сейчас, то смогу позвонить ему по дороге и свалить свое опоздание на пробки.

Тук! Тук! Тук!

Его громкий стук остановил меня на месте: придется убираться.

— Я забыла, Майкл, — прошептала я свою тренировочную речь, переходя сразу к делу. — Но дело не в тебе. Это потому, что мои мысли все еще застряли на Дэмиене.

— Ладно, слушай, — я распахнула дверь. — Ничего личного, просто… Элли?

Весь воздух покинул мои легкие.

Моя сестра, одетая в уродливую тюремную форму, стояла в коридоре со слезами на глазах и держала в руках небольшой пластиковый пакет.

— Элли? — я несколько раз моргнула, не зная, реально ли это.

Как ты вообще здесь оказалась?

— Это я, Элизабет, — она кивнула. — Это действительно я.

Я обхватила ее за плечи и обняла, чуть не повалив ее на пол.

— Эй, эй, эй, — она рассмеялась. — Ты ведешь себя так, будто не видела меня целую вечность.

— Не по эту сторону решетки.

Я обняла ее крепче, как будто она исчезнет, если я отпущу ее, и мы оставались в объятиях, полных слез, как мне показалось, целую вечность.

— Ты должна рассказать, что происходит, — сказала я, наконец затащив ее в дом. — Ты можешь занять мою кровать, а я буду спать в гостевой комнате.

— Подожди секунду, — она подняла руку. — Первое, что я хочу сделать сегодня ночью, − это пописать с закрытой дверью. Где у тебя ванная?

— Дальше по коридору и направо.

— Пожалуйста, скажи, что у тебя есть что-то поэффективнее тюремной туалетной бумаги.

— Есть.

— Отлично, спасибо.

Она ушла, а я отнесла ее сумку в свою спальню.

Внутри лежали часы, небольшой кошелек и конверт.

— О Боже! — Элли плюхнулась на кровать и задрала ноги. — Я так давно не спала на такой. Я уже в раю.

— Мне жаль, что ты попала в ад.

— Прекрати, — она села, бросив на меня быстрый взгляд. — Не смей. Я свободна, Лиззи, и ты тоже должна быть свободна.

— Как именно это произошло?

— Честно говоря, все еще как в тумане, — она ущипнула себя за запястье, а затем ударила себя по лбу. — Ой. В общем, все, что я знаю, это то, что начальник зашел ко мне в камеру и сказал, что у меня есть десять минут, чтобы собраться. Я, честно говоря, думала, что охранники собираются отвести меня в одиночную камеру, но вместо этого они пропустили меня в кабинет начальника тюрьмы.

— Он сказал, что у меня, должно быть, есть хорошие друзья в очень высоких кругах и что я самый счастливый заключенный в мире.

— После того как меня заставили переодеться в свою одежду, охранник провел меня через ворота, а на улице меня забрал водитель, — сказала она. — Водитель на Audi, Элизабет. Ты можешь в это поверить?

По моим щекам покатились слезы.

— Парень отвез меня в аэропорт, и я оказалась в частном самолете одна, за вычетом стюардессы и пилота, конечно.

— Конечно… — я подавила всхлип.

— А когда мы приехали сюда — святое дерьмо, что за место — они дали мне этот бумажник и сказали, чтобы я поднялась на лифте и пошла к твоему номеру квартиры.

Она протянула его мне, а потом прыгнула на кровать.

Я пролистала бумажник, перебирая подарочные карты различных элитных магазинов одежды, парикмахерских и личного агентства «Позвони мне, давай устроим твою новую жизнь». Но на карте, которая выделялась больше всего, не было ни имени, ни номера.

«Добро пожаловать в фирму»…

— Ладно, подожди минутку, — она перестала прыгать и положила руки мне на плечи. — Я знаю, что все эти слезы не для меня.

— Конечно, это так, Элли. Все до единой.

— Я так не думаю, — она посмотрела мне в глаза. — Это ведь мистер Картер, не так ли?

— Нет, — я покачала головой. — Вовсе нет.

— Хочешь заказать мне все из меню лучшей пиццерии и рассказать мне о нем?

— Нет больше никакого «он», Элли.

— Да ладно тебе, Элизабет…

— Я хотела, чтобы он любил меня, — мой голос надломился. — Я была для него просто сексом и партнером по работе…

ИЗВЕЩЕНИЕ ОТВЕТЧИКА О ПРЕДЪЯВЛЕННОМ ЕМУ ИСКЕ

ДОКУМЕНТ, ВЫДАВАЕМЫЙ СУДОМ ПРИ ПОДАЧЕ ИСКА, В КОТОРОМ УКАЗЫВАЮТСЯ ИМЕНА ИСТЦА И ОТВЕТЧИКА, НАЗВАНИЕ И НОМЕР ДЕЛА

Элизабет

Швейцар в доме Дэмиена улыбнулся мне, когда я подошла.

— Рад снова видеть вас, Элизабет, — поприветствовал он. — Как вы себя чувствуете в последнее время?

Так, будто мне разбили сердце.

— Хорошо, а вы?

— Все так же, все так же.

Он проводил меня к лифту и нажал на кнопку этажа Дэмиена.

Двери захлопнулись, и мой мозг начал дразнить меня, вспоминая все те случаи, когда мы пробирались внутрь, целуясь после рабочего дня, все те случаи, когда мы приходили сюда после долгих слежек, и он пожирал меня на ужин.

Как бы мозг ни умолял меня просто позвонить ему, я никогда не смогу спокойно жить, если не увижусь с ним лицом к лицу.

Дзинь!

Выйдя из лифта, я несколько мгновений колебалась, прежде чем постучать в его дверь.

Он открыл дверь без рубашки, и я прикусила нижнюю губу при виде его точеной груди. На нем были серые треники, которые свисали с бедер так, что мне захотелось потянуть за шнурок и позволить ему овладеть мной прямо здесь.

— Привет, Элизабет, — сказал он глубоким голосом.

— Привет, Дэмиен.

— Не хочешь зайти внутрь?

Я кивнула, но слово «нет» сорвалось с моих