Мой Однолюб. В его сердце другая (СИ) - Лина Коваль

Тая совсем не похожа на всех остальных девушек, с которыми я пробовал. Она не похожа на бензопилу. Не доебывается по пустякам и не лезет ко мне в душу. И я к ней не лезу.

Тая — легкая. С ней просто.

Рядом с ней душой отдыхаешь. Телом — так тем более.

Отец, глядя на мою реакцию, понимающе смеется, наклоняется и включает экран компьютера. Спокойно надевает очки, резюмируя:

— Если вас обоих все устраивает, тогда тем более — чего ждать? Все будут только рады, если вы поженитесь.

Глава 35. Тая

— Привет, пап, — посмеиваясь, отвечаю на звонок.

Девчонки репетируют выход, а я отвлеклась на телефон, за что строгий Роберт показал кулак и шутливо на меня пшикнул.

Наши отношения с Диком в последнее время наладились. Общаться нам все равно придется, так зачем от него нос воротить? Мы оба были в чем-то не правы, оба обманывали.

Роб в том, что не стал мне сообщать о своем сомнительном хобби — встречаться с самыми успешными девушками по итогам конкурсов, организатором которых является. Я промолчала, что вроде как встречаюсь с Соболевым.

Как взрослые люди мы забыли об обидах и продолжили общение на дружеской волне.

— Привет, Таисия, — в трубке слышится задумчивый голос отца. — На занятиях?

— На репетиции, пап. У тебя что-нибудь срочное?..

— В целом, нет, не срочное. Поговорить с тобой хотел. Мне Иван твой звонил.

В груди каждый раз, когда я слышу это родительское «твой Иван» что-то звенит. Радостно и ликующе. И правда мой ведь.

— Ваня? Зачем?

— Как у вас с ним вообще? Серьезно всё? — Игнорирует мой вопрос папа.

— Ну, мы живем вместе… — смущаюсь вспыхивая. — Конечно, у нас отношения, пап. Как еще?

Мы, конечно, с Соболевым это не обсуждали, но тут и так все понятно. У меня есть ключи от его квартиры, а у него от моей. Куда уж серьезнее?

— Ну и хорошо. Рад за тебя. И за вас вообще…

— А в чем собственно дело? — спрашиваю и в который раз умоляюще смотрю на Роберта.

— Да так. Ничего… Потом, Таисия. У меня операция. Созвонимся.

— Ладно. Пока.

И что у них с Соболевым за тайны? Удивленно взглянув на телефон, убираю его в сумочку и бегу на сцену. О разговоре с папой тут же забываю.

— Простите, — кричу в сторону зрительного зала.

Софиты слепят, поэтому я прикрываю глаза и пытаюсь разглядеть Роберта.

— Бог простит, Валеева. А я — нет.

За моей спиной слышится хохот девчонок.

— Больно надо, — фыркаю.

В дальнейшем прогон номеров проходит как обычно. А после него, выйдя из кабинета, отведенного под раздевалку, напарываюсь на поджидающего меня у стены в коридоре Роберта.

— Все еще дуешься, кэп? — спрашиваю у него улыбаясь.

— Конечно. Я в лютой обиде, красавица.

В холле Дворца культуры народу тьма.

Мамочки привели малышей на вечерние занятия, а старшие группы только-только закончили. С трудом нахожу местечко возле зеркала.

Роберт опирается плечом о белоснежную колонну и складывает руки на груди. Привязался же…

Накинув короткий, блестящий пуховик поверх топа и легинсов, застегиваю замок и аккуратно заправляю волосы внутрь. Натягиваю белую вязаную шапку.

— Что смотришь? — смеюсь, заметив пристальный взгляд организатора.

— Да вот думаю… Вдруг победишь, а у нас так ничего и не вышло? Обидно будет.

— Дурак, — закатываю глаза, отворачиваясь.

— Конечно, дурак, — прилетает мне в спину. — Такой шанс упустил. Еще какой дурак получается.

Посмеиваясь, закидываю сумку на плечо.

— Может поужинаем, Тайчонок? — умело подкатывает Роберт.

— Я на ночь не ем, Роб.

— Тогда позавтракаем.

— Я на диете. Ты такое не ешь, — смеюсь.

— Черт… Не судьба получается?

— Получается, не судьба…

Оглянувшись, подмигиваю ему. Сквозь кишащую толпу продвигаюсь к выходу, а когда за мной кто-то придерживает дверь, понимаю, что Дик все еще следует за мной.

Вот ведь настырный.

— Тебя подвезти? — спрашивает он уже на улице.

— Нет, меня Ваня заберет.

— «Ваня заберет»… — повторяет, вздыхая и потирая затылок. — Серьезно у вас?

Да что за день-то такой? Один и тот же вопрос второй раз слышу за последние полчаса.

— Нормально у нас все, — неопределенно отвечаю, и озираюсь в поисках черного «Рэнж Ровера».

Осенний ветер раздувает волосы, несмотря на то что я их хорошенько спрятала. Нос тут же мерзнет, а тонкие легинсы, понимаю — пожалуй, пора утеплять.

— Значит совсем без вариантов, Тайчонок?

Роб делает шаг вперед и аккуратно заправляет прядь моих волос за ухо. Прикосновения другого мужчины мне неприятны. Так сильно, что я поспешно отодвигаюсь.

— Значит, без вариантов, Роберт, — отвечаю четко.

— Окэй, — вздыхает он, пряча руки в карманы джинсов. — Я умею ждать. Как только с твоим…

— А не пошел бы ты на хуй? — слышится сзади знакомый чуть хриплый, прокуренный голос.

В нос проникает запах «Мальборо». Я — выдыхаю.

— Привет, Вань, — обернувшись, быстро целую колючую щеку.

Соболев хватает мою руку и бросает на меня взгляд, в котором четко вижу укор.

Это что еще такое?

— А вот и твой кэвээнщик, — вздыхает Дик.

Парни примерно одной комплекции, но Роберт думаю забыл, что Соболев играет за сборную по боксу.

— Ты бы тоже со стэндапом завязывал, — предупреждает Ваня агрессивно. — А иначе…

— Что-о? — Роберт приподнимает брови многозначительно.

Улыбается. Вот гад. Он прекрасно понимает, что Соболев вряд ли ему что-то сделает. Родство с мэром обязывает Ваню вести себя прилично, хотя я знаю, что порой сделать это ему бывает крайне сложно. Слишком он импульсивный.

— Увидишь, что будет.

Соболев поигрывает челюстью, плюет на асфальт и тащит меня к машине.

Усевшись в неё, тянусь к ремню безопасности и поглядываю на то, как стремительно Ваня огибает капот и запрыгивает в автомобиль. Его движения резкие. Хочет их замедлить, поэтому наклоняюсь в его сторону.

— Привет…

— Уже здоровались, — отвечает Ваня, дергая ключ в замке зажигания.

Резко стартует с места и на первом же перекрестке проезжает на мигающий зеленый. Озадаченно смотрю на него.

Так и не постригся. Под глазами — внушительные темные круги. А еще он похудел. Какие-то проблемы у них там с Мироном, но мне ничего не рассказывает.

Опоздав на еще один светофор, Ваня бьет рукой по рулю и матерится.

Озарение приходит не сразу.

Вау…

Ослабив замок на куртке, приглаживаю волосы и смотрю в окно. Ловлю свою улыбку в отражении. Она такая яркая, что наверняка ее из мэрии видно. Будто подсвечивают изнутри.

— Че ты лыбишься, «Тайчонок»? — гремит Ваня над ухом, сжимает моё плечо и по-хозяйски накрывает колено широкой ладонью.

Тело реагирует немедленным выбросом гормонов. Опускаю взгляд и ласково прохожусь по его руке